В один обычный летний день, когда большинство жителей Ельца еще только потягивались в своих постелях, Сергей Гуреев уже был на ногах. Нет, он не был жаворонком по натуре. Просто его верный «Рено Логан» стоял на стоянке и ждал, когда хозяин заберет его домой после небольшого... как бы это сказать? Инцидента, который никак нельзя было назвать приятным.
Утро не задалось
17 июля 2024 года, 7:45 утра. По улицам Ельца двигался автомобиль «Лада», за рулем которого сидел некий гражданин, решивший, что правила дорожного движения — это так, рекомендации на досуге. Особенно пункт 13.12 ПДД РФ, который говорит о том, что при повороте налево надо уступать дорогу встречным автомобилям.
Наш герой, видимо, решил испытать физические законы на практике и превратил улицу в маленький полигон для экспериментов. Результат? «Лада» встретилась со «Шкодой Октавия», а та, в свою очередь, словно в пинболе, отлетела на припаркованный «Рено Логан» Сергея Гуреева.
— Да что ж такое! — воскликнул Сергей, когда ему позвонили с утра пораньше. — Я же только вчера его помыл!
— Сергей Николаевич, тут такое дело... Ваша машина... она как бы... участвовала в групповом заезде, — неловко объяснил сотрудник автостоянки.
— В каком еще заезде?! — Сергей чуть не поперхнулся утренним кофе.
— Ну, в таком... непроизвольном. Приезжайте, сами увидите.
Итог этого утреннего спектакля: три помятых автомобиля, один административный штраф в размере 1000 рублей (недорого за такое представление!), и наш герой Сергей, который просто оставил машину на ночь, а утром обнаружил, что она участвовала в соревнованиях по автодерби без его ведома.
— Тысяча рублей штрафа?! — возмутился Сергей, разглядывая помятый бок своей машины. — За эту сумму он даже не сможет купить баллончик с краской, чтобы закрасить царапину на моей двери!
«Чинить или не чинить — вот в чем вопрос!»
Казалось бы, что может быть проще? У виновника есть страховка ОСАГО в ПАО СК «Росгосстрах». У Сергея есть помятый автомобиль. Согласно закону (ст. 12 п. 15.1 Федерального закона «Об ОСАГО»), страховая компания должна организовать и оплатить ремонт. Всё!
Но, как выясняется, в мире страхования не всё так просто. Здесь действуют свои законы — законы корпоративной жонглировки обязательствами.
Сергей, как порядочный гражданин, обратился в страховую компанию виновника ДТП — «Росгосстрах». И тут начался настоящий театр абсурда, достойный пера Ильфа и Петрова.
Акт первый: «Осмотр, или О чем молчат вмятины»
Сергей приехал в офис «Росгосстраха» на своем помятом «Рено». Парковался он особенно аккуратно, словно боялся, что кто-то увидит машину в таком неприглядном виде и подумает, что он сам плохой водитель.
— Здравствуйте! Мне нужно оформить страховой случай, — сообщил он девушке за стойкой ресепшена.
— Здравствуйте! — радостно откликнулась она с такой улыбкой, словно встречала старого друга. — У вас ДТП?
— Да... к сожалению.
— Прекрасно! — еще шире улыбнулась девушка, и Сергей невольно заподозрил, что работники страховых компаний проходят специальные курсы по неуместной радости. — Заполните заявление, и мы направим эксперта для осмотра вашего автомобиля!
Через два дня приехал эксперт из некоей организации с говорящим названием ООО «Фаворит». Он долго ходил вокруг машины, словно священнодействовал, периодически присаживался на корточки, заглядывал под днище, цокал языком и делал загадочные пометки в своем планшете.
— Ну что, всё плохо? — спросил Сергей, наблюдая за этим ритуальным танцем.
— Да нет, бывает и хуже, — философски заметил эксперт.
— А у меня-то сколько стоит ремонт? — поинтересовался Сергей, пытаясь вернуть разговор в конструктивное русло.
— Сложно сказать... — задумчиво протянул эксперт. — По моим предварительным оценкам, от 200 до 250 тысяч без учета износа.
— А с учетом?
— А с учетом... — эксперт сделал паузу, словно пытался вспомнить сложную формулу квантовой физики, — тысяч 150. Может, чуть меньше, может чуть больше.
Через несколько дней экспертное заключение было готово. Согласно документу, составленному в лучших традициях канцелярского жанра, ремонт должен был стоить ровно 233 700 рублей без учета износа и 145 600 рублей с учетом износа.
— И что же вы мне предлагаете? — спросил Сергей у сотрудницы «Росгосстраха», когда пришел узнать результаты. — Где я могу отремонтировать машину?
— А мы вам деньгами переведем! — радостно сообщила представительница страховой с таким видом, будто делала ему королевский подарок.
— Но я хочу отремонтировать машину, а не получать деньги! Закон же говорит...
— Ой, знаете, — перебила его сотрудница, театрально всплеснув руками, — у нас тут нет подходящих СТОА в радиусе 50 км!
— Как это нет? — удивился Сергей. — У нас целый город, несколько автосервисов!
— Но они не соответствуют нашим... м-м-м... критериям, — загадочно произнесла она, понизив голос до шепота, словно выдавала государственную тайну.
— Каким еще критериям?
— Очень строгим! — многозначительно подняла палец вверх сотрудница. — К тому же, вы же в заявлении поставили галочку, что согласны на перечисление средств.
— Я просто заполнил ваш бланк! — возмутился Сергей. — Там было столько галочек, что я чувствовал себя учителем, проверяющим контрольные работы целого класса! А о ремонте мы даже не говорили!
— Но галочка-то стоит, — пожала плечами сотрудница. — Галочка — это святое!
Акт второй: «Деньги на ветер, или Как сделать богаче автосервис»
2 августа 2024 года Сергей проверил свой банковский счет и обнаружил там пополнение на 145 600 рублей. Сумма солидная, но как та фраза из анекдота: «Маловато будет!»
— Дорогая, — сказал Сергей жене за ужином, — мне кажется, или страховые компании работают по принципу: «Не доплатить — наше все»?
— Тебе не кажется, — философски заметила жена, помешивая борщ. — У меня коллега три года судилась со страховой из-за затопленной квартиры. В итоге отсудила в три раза больше, чем ей предлагали изначально.
— Что же делать? — Сергей уныло посмотрел в окно, где стоял его помятый «Рено».
— Обратись к независимому эксперту, — предложила жена. — Пусть он сделает свое заключение.
Сергей, как человек дотошный, так и поступил. Обратился к эксперту, которого порекомендовали знакомые. Тот осмотрел автомобиль с видом хирурга, изучающего сложный случай.
— М-да, — сказал он, почесывая затылок, — тут работы...
— На сколько? — с замиранием сердца спросил Сергей.
— На 429 тысяч 276 рублей, — выдал эксперт с точностью до рубля. — И это я еще округлил в меньшую сторону!
— Сколько?! — Сергей едва не уронил челюсть. — Почти полмиллиона?!
— Ну а вы думали! — эксперт похлопал по капоту «Рено». — Тут же всё криво-косо. Крыло менять, дверь менять, порог менять, краску подбирать... Запчасти нынче — золото! Да еще и работа мастеров. Они же не просто так крутят гайки, они творят!
Разница в 283 676 рублей! На эти деньги можно купить подержанный автомобиль! Или, скажем, организовать скромный отпуск на Мальдивах. Или... в общем, много чего можно сделать с такой суммой, кроме как наблюдать, как она не попадает на ваш счет.
— Эх, — вздохнул Сергей, глядя на заключение эксперта, — кажется, мне придется объявить «Росгосстраху» войну. Маленькую, локальную, но войну.
Акт третий: «Дорогая, я позвоню юристу, или Битва за справедливость»
Сергей решил не сдаваться. Он обратился к Кожуховой Ирине, юристу, специализирующемуся на спорах со страховыми компаниями.
— Ирина Васильевна, — начал он свой рассказ, сидя в уютном офисе с видом на парк, — я чувствую себя обманутым!
— Это нормально, — кивнула Ирина, делая пометки в блокноте. — Я бы насторожилась, если бы клиент пришел ко мне и сказал, что страховая компания его во всем устраивает.
— Что же мне делать? — спросил Сергей. — Они мне недоплатили почти 300 тысяч!
— Для начала составим претензию, — деловито сказала Ирина. — Затем подадим ее в страховую. Когда они откажут — а они откажут, это я вам гарантирую, — обратимся к финансовому уполномоченному. А потом...
— В суд? — догадался Сергей.
— В суд, — подтвердила Ирина с таким видом, словно предвкушала интересную партию в шахматы.
Ответ страховой компании на претензию был исполнен в лучших традициях бюрократического жанра. На трех страницах мелким шрифтом объяснялось, почему именно «Росгосстрах» прав, а Сергей нет. Документ был настолько перегружен канцеляризмами и специальными терминами, что его можно было использовать как снотворное.
— Они пишут, что я сам виноват, — возмущался Сергей, размахивая ответом перед носом Ирины. — Я, видите ли, сам попросил денежную выплату вместо ремонта!
— Конечно, — иронично заметила Ирина. — А еще вы, наверное, сами попросили, чтобы в вашу машину врезались?
Тогда наш герой обратился к финансовому уполномоченному. Тот решил быть объективным и назначил третью экспертизу. ООО «АВТО-АЗМ» установило, что ремонт стоит 246 400 рублей без учета износа.
— Вот видите! — торжествующе воскликнул Сергей, показывая результаты новой экспертизы Ирине. — Даже третья экспертиза показывает, что мне недоплатили!
— Это хороший знак, — кивнула юрист. — Теперь ждем решения финансового уполномоченного.
Но финансовый уполномоченный, видимо, воспринял эту цифру как повод для медитации, и в удовлетворении требований отказал. Мотивация? «Между страховой компанией и истцом достигнуто соглашение о страховой выплате в денежной форме».
— Какое еще соглашение?! — возмутился Сергей, швыряя бумагу на стол. — Я ничего не подписывал!
— Они имеют в виду ту самую галочку в заявлении, — пояснила Ирина. — По их логике, если вы отметили способ получения денег, значит, согласились на замену формы возмещения.
— Но это же абсурд! — всплеснул руками Сергей. — Это все равно что сказать: если человек указал свой почтовый адрес, значит, он согласен получать только письма, а не посылки!
— Добро пожаловать в мир страхования, — развела руками Ирина. — Тут логика иногда отдыхает. Но не переживайте, пойдем в суд. Там здравый смысл еще в почете.
Акт четвертый: «Свет в конце тоннеля, или Суд идет!»
И тогда Сергей пошел в суд. О, это было эпическое сражение между гражданином и корпорацией! Давид против Голиафа, только вместо пращи — иск, а вместо камня — доказательства.
В зале Елецкого городского суда Липецкой области было тихо. Судья внимательно изучал материалы дела, иногда поднимая взгляд на Ирину, представлявшую интересы Сергея. Представитель страховой компании не явился, что не удивило ни Сергея, ни его юриста.
— Они редко приходят лично, — шепнула Ирина. — Предпочитают отделываться письменными возражениями.
И действительно, представитель ПАО СК «Росгосстрах» прислал в суд документ, который можно было назвать симфонией корпоративного красноречия. Он изливал на суд потоки аргументов:
«У нас нет договоров со СТОА в пределах 50 км от места жительства истца!» — словно их офис находился в безлюдной пустыне, а не в городе с населением около ста тысяч человек.
«Истец не указал, где бы он хотел ремонтировать автомобиль!» — будто предполагалось, что владелец помятой машины должен сам искать сервис, с которым у страховщика заключен договор.
«Мы предпринимали меры по организации ремонта, но ни одна СТОА не подтвердила возможность!» — эта фраза заставила Сергея фыркнуть от возмущения.
— Как будто все автосервисы города сговорились против них, — прошептал он Ирине.
— Тише, — одернула его юрист. — Лучше послушайте, что скажет судья.
Судья внимательно выслушал эту песню сирен и... не поверил ни единому слову. Потому что согласно пункту 15.2 статьи 12 Закона об ОСАГО, страховщик обязан направить транспортное средство на станцию технического обслуживания для проведения восстановительного ремонта.
Более того, суд отметил, что заявление, в котором Сергей отметил поле в бланке о перечислении средств, не является соглашением о замене формы возмещения ущерба. Это просто заявление! Простите за тавтологию.
— Ваша честь, — говорила Ирина, — страховая компания фактически уклонилась от исполнения своей обязанности по организации восстановительного ремонта. Вместо того чтобы предложить потерпевшему варианты решения проблемы, они просто перечислили деньги, причем значительно меньше реальной стоимости ремонта.
— А почему вы считаете, что страховая должна выплатить сумму без учета износа? — поинтересовался судья.
— Потому что это прямо следует из закона, — уверенно ответила Ирина. — Если бы страховщик надлежащим образом исполнил свою обязанность по организации ремонта, то автомобиль истца был бы отремонтирован с использованием новых деталей. То есть истец получил бы полное возмещение причиненного ему ущерба. А так он вынужден сам доплачивать за ремонт или использовать бывшие в употреблении запчасти.
Судья задумчиво кивнул, делая пометки в своих документах.
— Я слышал, что на заседании судья улыбнулся, когда представитель страховой в своих возражениях написал про «соглашение сторон», — рассказывал потом Сергей своей жене. — Это хороший знак?
— Очень хороший, — согласилась она. — Значит, судья тоже понимает, что это абсурд.
Финал: «Торжество справедливости, или Страховщик платит дважды»
11 декабря 2024 года Елецкий городской суд Липецкой области принял решение взыскать с ПАО СК «Росгосстрах» в пользу Сергея Гуреева:
- убытки в размере 254 400 рублей;
- неустойку за 125 дней просрочки в размере 126 000 рублей;
- штраф в размере 50 400 рублей;
- компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей;
- расходы по оплате досудебной оценки в размере 8 000 рублей;
- расходы по оплате услуг за составление обращения к финансовому уполномоченному в размере 3 000 рублей.
Итого: 451 800 рублей!
— Четыреста пятьдесят одна тысяча восемьсот рублей! — не веря своим глазам, воскликнул Сергей, когда Ирина показала ему решение суда. — Это почти в три раза больше, чем мне изначально выплатили!
— Плюс неустойка, которая продолжает начисляться до дня фактической выплаты, — добавила Ирина с улыбкой.
— То есть чем дольше они тянут с выплатой, тем больше мне заплатят? — уточнил Сергей.
— Именно так, — кивнула юрист. — Но на всякий случай подготовьтесь к апелляции. Страховые компании редко сдаются после первого раунда.
И действительно, «Росгосстрах», не согласившись с таким поворотом событий, подал апелляционную жалобу. Но и Липецкий областной суд 2 апреля 2025 года оставил решение без изменения.
— Они пытались доказать, что с них нельзя взыскивать деньги по рыночным ценам, — рассказывала Ирина Сергею после заседания в апелляционной инстанции. — Говорили, что есть какая-то «Единая методика», по которой они все рассчитывают с учетом износа.
— И что ответил суд?
— Суд сказал, что когда страховщик не выполняет свою обязанность по организации ремонта, он должен возместить убытки в полном объеме. То есть поставить потерпевшего в то положение, в котором он находился бы, если бы страховщик всё сделал правильно.
— То есть, если бы они организовали ремонт, я бы получил машину с новыми деталями, без учета износа, — догадался Сергей.
— Совершенно верно! — подтвердила Ирина. — Поэтому и сумму взыскали без учета износа.
Эпилог:
— Знаешь, — задумчиво произнес Сергей, глядя на свою уже отремонтированную машину, — в этой истории есть какой-то глубокий смысл.
— Какой же? — спросила жена, удивленно подняв бровь.
— Страховые компании иногда забывают, что их основная функция — это страховать риски, а не создавать новые для своих клиентов, — философски заметил Сергей. — Закон чётко определяет, что приоритетной формой возмещения ущерба является ремонт автомобиля, а не денежная выплата. И если страховщик не может организовать этот ремонт, то он должен компенсировать клиенту полную стоимость восстановительных работ, которые тот будет проводить самостоятельно. Не по какой-то там таинственной «Единой методике» с учётом износа, а по реальным рыночным ценам.
— Ты прямо как юрист заговорил, — улыбнулась жена.
— А еще я понял, — продолжил Сергей, не обращая внимания на шутку, — что иногда стоит бороться за свои права. Да, это долго, утомительно и порой кажется, что легче махнуть рукой и самому доплатить за ремонт. Но когда ты выигрываешь такую битву...
— То чувствуешь себя немножко суперменом? — подсказала жена.
— Не суперменом, — покачал головой Сергей, — а просто гражданином, чьи права защищены законом. И это чувство бесценно. Ну, и 451 800 рублей тоже весьма приятное дополнение!
Как говорится в пункте 2 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации:
«Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом».
То есть, если бы страховщик всё сделал правильно, Сергей бы получил отремонтированный автомобиль с новыми деталями. А значит, именно такую сумму — на приобретение новых деталей — он и должен получить на руки.
А что же «Росгосстрах»? Говорят, после этого случая в их липецком филиале появилась негласная инструкция: «При обращении клиента с ДТП всегда предлагать три варианта станций техобслуживания и получать письменное согласие или отказ». Но это уже совсем другая история...
Данная история основана на реальных событиях, описанных в Апелляционном определении Липецкого областного суда от 02.04.2025 по делу N 33-892/2025. Некоторые детали, диалоги и ситуации добавлены автором в художественных целях, все совпадения с реальными людьми и событиями, кроме указанных в судебном акте, случайны.
Если вам понравилась эта история о том, как простой автовладелец одержал победу над страховым гигантом, не забудьте поставить лайк и подписаться на мой канал! У меня еще много интересных и поучительных историй о том, как обычные граждане успешно защищают свои права. А если у вас возникла похожая ситуация — не стесняйтесь обращаться за консультацией. Помните: знание своих прав и готовность их отстаивать — это уже половина победы! Вместе мы сможем найти выход даже из самой запутанной ситуации!
Для тех, кто ценит мою работу и хочет внести свой вклад в развитие блога, есть возможность поддержать проект.