Но заговорить Авгия оказалось не так просто. Мы выпили вина, и царь снова взялся за своё. Он подсел ближе к Сергеевне, и страстно облизывая губы, произнёс:
-Снимайте ваши туники. Хочу на сосцы посмотреть. А далее и на волшебные сады.
Я чуть не поперхнулась виноградиной, которой закусывала. Чего он хочет посмотреть?
Яшка даже рот раскрыла от такой наглости. Она отодвинулась от сладострастного царька и хмуро поинтересовалась:
- А чего на них смотреть? Сосцы как сосцы, приятной окружности. От ваших ничем не отличаются. Если только отсутствием пышной растительности. Но тут дело такое, неизвестно как предстоящий климакс себя поведёт. Вот из родинки уже чёрная волосина полезла…
- Я не только смотреть буду. – Авгий не слушал её увещевания. Он вдруг протянул руку и, ощупав мою грудь, подвигал языком. – Лобызать тоже.
Прифигев от такой наглости, я ударила его по руке.
- Эй! Вы куда клешни тянете, величество?!
- Хочу и тяну! – совершенно неожиданно взбеленился царь. – Вы теперь моя собственность! Или побиение!
Он продолжал тянуть свои цепкие ручонки, и через секунду, я с ужасом почувствовала на своих коленях его липкие от вина пальцы. Мне ещё этого не хватало! Я дёрнула ногами, сбрасывая Авгиевы щупальца, и вся посуда вместе с фруктами и вином полетела в бассейн. Масляная лампа покатилась прямо на лобызальщика сосцов и его хитон вспыхнул.
- А-а-а-а! Чресла горят! – завопил царь, прыгая в бассейн следом за едой. Он кувыркнулся в воду, но через минуту выбрался на ступеньки совершенно голый. От такого стриптиза, Яшка вытаращила глаза и, покачав головой протянула:
- Какие чресла? Так, чресЁлки… Там что бы огню добраться, всё гнездо выжечь надо… Оно ж волшебных садах заблудится.
И после этого Авгий завопил благим матом. Он рванул к нам и, трясясь всеми своими телесами, рявкнул:
- Стража! Стража!
- Какая стража, болезный? Ты бы лучше спаржу прикрыл! – Афродитовна схватила тяжёлый поднос и жахнула царька по башке. Раздался протяжный гул, и он грохнулся на пол. – Ты посмотри, на плотские утехи оно падкое… Мы тебе что, фонд Гарфилда Уэстона, чтобы благотворительностью заниматься?
Подруга брезгливо бросила на гнездо Авгия поднос. Ибо видеть царские причандалы, было опасно для нашей психики и так расшатанной божественными испытаниями.
Но заткнули мы Авгия поздно. За дверями послышался топот, они с грохотом распахнулись, и в покои ворвались стражники. Мужчины на несколько секунд растерянно застыли, а потом кто-то закричал:
- Царя убили!
- Да кто его убил? – испуганно попятилась Яшка. – Вон, лежит, попёрдывает.
Но наши оправдания слушать не стали. Скрутив в три погибели, стражники поволокли нас прочь, не забывая наподдать под зад жесткой подошвой сандалий. Через десять минут мы уже куковали в местной киче.
Казематы находились почти под землёй и чтобы увидеть хоть кусочек свободы, нужно было забираться под самый потолок к зарешеченному окошку.
- Боком нам вышло последнее испытание, - проворчала я, усаживаясь на соломенную подстилку. – И главное ведь никто своим божественным пальцем не пошевелит, чтобы нас выручить!
- Ага, нужны мы им. Небось, счастливы будут, что сдыхались, - зло ответила Сергеевна, плюхаясь рядом. – Завтра точно нам пятки хворостинами отобьют. Если чего хуже не придумают.
Под утро мы всё-таки уснули на своём неудобном ложе, но долго мой сон не продлился. Меня разбудил возмущённый голос Яшки:
- Ты посмотри! Неблагодарные! А ведь это мы все придумали! Правильно, гения в застенки, а сами бюджет пилить!
Я с трудом продрала глаза и увидела, что Сергеевна висит под потолком, заглядывая в окошко.
- Чего там?
- Навоз в телеги грузят! – рявкнула подруга. – Уже знаешь, сколько вывезли?! Пошла торговля!
Да, это было обиднее всего. Мы старались, товар продвигали, а теперь в таком ужасном положении!
В этот момент загремели ключи и в нашу камеру заглянул угрюмый солдафон в кожаном шлеме.
- На выход! Быстро!
Яшка свалилась вниз и мы осторожно вышли за двери, чувствуя, что пришло время расплаты. От этого у меня холодели не только пятки, но и то, что намного выше.
- Куда мы идём? – осмелилась я задать вопрос стражнику, когда он повёл нас наверх
- К побиению готовиться, - хмыкнул тот. – Будете прутья в соли вымачивать.
- Нормально?! – Сергеевна зло сжала кулаки. – За все заслуги нам ещё и пятки отобьют?!
Нас вывели на довольно большую площадку, и я сразу увидела Авгия, сидящего на своём кресле. Кроме него здесь собрались подданные и, конечно же, наложницы. Они по очереди припадали к царьку, стараясь обратить на себя внимание.
- Жив и здоров, солнцеликий… - проворчала Сергеевна. – Нужно было ему червяка на узел завязать, чтобы не до сосцов было.
Авгий же посматривал на нас эдакой ехидцей и гонорком, зная, что мы у него в руках, и деваться нам некуда.
Прутья вымачивать нам не пришлось, видимо это была неудачная шутка стражника, но веселей от этого не стало. Он кивнул на две широкие скамьи, на которые похоже нужно было прилечь. Ну а дальше уже получать по пяткам. Ведро с розгами стояло рядом.
Я прекрасно понимала, что такого унижения Афродитовна не вынесет. Она скорее с криком: «За Родину! За Сталина»! шуганёт с обрыва. Поэтому ситуацию нужно было мониторить и подстраиваться под все нюансы. Да разве это возможно с Яниной?
И это случилось.
- Ах, ты ж гнида! – заорала подруга, выхватывая из ведра розги. – Сейчас я тебе покажу побиение!
В общем так… То, что стража растерялась, было вполне прогнозируемо. Вряд ли кто-то мог такое учудить во время наказания. Да ещё и женщина. Сергеевне понадобилось меньше минуты, чтобы добраться к Авгию.
- Вон пошли, жертвы общественного темперамента! – рявкнула Афродитовна на наложниц и когда те бросились в рассыпную, перетянула царя розгами. Раз, другой… Они со свистом опускались на извивающегося Авгия, и вскоре его царский зад засиял из-под подвернувшегося хитона.
- А вот и жопа! – взревела Яшка, стеганув по мягкому месту. – Сейчас форму подправим!
- О Боже… - я рванула следом за ней, замечая, что стражники тоже опомнились. Одному я успела подставить подножку, и когда он упал, выхватила копьё. Пока Яшка хлестала визжащего Авгия, я размахивала оружием в разные стороны, отгоняя разъярённых мужиков. Но само собой это не могло долго продолжаться. Нас снова скрутили и потащили к месту наказания.
- Головы им отрубите! – плаксиво выкрикнул царь, охая от боли. – И в море! В море-е-е-е!