Время героев
О доблести, о подвигах, о славе...
Знаете, какой жанр сейчас самый покупаемый? Удивитесь, не триллеры про маньяков, не подростковое фэнтези и даже на ретродетективы с котиками, заполонившие книжное пространство. Книги по мифологии, согласно статистике продаж, лидируют. Отчего? Поди разбери: Может, вопреки "Интернационалу", ищем избавленья у богов и героев; может, на волне отката, стремимся припасть к истокам - так или иначе, мифы рулят. Илья Бояшов, уже пересказавший "Старшую Эдду" в части космогонии, богов, грядущего Рагнарёка и еще более отдаленной эпохи процветания после того, как все мы сгинем - обращается к героям скандинавского эпоса.
А ВИМБО дарит нам аудиоверсию, озвученную Григорием Перелем, и кстати, по мотивам этого эпоса Театр.doc поставил спектакль "История о Зигфриде и Брунгильде", где Григорий также играет, и на который прямо сейчас в Телеграме разыгрываются два билета. Если вы в Москве, и если до 13 апреля заглянете на страницу ВИМБО, Театр.doc или Театр To Go, шанс выиграть их появится у вас. Я бы поучаствовала, но я не в Москве. Возвращаясь к книге - Бояшев снова, как делал это в части богов, создает из крайне запутанного собрания скандинавских саг стройное и связное повествование, прошитое красной нитью мотива неумеренной тяги к обладанию, которая губит лучших из людей и несет бедствия народам.
Кольцо Андвари, здешний аналог Кольца всевластья (хотя вернее было бы сказать, что история перстня, сулящего многие блага, а приносящего неисчислимые беды, вдохновила Толкина) - эта история пересекается с уже рассказанной в части богов, об убитой Локи выдре, которая лакомилась на берегу ручья лососем. Но там, где для богов необходимость принести колдуну виру за убитого сына лишь мелкий, не лишенный пикантности, эпизод - для людей все оборачивается страшными трагедиями, отце-, брато- и детоубийством, расколотыми семьями, разбитыми сердцами.
Последнее на общем кошмарном фоне представляется меньшей из бед, но эмоциональная вовлеченность пережитого примерно каждым опыта расставаний заставляет сопереживать Брунгильд и Сигурду сильнее, чем прочим. Хотя история здешней Медеи Гудрун вряд ли кого оставит равнодушным. Исторически сложилось, что вагнеровские "Нибелунги" не самая востребованный у нас набор мифологем, может поэтому острота восприятия не притупилась.
Это трогательно, жестоко, горько и по-настоящему круто.