#Елизавета_Асеева — о премьере Александра Карпушина «Каренина» в Театре на Таганке:
«Действие спектакля начинается в привокзальном ресторане Петербурга, куда “на дорожку” заходит семья Карениных с сыном. Буквально из первых диалогов становится понятно отношение Анны (Дарья Авратинская) к мужу (Антон Ануров), которого она игнорирует (они не живут, а существуют вместе), и к Серёже (Максимилиан Котов) — его она обожает. Спустя несколько мгновений в ресторан заходят две светские дамы в чёрном и обсуждают недавнее происшествие: некая Анна Пирогова бросилась под поезд. Кстати, эта женщина действительно существовала и действительно покончила с собой таким образом. Отчасти она — прототип Карениной.
Анна садится в поезд до Москвы и знакомится с графиней Вронской. Всю дорогу на громадных белых стенах мелькает видеопроекция, которая напоминает пейзажи, проносящиеся в окнах купе. В совокупности с музыкальным сопровождением (в спектакле лейтмотивом звучит композиция RUN — LAAKE) получается довольно интригующее ощущение: что будет по приезде в Москву? Тот же ход мы увидим в сцене обратного пути Анны в Петербург. И здесь интрига нам понятна: Анна встретила Вронского и не может вернуться в Петербург прежней Карениной.
В спектакле значительное время занимает “левинская” часть романа. Эпизоды, посвящённые истории Кити (Анастасия Лазукина) и Левина (Павел Комаров), наполнены особым светом и внутренним теплом. Кити — единственная героиня спектакля, одетая исключительно в белое. И этот белый свет надежды не покидает воображения Левина. Сцены неловкого сватовства Константина, его долгого ожидания и счастливой развязки истории чередуются с напряжёнными сценами, в которых бушует страсть Анны Карениной и Алексея Вронского. Получается словно пунктирная линия — чёрными чернилами на белой бумаге.
Белые стены облачаются в разные оттенки серого и чёрного с помощью видеопроекции на протяжении всего действия. Герои носят чёрно-белые одежды и лишены атрибутов светской жизни, что делает их равными в переживаниях и поисках счастья. Единственная цветная часть интерьера — красный пол, подсвечивающий происходящее. Чуть позже, во втором акте, появится ещё одна деталь — красное платье Карениной с длинным шлейфом. Шлейф не просто роскошная бархатная ткань, а символ душевного груза, с которым живёт героиня. Ткань сливается с полом — так показано явное угасание Анны.
Режиссёр включает в спектакль чеховские мотивы. Официанты в привокзальных ресторанах говорят репликами из “Трёх сестёр”, а Анна Каренина перед смертью произносит реплику Фирса из “Вишнёвого сада”: “Жизнь прошла, как будто и не жила вовсе…” Сравнение напрашивается само собой: чеховские герои боятся пойти наперекор судьбе, чтобы получить желанное, толстовские — нет. Но, к сожалению, финал нам известен…»
