ЗАГАДКА КА ФОСКАРИ
Венецианский университет находится в красивом историческом здании. Разница подходов: если в Москве победившего капитализма все культурные учреждения, редакции и вузы старались выгнать из центра, чтобы выкупить и устроить банки с офисами, то в колыбели торговых отношений и заковыристого права отдали сравнительно молодому университету шикарный дворец дожа 15 века!
Университет был основан в 1868 году как королевская школа коммерции – и тут венецианская выгода! Статус университета получен лишь в 1968 года. В нем причудливая смесь факультетов - молекулярной науки, экономики, лингвистики стран Азии и Африканского Средиземноморья (Венеция никак не забудет своих купцов и владений). Но главное для нас, что здесь сохранилась каким-то чудом кафедра русистики, которую долго возглавлял ученый славист и переводчик с мировым именем Витторио Страда.
В Венеции я начинал и завершал итальянскую неделю с неудобным графиком пребывания, но очень хотел побывать в университете и хоть кратко пообщаться с коллегами. Дудки!
Узнал в Итальянском институте культуры координаты двух профессоров, написал им вежливые письма, совсем ненавязчивые, без тени просьбы или взятия обязательств, траты времени. В ответ – молчок. Более того, узнал что профессор Алессандро Фарсетти занимается уж совсем третьестепенными фигурами Серебряного века и даже упоминает в одной из научных работ моего дальнего родственника - забытого поэта и переводчика Сергея Боброва, а ведь одна из моих книг написана как раз о поэтах Серебряного века в столице и Подмосковье. Глядишь, и он бы что-то интересное узнал. Написал и об этом – ноль реакции.
Конечно, с другим профессором – сложнее. Евгений Добренко – одессит, который боготворит Горбачева, за то что ему перестройка и развал державы позволили уехать в США,, Англию, а вот теперь добраться до Венеции, Его конёк – сталинская литературная политика. Он, наверное, во всех храмах ставит свечки за Иосифа Виссарионовича, который обеспечил ему литературоведческую карьеру. Хотя ему, ясно, положено быть антисталинистом и антисоветчиком.. Когда писал ему письмо, даже забыл, что вступил с ним в зочную полемику по поводу возвращения в учебную программу некоторых произведений советских классиков. Сам-то он их использует в разных контекстах, а вот российским школьникам запрещает .
Тут я допускаю, что профессор мог запомнить мою фамилию, посмотреть в Интернете и проигнорировать.
Но адрес третьей преподавательницы дал общий знакомый. Луиза не так давно была в Москве, написала а сети, как ей понравилось на конференции в институте им. Мориса Тореза, выложила обращение на хорошем русском о сотрудничестве. И тоже не отозвалась.
Загадка или просто недопонимание чего-то?
Тут 3 версии:
1. Русских так теперь боятся, что лучше вообще не связываться для карьеры.
2. Опасения, что появятся какие-то мелкие обязательства и даже, упаси господь, траты, хотя я сам бы пригласил их в кафе.
3. Просто не нужно - не интересен любой профессор и писатель из России, если не требуется по оплачиваемой работе. Правда, студентам, уверен, интересно пообщаться с таким гостем. И полезно – он же носитель языка и мировоззрения.
КАКИЕ суждения по вариантам?