1. Элегия
Какое великое счастье,
когда я сидел у камина
на даче, подсчитывал искры:
они вылетали и гасли.
Поленья играли огнями.
и пахло живой древесиной.
Деревья не умирали,
перевоплощаясь на сцене.
Я помню дыханье камина,
и молча болезнь отступала.
Когда это было, не помню,
но помню: тепло было ало.
И то ощущение счастья,
застрявшее на полустанке
моей полужизни, пыталось
вернуться, но не возвращалось.
Хотел записать – не писалось.
И записи черновые
внутри камина плясали
фламенко – танец фламинго.
Так грезилось мне по созвучию,
да были слова не певучие,
какие на ум приходили, –
и я становился тенью
в театре весёлых полений.
Часы каминные били
давно забытое время.
Они давно не ходили –
это билось воображение.
Время остановилось.
Фламинго улетели.
Фламенко утихомирилось.
Тепло поселилось в теле.
2. Концерт для двух фортепиано с оркестром
Беседа по душам
с самим собой
в присутствии оркестра.
Остаться бы самим собой –
не раздвоиться.
Два Моцарта,
но он – один.
Душа как птица.
А два рояля – два крыла
маэстро.
3. Старый Букварь
Упал Букварь и развалился.
Из-под обломков вылез аз,
встал на ходули и пошёл.
Вослед ему восстали буки,
проснулись веди как медведи.
Глаголь под рифму «алкоголь»
заснул. И вывело перо,
что всё к добру и есть зело́.
Сложились буковки в тетрадь.
А где же ижица и ять?
В рево́-люци́-онно́м пылу
их затоптали на полу.
И сколько ижица ни пыжится,
и сколько ять ни тянет вспять,
всё букварём не станет ижица
и азбукой не станет ять.
4. Скань
За́мер мир, но не умер.
Снежная скань за окном.
Сколько на нотном стане
разбросано изюмин!
Их разбросал Моцарт –
сохранил букинист.
Отец мой читает Моцарта,
листая за листом лист.
Надо же! музыка светится –
и заполняет дачу.
Сердце даёт отдачу:
я улыбаюсь как пла́чу.
Всякая боль лечится
улыбкой или слезами,
если душа не мечется
меж вечностью и временами.
10 – 17 декабря 2016 г.
Оскар Грачёв
Концерт В. А. Моцарта для двух ф-но с оркестром №10 ми-бемоль мажор в исполнении Даниеля Баренбойма и Владимира Ашкенази можно послушать здесь: