Работа контролёра ОТК со стороны казалась лёгкой, скучной и даже занудной. Сиди себе тихонько и проверяй платы. Контролёры выборочно проверяли сеткографию, трафареты и гальванику. Иногда случались возвраты. Тогда работники раскрывались совсем с другой стороны. Могли спорить, могли возмущаться, но обычно вопросы решались мирно.
На участке было три мастера, и каждая — со своим подходом. Старший мастер, изящная блондинка с плавной походкой и тихим голосом, больше походила на балерину. Даже в самые напряжённые моменты она оставалась спокойной, предательский румянец неудовольствия не пробивался на её белоснежном лице. Говорила она ласково, будто уговаривая маленьких девочек:
- Мария Васильевна, не надо нервничать. Давайте спокойно разберёмся.
-Я не виновата, что трафареты такие, - оправдывалась раскрасневшаяся Мария Васильевна.- Сами налепили, сами пусть исправляют.
Остальные работницы шумно включались в дискуссию, кто виноват.
Второй мастер — высокая статная, с идеальным профилем и задорными веснушками на носу, - предпочитала шутить и не доводить ситуацию до критической точки.
- Ну что вы как кошки на балконе в марте? - улыбалась она. - Сначала проверим, в потом будем решение принимать, что делать дальше, Так ведь, Инна.
С ними можно было всегда договориться мирно. А Элина Григорьевна с острым как лезвие бритвы языком- другая порода. Тонкая, с чёрными живыми глазами, в которых проглядывалось что-то восточное, она была одновременно жёсткой, волевой и женственной. Инна восхищалась её характером. Мужчины на диспетчерский опасались с ней дискуссировать. В споре она любого могла уложить на лопатки. Если ставила цель, то преград не знала. Всегда имела свое мнение и могла убедить присутствующих в его правильности. Даже начальник цеха говорил с Элиной осторожно. Если не хватало комплектующих или химикаты вовремя не доставили — она на планерке разносила всех подряд:
-Значит так, -говорила она низким голосом заместителю начальника. - У нас заканчивается сплав «Розе», платы покрывать нечем. Если через три дня не достанете, плана не будет.
Но при всей строгости она умела быть своей, находила ключ к каждому работнику. И обнимет, и пошутит, и в кафе за компанию сходит, и тост скажет на общем застолье. Её побаивались, уважали работники и начальники.
Инна с ней не ссорилась. Не потому, что боялась — потому что понимала: перед ней человек, который играет по своим правилам. Жёстко, но честно. И если с ней ладить — можно многому научиться в этой жизни.
Я открыла канал на Телеграмм. Там кроме романов я публикую сюжеты о поездках, шопинге, путешествиях. Кто желает со мной поближе общаться-добро пожаловать на Телеграмм канал https://t.me/dinagavrilovaofficial
Вечерами Инна много гуляла, несмотря на капризы природы. Она пешком исходила все окрестности Завеличья и Запсковья. Особенно любила стоять на мосту и слушать дыхание реки Великой. Когда долго смотришь на воду, то мысли приобретают спокойное ровное течение. В этот момент её кто-то тронул за локоток. Это был Юрий.
-Инна, а мы как раз к тебе собирались. Торт купили бисквитный.
-Пошлите, раз купили.-улыбнулась Инна.
Рядом с Юрием, как всегда, был его друг. Инна угощала щедро, как мама, выкладывала на стол всё, что приготовила: пельмени, варенье, соленья. Хотела, чтоб по-домашнему, с теплом.
Юрий улыбался, делал комплименты, но дальше этого не продвигался. А вот его друг вёл себя странно. Он говорил мало, сдержанно, будто отмерял слова серебряной ложечкой — не дай бог отсыпать лишнего. Сидел обычно прямо, как на собрании, смотрел внимательно, будто прицениваясь. Взгляд оценивающий, как будто и ей, и пирогу цену выставлял. Слово скажет — и то подумав трижды, с паузой.
Однажды этот "скупой рыцарь" неожиданно заявился один, без Юрия. Стоял у двери, переминаясь с ноги на ногу. Вошёл, попил чаю, посидел молча. Потом вдруг откашлялся, засопел и, глядя в тарелку, пробубнил:
- Ты девчонка хорошая. Готовишь вкусно, симпатичная... Эм... давай вместе жить?
Инна опешила. На секунду подумала, что ослышалась.
- Это как - жить? - уточнила она, наклонив голову, будто стараясь разглядеть подвох в его лице.
Инна будто впервые его увидела. Молодой парень, а уже залысины на висках, длинное узкое лицо, тонкие губы. Она смотрела в его тусклые глаза, будто он прожил сто лет, и знает всему цену.
-Ну... квартиру снимем. Я из общаги уйду. В столовке надоело питаться. Хочу по-семейному, по-домашнему...
-То есть... ты мне замуж предлагаешь? - переспросила она.
- Ну... может и замуж. Если подойдём друг другу. Поживём — видно будет... Не подойдём — разойдёмся.
Инна замерла. Внутри поднялась волна возмущения. Всё было так нелепо. Инне захотелось схватить половник и огреть "жениха" по лысеющей хитромудрой голове, но она только рассмеялась:
- Придётся тебе и дальше в столовой питаться. Жить понарошку я ни с кем не собираюсь.
Он кивнул, и ушёл, шаркая тапками. А Инна долго потом не могла прийти в себя: то ли смеяться, то ли плакать. Она распахнула окно, свежий весенний ветер ворвался на кухню, обдав её свежестью и холодом. Она сложила посуду в раковину, насыпала от души пищевой соды и тщательно тёрла ложки и кружки, будто стараясь освободиться от чего-то липкого и грязного. Это же надо, ходил в гости и оценивал её стряпню. Ходил, умножал делил, прибавлял и, наконец, решился. Она не знала, что парень положил на неё глаз ещё на базе отдыха, когда они всем цехом встречали Новый год. Он заметил и стройную фигуру, и длинные ноги, и улыбку. Постоянно оставаясь в тени всеобщего любимца Юрия, он присматривал и оценивал, будущую невесту. Такая девушка ему подходит. Будучи на вторых ролях, он решил обойти Юрия таким образом.
Вера столкнулась в дверях с ним и прошла на кухню.
-Чё это твой поклонник выскочил как ужаленный.
-А кто его знает?
-Не месяц май, ты чего тут комнату студишь? Зябко здесь.
- Проветриваю.
На следующий Инна получила письмо от Даши. Она очень обрадовалась, что едет сестра. Задумалась, куда с ней поехать, что показать. Может, в Пушкинский театр вместе сходить. Инна очень любила театр- мягкие кресла, шикарный зал, буфет, сильная труппа. А, может, в Печоры поехать. Обязательно сводить в Кремль, от такого великолепия она не останется равнодушной. И выбор материалов здесь намного богаче, чем в Уфе. Даша написала, что к ней собирается приехать и Виталий. Вот это новость.
Оказывается, Виталий не потерял к ней интерес. Она не могла отрицать, что между ними действительно была симпатия, живой интерес друг к другу. Встречаясь, они искренне радовались. Но понять, что у Виталия на душе, она так и не смогла постичь — он никогда не раскрывался. Ни лишнего слова, ни признаний. Каждое его слово — будто на вес золота. Он осторожничал, будто боялся чего-то не так сделать или сказать. Даже когда сделал предложение жениться, не сказал, что любит. Теперь она уверилась, что у него чувства настоящие.
Но у неё не укладывалась в голове, что она должна выйти замуж именно сейчас, когда перед только открылся мир во всей его красоте. Она всего раз была в Ленинграде, не видела музеев. На заводе постоянно организовывали поездки, вылазки на природу, соревнования. Инна везде принимала участие, пела в хоре, занималась лёгкой атлетикой. И теперь она должна всё бросить и стать чей-то женой? Нет-нет. Она не готова.
Путеводитель по каналу. Все произведения
роман "Ты лучше всех" начало
роман "Мачеха" начало
повесть "Поленька, или Христова невеста" начало