Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Вечером у Натали

Девятая жизнь Марины (часть 71)

Муля обладал редким даром - умел понравиться всем без исключения. Всё в нём - движения, жесты и тембр голоса располагало к доверию. Говорил он много, пересыпая речь цитатами из классиков и житейскими советами, так что создавалось впечатление будто он, Муля обо всём знает и с ним точно не пропадёшь. Марина, которой вечно недоставало практичности и просто житейской мудрости, точнее хваткости скоро прониклась к Муле симпатией. Мур смотрел на избранника сестры с явным обожанием, ловил каждое слово, словно перед ним был пастор. Поспел самовар и впервые за долгих два года семья в полном составе расположилась за круглым столом. И даже не одна семья, а целых три, если, конечно считать за отдельную ячейку общества Алю с Мулей. Дом был поделен на два части. Каждая часть - это две комнаты. Одна, самая большая - столовая считалась общей. Во второй половине жили хорошие знакомые Марины и Сергея ещё по Праге - Николай и Нина Клепинины. С переездом в Советский Союз они сменили не только паспорт

Муля обладал редким даром - умел понравиться всем без исключения. Всё в нём - движения, жесты и тембр голоса располагало к доверию. Говорил он много, пересыпая речь цитатами из классиков и житейскими советами, так что создавалось впечатление будто он, Муля обо всём знает и с ним точно не пропадёшь. Марина, которой вечно недоставало практичности и просто житейской мудрости, точнее хваткости скоро прониклась к Муле симпатией. Мур смотрел на избранника сестры с явным обожанием, ловил каждое слово, словно перед ним был пастор.

Поспел самовар и впервые за долгих два года семья в полном составе расположилась за круглым столом. И даже не одна семья, а целых три, если, конечно считать за отдельную ячейку общества Алю с Мулей.

Дом был поделен на два части. Каждая часть - это две комнаты. Одна, самая большая - столовая считалась общей. Во второй половине жили хорошие знакомые Марины и Сергея ещё по Праге - Николай и Нина Клепинины. С переездом в Советский Союз они сменили не только паспорта, но и фамилию - из Клепининых превратились во Львовых.

Странное это было застолье. Не считая Алю и Мулю, да Мура с младшей дочкой Клепининых-Львовых 12-тилетней Софой все сидели с постными лицами. Нечто невысказанное витало в воздухе. Марина было начала рассказывать о своей парижской жизни после бегства Сергея, изо всех сил стараясь мрачное приподнести как смешное. Она даже попыталась спародировать мимику инспектора полиции, при допросе. И хоть получилось вроде удачно, засмеялся почему-то один Мур.

Не возникало той весёлой непринуждённости, что сопутствует обычной дружеской беседе, когда люди могут и поспорить друг с другом и даже голос повысить, но остаться друзьями. Здесь казалось каждое слово взвешивают на весах, прежде чем отпустить в свободное плавание. И кто? Клепинины!

Негласная глава семьи Нина Клепинина - выпускница Смольного, из бывших дворян, двоюродная внучка адмирала Корнилова, дочь академика Насонова директора ленинградского зоологического музея. В Чехии они с Мариной были добрыми приятельницами, понимали друг друга с полуслова. Потом вместе перебрались во Францию. Потом Нина с мужем примкнули к евразийскому движению, а там и до сотрудничества с НКВД стало рукой подать. На этой тернистой почве они и разошлись. В силу своей абсолютной аполитичности и надземности Марина не вписывалась ни в какие организации.

Теперь Нина, она же на самом деле Антонина сосредоточенно помешивает ложечкой чай. Помалкивает. Смотрит перед собой.

И Марине не по себе из-за этого молчания. Ей кажется будто Клепинины что-то знают и не говорят. И Асин арест не идёт из головы. Хорошо, хоть Муля поддерживает атмосферу мнимого благополучия своими прибаутками.

Потекли дни длинные и жаркие, полные ожидания чего-то.

Сергею Яковлевичу с приездом семьи резко полегчало. Каждое утро он посвящает физическому развитию Мура. Приседания, отжимания, подтягивания на турнике, холодные обтирания под радио. Оба счастливы. Мур высокий, выше отца, переживает парень, что мускулов у него, видите ли маловато. Отец уже весь седой, в свои сорок семь, но брови его черны и густы ярко выделяются на бледном лице. Сердце шалит-ноет. Он ходит опираясь на трость, садится на лавочку и начинается урок физкультуры.

С. Я. Эфрон
С. Я. Эфрон

Марина не знает куда себя деть. Так-то дел хватает - одно бесконечное мытьё посуды чего стоит, но разве это дело? Часть багажа застряла на таможне, там же и рукописи, которые можно было бы править, но дело пока не движется. Сказано - ждите.

Ждать да догонять - хуже не придумаешь. Хорошо, когда хоть знаешь, чего именно ждать. А тут ничего от тебя не зависит. Кто-то там наверху решает за тебя твою же судьбу - где тебе жить и с кем, и что делать…

Вдруг - о, счастье! И даже целых два! Аля привезла заказ от издательства на перевод Лермонтова на французский. А Муля приподнёс великолепную настольную лампу с зелёным абажуром. Наконец-то она опять ощущает себя Человеком! Можно работать! Делать то, что умеешь и любишь!

А это уже не мало!

Вечерами у Сергея Яковлевича случаются странные разговоры со старшим сыном Клепининых-Львовых Алексеем. Бубнят о чём-то на крыльце по два часа и больше.

Об Асе по-прежнему ничего. Но Муля обещает - найдём. Ему хочется верить.

Продолжение

Начало - ЗДЕСЬ!

Спасибо за внимание, уважаемый читатель!