***
Два раза мне приходилось мириться с тем, что я не попаду на Paris-Brest-Paris (далее в статье PBP), но мои друзья всегда поддерживали меня и верили, что всё получится. И вот, наконец, я здесь, готовлюсь начать свой отчёт. Дорогие друзья, огромное спасибо за вашу поддержку и веру!
Прилетели в Париж, казалось бы, без приключений, но с велосипедами ситуация оказалась сложнее. Наши байки пришли, однако у меня, Макса и Елены обнаружились повреждения разной степени. Что касается моего случая – не могу сказать точно, кто оставил восьмёрки: то ли персонал, то ли я сам погнул спицы, когда нёс велосипед в чехле.
После заселения я занялся сборкой велосипеда. Несмотря на все старания минимизировать багаж, вещей оказалось больше желаемого. На старте к моему разочарованию не оказалось техников, и я уже смирился с необходимостью ехать с восьмёрками на обоих колёсах. Но судьба преподнесла приятный сюрприз – мы встретили Дениса Дурова, у которого тоже были проблемы с велосипедом. Денис быстро нашёл ближайший веломагазин, и мы отправились туда вместе. Все неисправности устранили бесплатно! Отдельное спасибо мастерам из магазина VELO Culture. Я был счастлив как ребёнок – теперь ничто не мешало комфортно участвовать в бревете.
День старта
В Рамбулье каждые 20 минут на привокзальную площадь прибывали толпы рандоннёров. Мы с Максом и Еленой сидели и ждали наших дузей – Василия и Ларису. Во время ожидания встретили нескольких знакомых участников.
Контроль снаряжения в 2023 году был более формальным, чем в 2019-м. Попросили включить фонари и предъявить светоотражающую жилетку. Она лежала у меня в сумке, и я лишь указал на неё пальцем – волонтёр кивнул и пропустил меня дальше.
На старте царила невероятная атмосфера праздника: повсюду толпились велосипедисты и уже очень хотелось начать путешествие! Однако отличное настроение омрачило неприятное открытие: телефон на половину сел, а повербанк оказался неисправен, второй повербанк находился в бэгдропе в Бресте. Стало ясно, что на одном аккумуляторе до Бреста не доехать, даже в полном автономе. Я начал искать выход из ситуации и проходил мимо места, где ожидал старта Александр Атаманов с дочерью. Удача! Группа «Н» ещё не вышла на построение. Передаю велосипед Максу, бегом к Александру и тут мне везёт второй раз, у Екатерины был повербанк, который она мне одолжила, за что я безмерно благодарен ей. Как выяснилось позже, проблема была не только в повербанке, но и в зарядном шнуре.
Bon courage
Настал момент, которого я ждал четыре года – я стоял в толпе велосипедистов, готовых через пару минут устремиться в сторону Бреста и обратно.
Покинув территорию поместья Рамбуе, я сразу рванул вперёд, и Макс решил не отставать, держась рядом. Участников было много, мы занимали всю полосу движения. Постепенно я начал обгонять других участников. В какой-то момент меня нагнал велосипедист, и я понял, что его темп мне подходит – я пристроился за ним. По-видимому, это был британец. Он несколько раз обернулся и, увидев моё желание быстрее проехать основную массу участников, начал обгонять их. Мы несколько раз менялись позициями, но после длинного спуска он отстал.
Немного подождав, но так и не увидев его приближения, я продолжил путь. Впереди было ещё много участников, и я продолжал обгонять группу за группой, в поисках подходящей компании. Вскоре нашёл подходящую группу из 10-15 человек, двигавшихся бодрым темпом 34-36 км/ч. На спусках многие не крутили педали, и я, ложась на руль, выезжал накатом вперёд, так и оказался впереди группы. На улице было жарко, я понял, что зря не долил воды во флягу.
Наша группа догоняла другие «пачки» участников одну за другой. В какой-то момент, когда мы обгоняли тандем, я находился за ведущим и решил посмотреть, прогибается ли рама тандема, когда пилоты усиленно крутят в гору. Я повернул голову, посмотрел на раму, а когда повернул голову обратно, понял, что вот-вот задену своим колесом нашего ведущего. Не знаю, почему я не притормозил, но на рефлексах я выстегнул правую ногу, черканул ею по асфальту. Всё это сопровождалось тем, что меня немного мотнуло влево, и, о чудо! Обошлось без завала.
Позади меня была группа человек из десяти, если не больше, и многие из них очень сильно негодовали такой выходкой. Послышались недовольные высказывания. Я извинился, сместился вправо и немного ехал один, но вскоре решил реабилитироваться и возглавить группу.
Вскоре мы догнали последнюю группу из нашей стартовой группы «G». Впереди показался маршал на мотоцикле, за которым собралось около шести человек. Обгонять его было нельзя. Маршал помогла нам, жестами просил взять правее менее торопливых участников. Я догнал эту группу и покатил с ней.
Была только одна проблема: за 50 километров пути я выпил обе фляги по 0,75 литра, а прохладнее не становилось. Нужно было пополнить запасы воды. Вспомнив, что в населённых пунктах местные жители дают воду участникам, я стал высматривать ближайшую деревушку. Ждать пришлось недолго – минут через десять мы въехали в поселение.
Я остановился, и местные жители любезно наполнили мне флягу водой. Их реакция, когда в знак благодарности я подарил им клубный значок, была трогательной – особенно радовалась девочка. Быстро убрав флягу на место, я поспешил догнать свой “вагон”. К счастью, он не успел уехать далеко. Это одно из преимуществ городов: если не получается догнать свою группу в полях, в городской черте скорость неизбежно падает из-за трафика, неровного асфальта и постоянных поворотов.
Когда мы вернулись в группу, я решил переместиться поближе к мотоциклу. За городом наша группа начала редеть, и вскоре нас осталось только трое. Я с опаской наблюдал за реакцией маршала, когда велосипедист приближался к нему вплотную, но маршал никак не реагировал, только иногда жестами показывал «сместись правее». Это был мотоцикл сопровождения, и по правилам обгонять его было нельзя. Было интересно наблюдать, как нас догнал азиат и остановился рядом с маршалом, который явно мешал ему, но обгонять маршала азиат тоже не решался. Вскоре мы въехали в очередную деревушку, маршал остановился на обочине, и дальше мы поехали без ео сопровождения. Снова собралась большая группа, с которой я бодро добрался до первого КП в Мортань-о-Перш на 119 километре.
В холле столовой Мортань-о-Перш я встретил Макса, мы сделали совместную фотографию и разошлись каждый по своим делам. Так как я ехал быстро, в столовой не было очередей, и я спокойно взял свой первый ужин — суп и макароны. Быстро перекусив, наполнил фляги водой и поехал дальше, предварительно утеплившись.
Стемнело, но для местных жителей это не помеха, они повсюду на каждом углу и всячески поддерживают участников, кричат «але, але», «бон кураж», предлагают воду и еду, чаще всего ничего не требуя взамен. Для местных PBP — это праздник, ведь в ближайшие несколько дней мимо их домов проедет несколько тысяч велосипедистов со всего мира.
Когда я выезжал с КП, стало уже темно, и начался один из самых красивых моментов PBP — «парад огоньков». Участники надевают светоотражающие жилеты и включают фонари, создавая на дороге многокилометровую гирлянду из бело-жёлто-красных огней. Это зрелище особенно красиво, когда начинается подъём, и вереница красных огней тянется вверх к вершине.
Найдя подходящую группу, я присоединился к ней. Не успели мы проехать и пяти километров, как нас обогнала большая группа. Я решил присоединиться к ним. Мы ехали вместе большой толпой, работая сменами: кто-то выезжал вперёд, а остальные следовали за ним. В какой-то момент у одного из участников от тряски вылетела фляга, но, к счастью, никто не упал.
Маршрут PBP холмистый, с подъёмами и спусками. Спуски часто длинные и скоростные, им обычно предшествуют подъёмы. Нет ничего лучше, чем просто лечь и полететь вниз, давая себе отдохнуть. Я часто так делал. Однажды я даже был ведущим группы и вёл её. Настроение бодрое, ветра нет, и «нога пошла». Почему бы не повести пелотон? Так, покрутив на первой позиции какое-то время, группа поняла, что надо сменить меня, и участники вышли вперёд, некоторые из них поблагодарили меня за хорошую работу, показывали большой палец, хлопали по плечу или просто говорили: «Good job».
Время пролетело незаметно, и вот мы уже на КП2 в Villaines-la-Juhel. Первым делом иду получать отметку в карточке, затем наполняю фляги водой из специально отведённых для этих нужд кранов или раковин в туалете. Вода во Франции чистая, её можно пить из-под крана. Набрав воды, пошел есть.
Я так и не понял, работал ли на момент моего прибытия на КП ресторан или нет. В прошлый раз я пошёл в кафе зону и взял там колу и улитку с изюмом, здесь я вновь встретил Макса. Мы поделились во время перекуса мнением о том, как проходит заезд, поели, пообщались и пожелали друг другу удачи.
В этот раз я решил поэкспериментировать и ехать без навигации. Маршрут размечен стрелками-указателями на «Брест» и «Париж», да и участники ещё часто встречаются в попутном направлении. Забегая вперёд скажу, что эксперимент удался: трек с картой открывал только пару раз, чтобы свериться, верно ли еду, и сворачивал не туда тоже только пару раз. Света фонаря на средней яркости не всегда хватало, чтобы засветить табличку.
Я снова выехал в ночь, редкие огоньки удалялись от меня. Я пытался найти группу и, наконец, удача улыбнулась мне — я догнал американца, которого уже встречал раньше. Его велосипед был рыжего цвета, поэтому я прозвал его Рыжиком. Мы ехали молча, сменяя друг друга. Вскоре к нам присоединились другие участники, и наша группа начала расти.
На подъезде к КП3 - Фужер с обеих сторон дороги появились различные экспозиции из велосипедов, стогов сена и плакатов с поддержкой от местных жителей. Особенно запомнились светящиеся велосипеды и мини Эйфелева башня.
На протяжении всего пути я сравнивал PBP 19 и 23 года. В раз я я заметил, что качество асфальта было не везде идеальным. В пригородах и на трассах он был лучше, чем в населённых пунктах, где часто встречался асфальт с заплатами и «погрызенный», как будто верхний слой кто-то соскрёб лопатой. Маршалов было мало, хотя, как оказалось, я просто с ними не пересекался. Расположение ранее посещённых КП отличалось от того, что было в 19 году.
Приятно было проезжать по знакомым местам и вспоминать прошедший PBP. У меня было несколько планов, все они были условными, и я не старался строго их соблюдать.
Самый оптимистичный план, который я назвал «розовые очки», предполагал финиш за 55 часов, но уже в Мортань-о-Перш (119 км) я опаздывал на 20 минут без учёта времени, потраченного на остановки. Забыв об этом плане, я старался ехать в своё удовольствие.
В этот раз погода была тёплой, в том числе и ночью. К сожалению, я не совсем правильно экипировался и вспотел раньше времени. Ночью ехать было нормально, но когда начало светать, ситуация осложнилась сильным туманом. Вода собиралась на шлеме и стекала на руль, а рукава кофты были покрыты росой.
Ближе к обеду небо освободилось от серой завесы туч, и солнце начало припекать. Я решил развесить вещи сушиться, чтобы они немного подсохли к ночи. Закончив с вещами, я пошёл кушать и по пути встретил Макса. Мы обсудили заезд, и это было здорово, ведь в прошлый раз на КП мне часто приходилось проводить время в одиночестве.
За время, проведённое на КП, одежда немного подсохла. Жара нарастала, и мне приходилось часто менять подшлемник, который быстро высыхал. Километрах в 50–60 до Бреста открылись красивые виды на долины и небольшие горы.
Чем ближе я подъезжал к Бресту, тем круче и длиннее становились подъёмы. Добавьте к этому жару, встречный и встречно-боковой ветер, и получите коктейль под названием Paris Brest Paris 2023. В Сизюне я остановился в знакомой пекарне, надеясь купить пирожное Paris-Brest и ещё что-нибудь быстроуглеводное, но выпечки было мало, рандоннёры раскупили все «сливки».
Как же меня разозлил Брест! Каждый подъём на 50 метров вверх над уровнем моря вызывал мысль о том, что я не готов к горкам, и что Кавказ был детской площадкой по сравнению с дорогой к Бресту. Но это были ещё цветочки, ведь я ещё не знал, что меня ждёт на обратном пути.
В Бресте меня встретил Василий, который принёс мне мой бэгдроп и сообщил о сходе нескольких участников. Эта новость напомнила мне о том, что нужно быть внимательным и не терять концентрацию, ведь я как раз собирался «ходить по тонкому льду».
От сверхоптимистичного плана я перешёл к оптимистичному. В Брест я приехал в восьмом часу вечера, когда ещё светло, поэтому ближайшие четыре часа я точно не буду спать и смогу доехать до следующего КП на 696 километре. По моим расчётам, там меня начнёт рубить и я спокойно усну где угодно.
Я забрал вещи у Василия и пошёл в душ. Душ в этот раз стоил дешевле, всего 5 евро, и мне выдали полотенце и моющие средства. Первое было кстати, так как своё полотенце я оставил в России. Видимо, принимать душ с приключениями — это традиция, которая началась с финиша PBP 2019 года. Смеситель был типичным для Франции, нажимного типа. Я потратил три минуты, чтобы вода нагрелась, намылился и включил воду, но там оказалась холодная вода! Меня передёрнуло, такой подставы я не ожидал, пришлось ждать, пока бойлер снова нагреет воду до приемлемой температуры. Может быть, пора начать закаляться?
После душа я вернулся к своему велосипеду. Напротив стоянки велосипеда на траве под деревом спал Макс, а Василия не было, но оставленная на руле панама говорила о том, что он где-то рядом. Вскоре Василий вернулся, мы немного пообщались, и разошлись. На КП продавали спортивное питание, запчасти, и был механик. У меня заканчивался изотоник, палатка с спортпитом была к месту, взял какой-то новый изотоник, лучше бы заплатил чуть больше и купил Sis.
Я решил поесть здесь. Вариантов было немного: уже был вечер, и я не был уверен, что по пути из Бреста встречу место, где мог бы перекусить. Каково же было моё разочарование, когда опять за 10€ подали скудный ужин: макароны (местами недоваренные) и суп. Для справки: на других КП этот набор обошёлся бы в 4-5€. Ну ничего не поделать — «режим питания нарушать нельзя».
Brest-Paris
Небо во Франции — это отдельная тема для разговора. Ещё в первую ночь я частенько отвлекался от дороги и смотрел вверх: сколько же тут было звёзд и созвездий, какие они были крупные! Хотелось остановиться, сесть в кресло и наблюдать за ними...
После того как я проехал мост, выехал на слегка освещённую улицу, где местные жители, стоявшие у дороги, угощали участников путешествия клубникой и желали хорошей дороги. Мне удалось на ходу получить эти угощения. Французы в который раз удивляли меня: ночь, темнота, а они стоят и ждут нас, чтобы подбодрить и подкормить.
После того как я проехал участок, где угощали фруктами, я снова очутился в кромешной темноте. Я включил фонарь на средний режим, и хотя его света было недостаточно, чтобы ехать с комфортом, я не стал включать более яркий режим.
Время шло, а видимость лучше не становилась. Нужно было поскорее кого-нибудь догнать: так спокойнее и карты сверять не надо. Спустя какое-то время впереди замаячил красный фонарь, и я стал его догонять. Это был участник-азиат, из какой страны — разглядеть не представлялось возможным. С ним мы ехали сменами.
В этот раз ночи были теплее, чем в 2019 году, но на длинных скоростных спусках меня промораживало до дрожи, и я остановился, чтобы утеплиться. Пока мы стояли, нас обогнала группа участников. Закончив с одеждой, мы поехали догонять группу. Через какое-то время, догнав её, мы покатили небольшой пачкой — человек шесть.
Тут-то и начались «ягодки»: рельеф не собирался становиться более плоским, подъёмы шли один за другим. Как ни пытался я вспомнить, было ли что-то похожее в прошлый раз, ничего схожего не припомнил. Я полз в гору минуту, две, пять, а она всё не заканчивалась. Я давно уже переключился на самую лёгкую передачу, но легче мне не становилось. К этому прибавилось то, что меня начало клонить в сон.
Ехать по прямой траектории становилось сложнее, я думаю, это заметили участники, с которыми я ехал — они обогнали меня и ехали впереди, а может, это у меня закончились силы и я не мог больше ехать в их темпе. Подъёмы надоели до истерики, две мысли крутились в голове: «Да когда же это закончится?!» и «Надо слезать и идти пешком».
Частенько я успокаивал себя тем, что от Бреста горный участок был в прошлый раз 21 километр, возможно, и сейчас он такой же — мне это помогло. Я намеренно не пытался себя взбодрить кофеином, так как боялся, что, приехав на КП, спать мне не захочется.
Тем временем группа начала уходить вперёд. Как я ни старался сократить дистанцию, но я держал их в визуальном контакте. В какой-то момент группа ушла так далеко, что я подумал: ещё немного — и они вовсе скроются из виду. Собрал всю волю в кулак, встал на педали и стал вкручивать. Через пару минут и один подъём я снова был с ними, а ещё через пару километров мы подъехали к КП.
Если я правильно помню, контрольный пункт было без контроля, спать на нём было негде, если только на полу — это в мои планы не входило, хотя один человек из нашей группы решил остаться здесь. Я не стал дожидаться, пока группа, с которой я ехал, поедет дальше, и поехал один. Время дорого, да и всё равно они меня нагонят.
Минут тридцать я катил в одиночестве, пытаясь догнать кого-то, но никого не было. Подъёмы не думали заканчиваться, на одном из подъёмов я увидел вдалеке справа свет фонарей.
Это точно были велосипедисты: машины так не едут, и свет от фонарей мерцал в такт раскачке велосипеда. Я стал ускоряться, но когда свернул на ту прямую, где был свет, никого не увидел. Нет, я точно видел свет — это не игра воображения, я в этом уверен!
Выехав на небольшую ступеньку перед очередным подъёмом, я увидел слева слабый свет. Это были местные жители, вяло я протянул «бон суар» и покатил дальше. Поднявшись наверх, я увидел мелькающие вдалеке красные фонари — не показалось, значит.
Я лёг на руль, включил фонарь на самый яркий режим и стал ускоряться. Пока я догонял впередиидущих участников, меня догнала та группа, которая задержалась на КП. В этом составе мы докатили до КП в Карнакс Плужере.
Карнакс Плужер (679 км). К сожалению, я ошибся с КП, и здесь не было спальных мест, но мне уже было всё равно — я готов был спать на полу, в столовой или в холле. Был, конечно, вариант докрутить до Лудеака (85 км), но внутреннее чутьё мне подсказывало, что оно того не стоит, и если удастся доехать, то будет уже светать.
Шёл 43-й час без сна, я раза два-три обошёл холл и столовую в поисках места для сна. Люди спали везде: на улице у входа, на бетоне в нишах у входа, на траве, в столовой на столах, под ними и между ними.
Не сказать, что здесь было много участников, но лежачих мест явно не хватало. Вскоре я нашёл уголок между двумя столами, отодвинул стул, снял куртку, обувь и шлем, сложил куртку, чтобы было что подложить под голову, завёл будильник на три часа, накрыл голову жилеткой и попытался уснуть. Проснулся через 40 минут, может, чуть больше.
Сейчас думаю, что надо было ехать, а не досыпать оставшееся время — это был сигнал организма: «Я поспал, могу ехать дальше». Но я решил, что стоит отдохнуть. Второй раз проснулся за час до будильника, понял, что смысла спать больше нет, и стал собираться. Народу прибавилось, очередь в столовую тянулась из коридора.
В очереди вижу Макса, отмечаю, как же классно мы едем. Как-то хитро умудряюсь отовариться супчиком быстрее Макса. Делюсь с ним мнением, что этот перегон — какой-то кошмар, и он, к счастью, закончился.
Закончив с завтраком, я поехал дальше. Всё ещё было темно, но до рассвета оставалось около часа. Меня не рубило, я был сыт, и до финиша оставалось 500 с небольшим километров. Я не мог дать себе объективный ответ на вопрос, много это или нет и достаточно ли я проехал для первого перегона без сна.
Природа в который раз удивила. Я встречал восход — в этот раз не было ни плотного тумана, ни серого занавеса из туч.
Восходящее солнце заливало кокучевые облака оранжево-розовым светом. Въехав в небольшой населённый пункт, я увидел группу велосипедистов, стоявших около пекарни. Я решил не проезжать мимо и отведать свежей выпечки — на часах было 7:05, а прилавок уже был полон различными хлебобулочными изделиями. Я охотился на Paris-Brest, но здесь его не было, взял «плоский круассан» — не пожалел, это был круассан со сливочным пралине внутри и миндальной стружкой поверх.
Быстро перекусив, я поехал вперёд, в поисках подходящей группы. Впереди замаячила группа, и издалека по форме я узнал итальянцев, которых обгонял уже в который раз.
Когда я приехал в Лудеак, солнце уже начало припекать. Нужно было быстро получить отметку и идти сушить вещи — неизвестно, какой будет следующая ночь, но в сухом ехать точно лучше, чем в сыром. Вывесил все вещи на поручни, я пошёл заниматься привычными для КП делами. Пока занимался подготовкой к следующему перегону, подъехал Макс — решаем ехать вместе после того, как каждый закончит свои дела.
На выезде с КП запутался в стрелках и свернул не туда, отстав ненамного от Макса. За городом поднялся боковой ветер. Нужно было срочно искать подходящую группу, чтобы катить, не тратя лишних сил.
Вскоре нас обогнал минивен, в багажнике которого сидел фотограф с камерой. Я предположил, что это снимают видео о PBP, ускорился и подъехал ближе к машине. Через какое-то время перед машиной собралась группа велосипедистов, желающих "попасть в кадр" — это уже начинало надоедать. Обогнать машину было проблематично: она шла чуть быстрее нашего темпа, хотя водитель иногда пропускал нас вперёд. Вскоре машина обгоняла нас — вся эта эпопея продлилась минут 30. Вскоре мы вновь встретили эту машину, когда оператор стоял на обочине и снимали нас с дрона.
Группа, раззадоренная съёмками, умчала вперёд, а я не потянул их темп и отстал.
Тиньтеньяк (867 км). Договорились с Максом не кушать здесь, отдохнуть в тени минут 10, а обедать будем в Фужере — перегон до него был всего 61 км. Полежав немного на траве, я понял, что пора ехать, — обусловили с Максом, что встретимся на КП.
Солнце пекло знатно, иногда над асфальтом поднималось марево, и казалось, что велосипедисты впереди парят в воздухе.
Так как я приехал в Фужер раньше Макса, у меня было время, которое я решил потратить с пользой. Поставил велосипед на видное место, чтобы Макс мог его заметить, я отправился на массаж.
Ноги после гор были забиты до такой степени, что об них можно было кирпичи ломать. Зайдя в медпункт, я спросил, можно ли сделать массаж. Меня поняли, но вот то, что начали говорить мне в ответ, я не понял. Девушка спросила, на каком языке я говорю, и когда услышала “parle russe”, энергично воскликнула: “О! Вера!” Через минуту появился переводчик-Вера, о котором я совсем забыл — Вера предупреждала, что будет дежурить в Фужере в дни бревета.
Я объяснил, что мне нужен обычный массаж. Пока мне его делали, в мою голову пришла ещё одна идея, стоившая мне двух часов. Пятая точка ещё на 350 км объявила забастовку, но её удалось усмирить обезболивающим. А тут я вспоминаю историю, рассказанную мне Максом Хейфецом, что он в 2019 году беседовал с одним из участников, которому вылечили мягкое место чудо-пластырем. Вот и я решил: “гулять — так гулять”.
Подробности происходящего смотри в моём фильме о PBP, скажу только, что пластырь реально работает — по ощущениям можно было ещё один PBP ехать. После долгой процедуры я пошёл с Верой и её мужем в столовую, где за трапезой мне сообщили, что я теперь местная легенда (смеюсь) — тоже мне легенда, тут каждый третий такой.
Закончив кушать, я стал собираться ехать дальше. На дорожку Вера дала мне литр апельсинового сока и большое яблоко. Я сначала растерялся: куда я дену столько сока? А потом место само нашлось — две фляги были опустошены от воды и изотоника, который уже успел надоесть.
Восьмой час, а на улице всё ещё очень тепло, значит, ночь будет тёплой. Пока было светло, катил бодро, после того как стемнело, начало потихоньку рубить. Чем дальше от Бреста и чем быстрее я ехал, тем меньше встречал попутных участников, и как только видел впереди красный огонёк, старался догнать его.
В VILLAINES-LA-JUHEL (1018 км) я решил, что нужно поспать второй раз. Но перед этим немного перекусить: зашёл в бар, взял чай, тирамису и йогурт, который остался у меня с прошлого КП.
Закончив кушать, я уже хотел идти спать, но тут увидел на стуле спящим угадайте кого? Правильно, Макса, подключившего к розетке свои часы, он спал. Я обещал ему дать нимесил, сходил за ним, только положил лекарство около него, как Макс открыл глаза. Я сказал, что остановлюсь тут часа на три, и ушёл. Спал в этот раз в нормальных условиях: на этом КП была комната для сна. я попросил волонтёров разбудить меня через три часа.
На соседнем матрасе готовился ко сну Марик, рандоннёр из Израиля, с которым мы тоже частенько пересекались на КП. Я снял верхнюю одежду, укрылся пледом и провалился в сон. Первый раз проснулся через час после того, как уснул, второй раз меня уже разбудил волонтёр.
Я пошёл завтракать. После тёплого зала для сна на улице было прохладно, но терпимо. Спустился в ресторан за завтраком. В этом помещении были только вторые блюда, а мне нужен был суп. На вопрос, где бы я мог его раздобыть, девушка повела меня в соседнее помещение — большой спортивный зал. Я помнил этот зал по 2019 году. После того как мне налили суп, девушка-волонтёр любезно взяла у меня поднос и отнесла к свободному столику. Позавтракав, я поехал дальше.
После сна ноги совсем не хотели крутить педали, несколько километров тащился со скоростью до 20 км/ч. Всё изменилось, когда появилась группа итальянцев. Хотел было сесть им на колесо, но они катили медленнее меня, поэтому на спуске я ушёл вперёд, а они, в свою очередь, не решились цепляться за меня. На развилке пролетел нужный поворот, хорошо, что стоявший на повороте участник крикнул «to the right», я развернулся и поехал куда надо, в очередной раз догоняя итальянцев.
Какое-то время я ехал один, затем меня обогнал один из участников. Его темп был явно выше моего, и я даже не пытался усидеть за ним. Вскоре появился ещё один рандонёр, его темп был мне по силам, и я «сел ему на колесо».
Природа снова радовала своими красотами: в полях стоял небольшой туман, он плавно перетекал через земляной вал, отделяющий одно поле от другого, и переливался золотом в лучах восходящего солнца.
Вскоре мы въехали в небольшой посёлок Villeneuve-en-Perseigne. Здесь местные жители организовали своими силами небольшой пункт питания. В здании то ли веломагазина, то ли веломузея, посвящённого одному гонщику, можно было бесплатно попить кофе и купить выпечку. Как раз к нашему приезду завезли свежие круассаны. Внутри здания были фотографии местного гонщика, в глубине комнаты стоял велосипед, а в просторном зале спали другие рандоннёры. Отличное место для отдыха, тихо и немноголюдно. Отдохнув минут десять в этом месте, я поехал дальше.
В MORTAGNE-AU-PERCHE (1099 км) всё было по стандартной схеме: отметка, перекус. Взятый в Бресте повербанк к этому моменту я уже разрядил, и нужно было срочно где-то зарядить телефон. Подошёл к стойке, где торговали велопринадлежностями, и спросил у девушки, может ли она поставить мой телефон на зарядку. “Без проблем”, — ответила она, но, подключив телефон к сети, зарядка не пошла. Выяснилось, что проблемы с самого начала были не только в повербанке, но и в шнуре. В итоге телефон поставили заряжать от чужого шнура, а я пошёл завтракать.
К этому моменту мне уже надоело есть суп-пюре и макароны, да и просто хотелось какого-то разнообразия. Я стал смотреть, что можно взять на завтрак: был мой любимый рис с молоком, йогурты и ещё что-то, название блюда мне ничего не говорило. На деле это оказалась манная каша с изюмом! Вот чего я точно не ожидал, так это манку — с удовольствием съел её.
На улице уже пригревало, и я решил снять жилетку. Через пару километров пришлось вновь остановиться и снять утеплители для колен и термокофту. До этого момента я ехал наперегонки с веломобилем: в гору я его обгонял, а с горы тягаться мне с ним было бесполезно. Пока я раздевался, меня обогнали несколько групп, и у меня вновь появилась цель. Первыми я настиг два веломобиля, которые уныло ползли в горку, затем были “свои в доску” итальянцы. Как я их узнавал? Да всё просто: у них были светоотражающие жилеты розового цвета или часть экипировки, сейчас уже трудно вспомнить. В режиме “догонялок” я докатил до КП в Дрё (1177 км).
На КП, в огромном спортивном зале было немноголюдно по сравнению с 2019 годом, когда зал был битком набит рандоннёрами в жилетках. Долго я здесь не рассиживался: залил фляги, быстро перекусил супчиком, а на десерт взял Paris-Brest.
Ещё когда я обедал, меня напрягала температура снаружи: за тот небольшой промежуток времени, что я там пробыл, она поднялась с 31° до 33°. На улице я понял, что оставшиеся сорок четыре километра могут быть не такими простыми, как кажется.
Снова после остановки ноги не хотели крутить педали, пятая точка была заодно с ними — принимаю очередную порцию обезболивающего и жду результата. Немного раньше меня с КП выехала небольшая группа, и, судя по той скорости, с которой она уходила от меня, это был отличный локомотив, в который надо было садиться, вот только попробуй это сделать…
На выезде из города был крутой спуск, дорога просматривалась далеко, и я решил ускориться. Это было быстро: единственное место, где на спидометре я увидел цифры свыше 60 км/ч — разрыв между желаемой группой стремительно сокращался. Спустя минут десять я настиг их.
Они ехали сменами, так называемой “вертушкой”, причём непрерывной, то есть идёт постоянная смена лидера — они сменяли друг друга так быстро и плавно, что мне тоже захотелось принять в этом участие. Я ехал за ними и никак не мог поймать момент, когда можно было бы вклиниться в эту цепь.
Через какое-то время один из участников предложил присоединиться к ним, я с радостью согласился. Но первый блин оказался комом. Поняв, что на слух, тем более на английском языке, мне мало что можно донести, мне решили показать на ходу обучающий ролик с YouTube! После этого я от теории перешёл к практике: где-то на четвёртом круге у меня начало получаться, и мы так ехали до въезда в населённый пункт. После нашу группу развалили три более быстрых участника, к которыми отдельные участники нашей группы решили присоединиться. Если у меня была скорость на тот момент 33 км/ч, то они летели все 35 и выше. Желания и сил работать в таком режиме у меня не было, я их отпустил, попутно наблюдая, как от группы откалываются другие участники, не потянувшие этот сумасшедший темп.
Потихоньку начала формироваться новая группа. Мы были уже на подъезде к Рамбуе, когда начали появляться таблички с указателем оставшихся километров до финиша. Самыми долгими были последние пять километров. Вскоре я увидел знакомый пятачок, вымощенный камнем, а после поворота направо с открывающимся видом на замок с финишной аркой никто из нас не пытался проехать как можно быстрее через неё. Колёса шуршали по гравийной дороге, но это шуршание вскоре заглушалось гулом поздравлений болельщиков, собравшихся встретить нас.
Вот и всё, я слился с общей массой, стал частью этого праздника — это и хорошо, и грустно. Путешествие окончено, больше никаких “але-але” и “бон кураж”. Теперь остаётся получить заслуженную награду, талон на еду и идти отдыхать. В шатре полно народу и стоит гул. Отдаю карточку для последней отметки и получаю заветную медаль.
Результатом доволен, хотя мог быстрее. Велосипед, как и в прошлый раз, не подвёл, проколов и поломок не было, каких-то негативных моментов тоже не встретил — сплошной позитив, вот только теперь это уже история…