Исканян Жорж
После прилета на базу в Домодедово я мог выбрать из нескольких вариантов как добраться домой, один самый быстрый в тот конкретный период времени дня. Вариантов было четыре. Первый, это автобус - экспресс, работавший круглосуточно. Даешь водителю рубль после завершения посадки и обилечивания пассажиров кондуктором, и едешь на откидном месте рядом с водилой. Перед тобой полная картина дороги, во всю ширь лобового стекла. Красота!
Обычно я выходил у метро Парк культуры и ловил такси или чайника. Такси до Шелепихинской набережной, где я жил, стоило 1,42 руб. Однажды был прикол.
Выйдя из автобуса, осмотрелся. Ни одного такси! Подходит мужик и спрашивает:
- Далеко ехать?
- На Шелепиху, около Филевского моста, - отвечаю.
- За рубль поедем? - интересуется мужик.
Это была очень хорошая цена, иногда чайники соглашались, если стоять неохота, поэтому я, конечно, согласился.
Мужик, сказав: пошли, - направился к подземному переходу, и я решил, что его машина стоит где-то в той стороне, но он стал спускаться по ступенькам вниз.
- Машина у тебя на другой стороне, что ли? - немного расстроился я.
- Какая машина? - удивленно остановился мой спутник.
- Как, какая? Твоя машина!
- А у меня нет машины, - ошарашил он меня.
- Не понял, - возмутился я, - ты что же, за рубль, меня на себе повезешь?
- Да нет, на метро.
И тут до меня дошло, этот тип предлагает всем услуги провожатого, рассчитывая на тех, кто не знает Москвы.
Такой вид бизнеса мне встретился первый раз.
Второй вариант доехать до Москвы - маршрутный автобус до метро Домодедовская. Всегда битком, а летом сауна на колесах.
Третий вариант - электричка до Павелецкого вокзала. Нормально, но долго и со всеми остановками.
Ну и четвертый, самый лучший, но дорогой и не факт что поймаешь, потому как прилетевших всегда как на футболе Спартак - ЦСКА болельщиков.
В тот раз я решил поехать на электричке. Был я в форме, которую наша авиакомпания закупила в ФРГ и походил на летчика Люфтганзы (немецкой авиакомпании).
В вагоне мне пришлось долго искать свободное место, а когда наконец нашел и уселся устроившись поудобнее от нечего делать стал рассматривать украдкой сидевших рядом и напротив пассажиров.
Мое внимание привлек мужичок в замызганной телогрейке сидевший напротив меня с краю. Грязными, немытыми руками, с огромными черными ногтями на пальцах он заботливо поглаживал большую молочную флягу стоявшую на полу между его ног. От знакомого, втягивающего слюну в рот звука я вздрогнул. Елки палки, так ведь это же Репин!
- Сашка, ты?
Мужик, склонив голову чуть набок, посмотрел на меня внимательно и серьезно и улыбнулся - узнал:
- Апполоныч, откуда?
Рассказав ему вкратце о себе, мне было интересно узнать о том, как сложилась его жизнь.
Он, явно смущенный моей бурной и интересной карьерой, на мою просьбу, рассказать о себе начал быстро и с явным желанием убедить меня что у него все великолепно тараторить:
- Женился, трое детей, свой дом и свое хозяйство - держит двух поросят, кур, козу и еще у него большой огород.
Работает в профилактории аэропорта разнорабочим и, хотя платят не много, работой доволен, т. к. ему разрешают забирать пищевые отходы с кухни, а это здорово, потому что свиньи и собаки очень прожорливы, да и куры, вроде сами небольшие, а жрут не меньше поросят...
Вообще я своей жизнью доволен, - подвел итог нашей беседы, Сашка и встал, - ну ладно, мне сейчас выходить на Авиационной, а там еще на автобусе добираться. Счастливо оставаться!
И он, с большущей грязной сумкой в одной руке и с тяжелой флягой в другой, направился к выходу. Около раздвижной двери Репин остановился, оглянулся и посмотрел на меня.
В его глазах я вдруг увидел откровенную щемящую тоску по безвозвратно ушедшему прошлому и плохо скрываемую зависть чужому интересному и благополучному настоящему.
Он вышел. Я ехал и вспоминал когда и как произошла наша первая встреча.
Я в предыдущем рассказе говорил, что за время моей работы проводником у меня сменилось три парня. Про двоих я рассказал. Сейчас расскажу о третьем.
Звали его Саша, а фамилия его была - Репин. Жил он на Авиационной. Его мама работала в школе учительницей, преподавала химию. У нее, кстати, в свое время учились многие наши парни и девчонки будучи в школьном возрасте. Кличка у нее в школе была "Глында". Почему именно так ее называли я до сих пор понять не могу.
Сашка был у нее единственным сыном (мужа не было) и поэтому она вложила в его воспитание всю душу и все силы. Всю душу, потому что лупила его каждодневно от всей души, а все силы потому что этих самых сил на экзекуции не жалела. И нужно признать, добилась своего!
Выбила из Сашки последние мозги.
Когда он первый раз появился у нас в Службе я уже был довольно известной личностью в Домодедово. Про мои похождения с Монеткиным, Радишвили и другими известными персонажами, ходили легенды.
Мы стояли со Славкой Монеткиным у входа в Службу и о чем-то трепались, когда появилась женщина лет пятидесяти, с мрачным, властным лицом, а рядом с ней покорно шагал молодой парень. Нетрудно было догадаться, мать и сын. Подав команду сыну:
- Жди меня здесь! - она вошла в Службу бортпроводников.
Мы с любопытством стали рассматривать это чудо природы.
Роста он был, ниже среднего, с жидкими, прямыми коричневыми волосами. Прямой нос, с близко расположенными водянистыми глазами и открытый рот (как у Макаревича), обнажавший желтые не знавшие зубной щетки крупные зубы. Он стоял задумчивый чуть наклонив свою голову набок. Глаза его смотрели в никуда, как будто парень ушел с головой в себя. Вдруг, не глядя на нас и продолжая смотреть туда же, он спросил:
- А вы здесь работаете? - и с шумом втянул готовую упасть на землю стекавшую с губ слюну.
Мы со Славкой переглянулись.
Оригинально! - процедил Слава сквозь зубы, зажимавшие "Беломор" и в свою очередь сам спросил:
- А ты что же привел мамашу бортпроводницей устраивать?
Парень улыбнулся: - Да нет, это она меня привела. Я буду у вас летать бортпроводником.
Монетки закашлялся, поперхнувшись дымом и успокоившись, спросил:
- А как же ты медкомиссию прошел, мой юный друг?
- Запросто, - ответил он, - моя мамашка преподает химию почти у всех детей членов медкомиссии, в том числе и у дочки председателя ВЛЭК. Может познакомимся? Меня Саша зовут, а фамилия Репин.
- Рублев, - представился Славка.
Саша оживился: - А я про вас много слышал. Вы, на самом деле, Монеткин, да? Я мечтал с вами познакомиться, теперь будем вместе летать, - он издал втягивающий звук.
Но тут выскочила его мамаша и позвала сына следовать за ней.
- Вот это пень! - захихикал Славка, - она его, похоже, прямо из Кащенко к нам привезла. Если его ко мне в бригаду поставят, я с самолета выпрыгну, ну или его выброшу.
Каково было мое удивление, когда на очередном разборе, нашей бригаде представили нового 5 номера, Репина Александра. Я пытался отбодаться от этого сокровища, но инструктор была непреклонна: - Ты пользуешься у молодежи авторитетом, поэтому воспитывай и учи.
И я начал его учить и воспитывать.
Слушался он меня беспрекословно, а девчонки мои были от него безума и подшучивали над ним постоянно. Мне даже приходилось за него заступаться, когда они очень наглели. Я к нему скоро привык и где-то даже жалел его, ведь он же не виноват, что его вырастили таким наивным, недалеким и добродушным юношей. Хотя ничто человеческое ему не было чуждо. Он стремился быть таким как те кем в Службе восхищались. Ходил за мной как хвостик, куда бы мы не прилетали и к кому бы я не заходил в гостинице в гости.
Внимательно слушал все наши разговоры склонив голову набок и открыв рот. Когда мы ржали над чем-нибудь Сашка тоже улыбался, отведя глаза в сторону и уставившись в одну точку. Ему очень нравился Монеткин.
Как-то после разбора собрались устроить "праздник души" на Авиационной. С нами увязался Сашка прилетевший из Хабаровска. Насмотревшись как многие проводники занимаются мелким бизнесом перепродавая рыбную продукцию привезенную с Хабаровска и Камчатки, Репин решительно тоже подключился к этому, поэтому две его руки были заняты тяжеленными сумками набитыми по самые некуда колониальным товаром. Мы предложили ему отнести сумки домой, но он отказался, мотивируя это тем, что дома мамашка, которая впустить то его впустит, но обратно не выпустит.
Наш дружный коллектив, в который входили девчонки и несколько ребят с Авиационной знавших Сашку, бодро шагал к заветной поляне знакомого леса. Все постоянно оглядывались, потому что сзади, в метрах 20-ти от нас, семенил короткими ножками Репин, постоянно останавливаясь и бросая свои сумки чтобы передохнуть. Пот градом катился с лица, но Сашка упрямо тянул к лесу.
Было такое впечатление, что он штангист и несет две неподъемные штанги, потому что прежде чем поднять опять брошенные сумки Репин делал своего рода подход к снарядам. Он подходил к ним, останавливался, внимательно глядел, будто прицеливался, затем резко хватался за ручки сумок и оторвав от земли быстро продолжал свой путь, часто часто перебирая ножками. Был май месяц. Жарко!
Дождавшись нашего штангиста, мы скинулись. В магазин пошли местные.
Накрыли поляну. Откуда-то появился граненый стакан, любимая посуда Славки, поэтому, взяв его в руку сказал: Мне дозу! Когда наливали ему, он после паузы во время которой внимательно наблюдал за процессом, сказал, когда стакан был почти полон: - Ну будя, будя!
Медленно и с достоинством, выпил. Закусил неспеша, затем, взяв вторую бутылку и протягивая стакан Репину, спросил:
- Тебе сколько наливать, обормот?
Тот небрежно ответил:
- Дозу!
Славик удивленно посмотрел на него и спросил: - Ты уверен?
- Не сцы, наливай! - гордо сказал Сашка.
Взяв в руки полный стакан и победоносно посмотрев на присутствующих, резко выдохнув, он начал пить.
Сначала вроде все шло хорошо, но когда была пройдена половина дистанции дело пошло хуже. Создавалось такое впечатление что чем ближе к финишу тем больше сужалось его горло. Он уже с огромным усилием пытался проталкивать жидкость в себя и вот, сила действия стала равна силе противодействия. Сашка, вытаращив глаза, стоял с прилипшим ко рту стаканом. Водка уже лилась через нос обратно в стакан. Ситуация становилась жестокой и Монеткин не в силах выносить эту борьбу противоположностей резко сказал: - Все, обормот, хватит с тебя! - и, вырвав стакан из руки Репина, сунул в рот ему редиску, - на закуси...
Тот какое-то время продолжал стоять с редиской в зубах прислонившись спиной к березе и глядя в синее весеннее небо остекленевшими глазами. Затем медленно, беспрестанно икая, сполз по березе вниз и достигнув задницей земли, плавно завалился набок и потух окончательно.
Продолжали без него часа четыре. Стали собираться по домам. Сашка все лежал не подавая признаков жизни.
Монеткин взял командование на себя: - Так, - обратился он к местным ребятам, - берете этого жмурика и тащите его домой. Бросать его нельзя!
Матерясь на чем свет стоит двое парней подняли Репина и, положив его руки на свои плечи, потащили к домам. Они знали где он живет, т. к. учились с ним в одном классе. Вслед за ними тащился третий товарищ с тяжелыми Сашкиными сумками в руках. Репин начал подавать признаки жизни, но идти самостоятельно не мог. Группа медленно удалялась от нас и вместе с ней становился все тише душевный матерок.
Уже потом мы узнали, что ребята благополучно довели его до дома, подняли на второй этаж и, зная крутой нрав "Гланды", поставили Сашку лицом к двери, подняв ему руки чтобы он упирался ими в свою дверь, подперли сзади ноги сумками и протяжно позвонив в его квартиру ломанулись вниз по лестнице обгоняя друг друга. Один из них притормозил чтобы посмотреть чем дело кончится.
Дверь резко открылась, а так как Сашка головой и руками упирался в нее чтобы не упасть, он всей массой пьяного тела потеряв точку опоры завалился на мамашу. Мама Репина от неожиданности и страха, а также под весом тела рухнула на пол, придавленная сверху сынулей. Не разобрав в потемках кто это, она решила что это насильник, который решил покуситься на ее самое святое, самое сокровенное - честь, поэтому завопила на всю Авиационную. Одно хорошо - Сашка, после ее крика похожим на вой воздушной тревожной сирены протрезвел моментально, хотя успел все-таки, паразит, исполнить "привет из глубины души" на мамашу. После этой финальной сцены наш смелый свидетель рванул догонять друзей.
На вылет через два дня Сашка приехал с явно помятой физиономией и какой-то задумчивый. Следом за ним шла угрюмая мама. Она решительно вошла в Службу бортпроводников, прямиком в кабинет начальника Службы, Буданцева, отца родного всех проводников Домодедово.
Там она пыталась устроить скандал, обвиняя Монеткина и других проводников во всех грехах тяжких (дома, под пытками Сашка заложил всех, кроме меня).
Но наш папа дал ей достойный отпор, заявив, что если она так недовольна нашим коллективом, то может хоть сейчас забрать свое чадо от которого все стонут.
Мамаша выскочила из Службы вся красная, как рак и найдя глазами меня, решительно подошла ко мне и взяв за руку, порывисто и с чувством сказала: - Георгий! Мне сын много о вас рассказывал. Вы единственный порядочный человек в этом вертепе разврата и пьянства.
Мои "морковки" с интересом и удивлением наблюдали за происходящим.
- Я могу положиться на вас? Я могу надеяться, что вы сделаете из моего сына настоящего советского человека? - спросила она у меня.
- Надейтесь и положитесь! - уверенно ответил я.
- У вас честные, голубые глаза и открытое, доброе лицо, поэтому я вам доверяю, - закончила она свой монолог.
Затем, уже ледяным голосом, обратилась к сыну:
- А ты, подонок, чтобы беспрекословно слушался Георгия (ей хотелось сказать: отца Георгия), - а после рейса, чтобы сразу домой, скотина!
Выдавив улыбку, она, сказав: всего доброго, - обращаясь только ко мне, ушла.
- Ну что, "морковки", слышали, какой я человек? - сказал я девчонкам, - и это истинная правда, потому что все эти замечательные качества во мне увидела не абы кто, а учительница - знаток человеческих душ! А от вас разве добьешься доброго слова? Только и слышишь весь рейс: Апполоныч, а что у нас есть пожрать? Скучно с вами, уйду я от вас!
Девчонки со смехом бросились ко мне и целуя в щеки, затараторили:
- Не уходи, родной ты наш! Мы же тебя любим. Лучше нас никого не найдешь! И потом, на кого ты нас оставишь?
Я посмотрел на Сашку, стоявшего с открытым ртом и наклоненной набок головой и кивнул в его направление: как на кого? На него, настоящего советского человека...
Сашка улыбнулся.
Предыдущая часть:
Продолжение: