День выдался явно не для прогулок. С моря дул ужасный ветер, волны огромными валунами набегали на берег и рушились, рассыпаясь на миллионы холодных брызг. Нина шла по пустынному берегу, думая, что ей делать дальше, как жить. Ее «удачный и счастливый» брак, как все считали, трещал по швам. Но никто об этом не знал и не догадывался.
Нужно было что-то решать, но она знала, что муж развода не допустит. Где он еще такую найдет, безропотную, молчаливую домохозяйку и послушную женщину в одном лице. Хотя второе под вопросом.
Она начала сопротивляться навязанной ей роли. Вот и сегодня вместо того, чтобы готовить мужу ужин, пока он на работе, она ушла из приевшейся ей обстановки постылого дома сюда, на пустынный берег.
Здесь они жили с тех пор, как поженились. Все подруги завидовали, домик у моря. Хотя он был старым, точнее, старомодным, дом его деда. Но поначалу показался уютным и гостеприимным, до тех пор, пока Ян не стал проявлять свой несносный характер. Примерно через год после женитьбы.
Или Нина просто не замечала раньше, что он и требовательный, и несговорчивый, и вспыльчивый. Или он так искусно притворялся, чтобы сначала приручить ее, а потом уж проявить себя во всей красе властного мужчины. Так или иначе семейная жизнь превратилась для нее в один сплошной кошмар по принципу все не так, и все не эдак.
А вчера он посмел поднять на нее руку. Не ударил, нет, замахнулся только. Первый раз за все время. Причина ссоры была банальной: сначала ему не понравилось ее угрюмое настроение, потом она попросила убавить звук телевизора, а потом разбила его любимый бокал, подарок мамы, и началось: вечно хмурая, руки не из того места растут.
Нина извинилась за бокал, но затем повысила голос и попросила его не кричать, и так голова болит. Тут он и замахнулся со злым выражением лица. Потом резко опустил руку, выругался и ушел из дома. Вернулся за полночь и выпивший. Значит в баре время провел. Был у них один такой недалеко от дома.
Но вспоминать об этом не хотелось. Нина остановилась у самой кромки воды и стала смотреть на разбушевавшееся море. И в ту же секунду вдруг всколыхнувшаяся волна окатила ее с ног до головы и утащила за собой.
Не успела она опомниться, как очередная волна подхватила ее подбросив, словно пушинку, и снова накрыла с головой. Нина потеряла ориентацию, сознание её затуманилось и обессиленная, она не способна была сопротивляться. Еще чуть-чуть и всё…
Но тут она, как в тумане, уловила чье-то движение рядом, ее схватили сильные руки и потащили из воды, хотя давалось это ее спасителю нелегко. Но он справился, вынес ее на берег, отнес подальше от воды и уложил на удивительно теплый песок. Или это после холодной воды ей так показалось?
Нина сильно закашлялась, стараясь избавиться от противной соленый воды, попавшей и в нос, и в горло, а возможно и в лёгкие. Глаза щипало, уши заложило. Минут пятнадцать понадобилось на то, что немного прийти в себя, и тут она услышала:
– Ты что, с ума сошла? Зачем в воду полезла? С утра же было штормовое предупреждение, детка!
– Сам ты детка…, - ответила она тихо и добавила: - Спасибо, что вытащил.
Рядом с ней стоял крупный мускулистый светловолосый мужчина лет сорока. Обветренное лицо, широкий лоб и очень внимательные глаза на встревоженном лице.
– Пожалуйста, - ответил он, оглядывая ее с ног до головы. – До дома дойти сможешь?
Нина попыталась приподняться, но сил не хватило. Тогда он легко подхватил ее на руки и спросил:
– Куда?
Она попыталась вырваться, но поняла, что бесполезно. Ей с ним не тягаться и просто указала кивком в сторону песчаной насыпи, за которой был их дом. Пока он донес ее туда, силы понемногу вернулись, и она высвободилась из его объятий, отряхнула с себя песок и снова поблагодарила мужчину.
– Ну, я пошел тогда, - сказал он, а Нина ответила:
– Меня случайно волной унесло, но если бы не ты…
– Ладно, сочтемся, - сказал он и пошел назад уверенной поступью.
Глядя ему вслед, Нина почувствовала, как сердце сжалось в комок, от благодарности, наверное. И почему-то мысль мелькнула: «А Ян спас бы меня?» Ее муж не был таким сильным и мускулистым. Интеллигентный мужчина, юрист в гостинице «Приморская». Заключает договора с туристическими компаниями, разбирается с жалобами и исками. Вечно занят и озабочен.
Нина поспешила домой все еще ощущая дрожь в коленях. Обед, а точнее, ужин получился скромным: картофельное пюре и сосиски. На большее сил не хватило. Явившийся с работы супруг остался явно недоволен, но увидев жену в постели все же поинтересовался: что стряслось?
Рассказывать про свое приключение она посчитала излишним и просто сказала, что ей нездоровится. Он пожал плечами, поел в одиночестве и включил телевизор на полную мощность, шел футбол. А Нину стошнило. Она еле добрела до ванной, кое-как справилась с тошной и снова легла в постель. И больше ничего не помнит.
Проснулась ранним утром. Голова гудела так, как будто в ней рой пчел поселился. Нина попробовала пошевелиться и тут увидела в кресле спящую маму! Она тихонечко позвала ее, мама тут же проснулась и кинулась к ней.
– Как ты меня напугала, дочка! Ян вчера позвонил, сказал, что ты заболела. Поздно уже было, еле дождалась утра, взяла такси и приехала.
Оказалось, что мама застала Яна спящем на диване прямо в одежде. Он сказал, что Нина всю ночь металась, вскрикивала. К утру только успокоилась немного. Мама подошла, потрогала лоб, поправила одеяло и придвинула кресло поближе к кровати.
– Где ты так простудилась, доченька? Врача будем вызывать?
Но Нина отказалась. Раз уж муж вчера не удосужился, то сейчас и вовсе ни к чему, ей уже полегче, голова прояснилось. А горло саднит чуть-чуть, это пройдет. Мама принесла ей чаю, усадила поудобнее и снова за свое:
– Ян так переживал, на нем лица не было. Ушел на работу уже, просил позвонить, когда проснешься.
– Мам, - тихо сказала Нина, - не надо ему звонить.
– Зря ты так, дочка. У него такая работа ответственная, стрессы, нервы. Дома нужен покой и уют. Тебя работать не заставляет, жила бы и радовалась.
– Мама, я стараюсь. Но ему невозможно угодить, понимаешь? То рубашка плохо поглажена, то еда невкусная, то пиво забыла в холодильник убрать. Я устала от его придирок и… вчера замахнулся на меня.
Мама будто не слышала последней фразы, пропустив ее мимо ушей.
– Это не придирки, а справедливые замечания. Ты думаешь, мне с отцом легко было, царство ему небесное? Да еще хуже, помнишь, наверное, наши перепалки постоянные. И ничего, мирились потом. Где я под него подстроюсь, где он извинится. Это жизнь, учись.
Немного подумав, она добавила:
– Ниночка, может все же стоит всерьез о ребеночке подумать? Дети – это такое счастье! И Ян станет помягче, и ты, моя хорошая. А я помогу, ты же знаешь…
Нина без слов откинулась на подушку и закрыла глаза. К горлу снова подкатила тошнота. Какой к черту ребеночек, если она уходить от него собралась. Снова переехать к маме и жить, как прежде, без этого давления и постоянного стресса. Ей хотелось работать, а не в прислугах дома сидеть. Бухгалтерские курсы окончила, могла бы найти работу. Но муж не разрешал.
Наконец Нина собралась с мыслями и сказала:
– Мамочка, а что если я…, - но не договорила. Мама тут же прервала ее:
– Никаких если, Нина. Женщина всегда может найти подход к мужу. А в ссорах в любом случае виноваты оба, запомни.
Именно так говорил ее отец, громко, с пафосом. Почему же мама, прожив всю жизнь с таким строгим и несговорчивым мужем, не понимает ее?
Мама весь день провела с дочерью, сварила ей куриный бульон, напоила чаем с облепихой, несколько раз померила температуру и наконец успокоилась. Во время своих хлопот не переставала повторять, что да, муж всегда должен иметь чистую выглаженную рубашку, вкусный ужин на столе и ласковую жену рядом.
– А если он ласки не дополучает, то пойдет искать ее на стороне, - сказала она многозначительно, а Нина подумала, пусть катится на сторону, ей уже все равно.
Но маме она этого не сказала. Мама её не понимала, не слышала, и ей не хотелось «огорчать Яна. Он же такой хороший…»
Наконец Нина поднялась, кое-как умылась, чуть-чуть привела себя в порядок и тут зазвонил телефон. Это был муж. Спросил ровным голосом с металлическими нотами, как она себя чувствует и попросил передать трубку теще.
Та с радостной улыбкой доложила, что Ниночке уже лучше, а она собирается напечь пирожков к его приходу. Но тут ее лицо сделалось удивленным, улыбка исчезла, и она лишь кивала, слушая зятя и ничего ему не говоря. Наконец этот разговор закончился и мама сказала:
– Ян уезжает в командировку. Дня на два. Просил меня с тобой побыть и собрать его вещи, он заедет за ними.
Нина выполнила просьбу через силу. Командировка – это было что-то новенькое. Какая и куда? Раньше он не ездил ни в какие командировки. И почему на ночь глядя, а не завтра с утра? Но задумываться не хотелось. Ей же лучше, отдохнет хоть немного. И маму она отправила домой.
В двух словах муж объяснил Нине, что едет в Симферополь, там какое-то важное дело. Пару дней всего, и он будет дома. Мама попыталась было остаться с дочерью, но Нина мягко отказалась. Ей уже лучше, хочется побыть одной и подумать над ее мудрыми словами и советами.
Мама сдалась, и они оба наконец исчезли из поля зрения.
Следующие дни Нина действительно отдыхала и приходила в себя. Ей не хотелось выходить из дома, даже тихое и спокойное море не влекло. Купаться рано, вода еще не прогрелась, особенно после шторма. А бродить просто так по берегу не тянуло совсем.
Она потихоньку убралась в доме, привела в порядок кухню и ванную комнату, кое-что постирала, погладила. Обычная домашняя рутина. Ян звонил по вечерам и, конечно, на домашний, не на мобильный. Его они не отключили до сих пор, и он, вероятно, проверял, дома ли она. Глупо и неприятно.
Наконец вернулся. Настроение хорошее, не похоже, что сильно устал после долгой дороги за рулем.
– Как все прошло? – спросила Нина, а он ответил:
– Устал как чёрт. Поесть что-нибудь имеется, я надеюсь.
Нина накормила мужа, сама тоже села за стол и заметила, как он прячет глаза.
– Нужно бы в супермаркет за продуктами съездить, - сказала она наконец, и Ян ответил, что отдохнет немного и тогда ради Бога, хоть на край света.
Последнюю фразу он произнес особенно загадочно. Через пару часов они сели в машину и поехали закупаться. Ян насвистывал нехитрую мелодию, Нина сидела молча, но тут почувствовала, что сзади что-то колет, впивается в тело. Она нащупала какой-то странный предмет, который, видимо, застрял между сидением и спинкой.
Это была миниатюрная женская заколка в виде бабочки, золотистая с камушками.
– Это что? – спросила Нина, держа заколку на ладони, когда они подъехали к супермаркету. – На сидении нашла.
– А-а-а, это…, - протянул Ян. – Наверное, моей коллеги, мы ездили с ней к адвокату.
И начинает оживленно рассказывать, какой там (где там?) бардак творится. Кто-то облажался с документами, и всех прессуют теперь, их «Приморскую» в том числе, а ему разбираться.
– Достали! Честное слово! Они портачат, а мне разгребать. Ну, пошли? – закончил он свой монолог.
Нина швырнула ему на колени заколку и поняла, что все это враньё чистой воды: и эта командировка, и эта речь пламенная. Никогда раньше он ее в такие подробности не посвящал, а тут вдруг. И пришло на ум выражение: «Рыльце в пушку».
Она вышла из машины и пошла в супермаркет, не оборачиваясь и не дожидаясь супруга. Горло сковал спазм, глаза наполнились слезами, она почувствовала свое полное бессилие. Ей некуда от него деться, мама не примет, не поймет. И тут Ян больно схватил ее за руку выше локтя и потащил в сторону от входа.
Она попыталась вырваться, но не тут-то было. И вдруг прозвучали его слова:
– Да, женщина у меня есть! Есть и будет! А ты, догадливая наша, прими это к сведению и не смей ни возражать, ни вякать. Иначе…
Тут Нина не выдержала и свободной рукой попыталась влепить ему пощечину, зная, что за этим последует ответ. Так и получилось. Со злобным выражением лица Ян тоже замахнулся, как тогда, но тут его кто-то схватил за плечо и резко отшвырнул от нее. Нина еле удержалась на ногах, а помог ей все тот же мужчина, ее спаситель.
Он встал между Ниной и Яном и сказал:
– А ну пошел вон, пока я полицию не позвал, yблюдoк!
– Отпусти мою жену! – заорал тот, но Нина уже шла прочь от этого изверга, влекомая своим новым знакомым, к ее счастью снова оказавшемся рядом, когда ей понадобилась помощь.
***
– Это из-за него ты топилась? – спросил мужчина по имени Виктор, когда они сидели на его террасе с видом на море и пили до ужаса вкусный чай на травах.
– Я не топилась, - ответила Нина. – Хотя… это было бы не лишним, - сказала она, но уже шутливым голосом и с горькой усмешкой.
Виктор все понял без объяснений. Он же видел эту безобразную сцену, вмешался, спас ее. Рассказал о себе. Его отец – смотритель маяка. Дома почти не бывает. Они с отцом имеют несколько рыболовецких баркасов и сдают их в аренду. Сам Виктор тоже рыбак, рыбу отдают на продажу и поставляют в ту же самую «Приморскую».
– Все законно, семейный бизнес, лицензия, налоги. С бухгалтерией только беда, был бухгалтер, да сплыл. Все самому приходится.
И Нина взялась помочь. Точнее, она больше не уходила из дома Виктора. За ее вещами они приехали вместе, когда мужа не было дома. Она собрала все, заперла дверь, а ключ бросила в почтовый ящик. Вскоре подала на развод.
Нина знает, какая битва ей предстоит, но рядом с ней сильное плечо, надежный мужчина, который сделает все, чтобы она не пострадала, развелась с этим негoдяeм как можно быстрее и вошла в его жизнь, которая с этого момента будет для них обоих счастливой, спокойной и полной семейных радостей.
- Большое спасибо за прочтение! Буду признательна вам, дорогие читатели, за ваши комментарии, отзывы и подписку.