Елена вцепилась в чашку с чаем так, словно от этого зависела её жизнь. Напротив за кухонным столом сидел Алексей — бывший муж, отец её дочери и человек, который только что разрушил её мир одним предложением.
— Ты в своём уме? — её голос дрожал от ярости. — Забрать Веру во Францию? Она школьница, у неё здесь вся жизнь!
— Лена, давай спокойно, — Алексей поморщился, как от зубной боли. — Я не говорю прямо сейчас. Мы с Софи переезжаем через три месяца. Вера знает французский, у неё там друзья появились, когда мы летом ездили...
— Друзья! — Елена резко поставила чашку, расплескав чай по столу. — Три недели на пляже, и ты называешь это друзьями? А как же школа? Как же я? Ты хоть понимаешь, что ты говоришь?
Алексей вздохнул, проводя рукой по волосам — жест, который Елена когда-то находила милым, а теперь ненавидела всем сердцем.
— Вера не маленькая. Ей четырнадцать, она может сама решать.
— Значит, ты уже обсуждал это с ней? За моей спиной? — Елена чувствовала, как внутри разрастается холодная пустота. — Всё решил, да? Как обычно.
— Елена, не начинай, — устало произнёс он. — Я приехал обсудить это как взрослые люди. У Софи там дом на берегу океана, школа рядом международная. Вера будет...
— Вот оно что! — перебила Елена. — Софи! Твоя новая французская жёнушка хочет полный комплект — и мужа, и его дочку. Удобно устроились!
На кухню неслышно вошла Вера — высокая для своих лет, с тёмными волосами до плеч, так похожая на отца. Её глаза поочерёдно смотрели то на мать, то на отца.
— Я слышу вас! Вы орёте на весь дом, — тихо произнесла она.
***
Софи перебирала бумаги на столе в их парижской квартире, когда зазвонил телефон. Увидев имя мужа, она сразу ответила:
— Алёша? Как всё прошло?
— Как я и ожидал, — голос Алексея звучал устало. — Она в ярости. Говорит, что никогда не согласится.
Софи вздохнула, глядя на фотографию с прошлого лета — она, Алексей и Вера на пляже возле их дома в Биаррице. Вера выглядела счастливой, загорелой, с мокрыми после купания волосами.
— Мы должны попытаться ещё раз, — мягко сказала она. — Я могу поговорить с ней сама. Предложить ей приезжать когда захочет. Мы можем снять ей квартиру рядом.
— Софи, ты не знаешь Елену, — устало возразил Алексей. — Она скорее умрёт, чем примет твою помощь. Для неё ты та, кто разрушил её семью.
— Но это неправда! Вы были уже год как разведены, когда мы...
— Для неё это не имеет значения, — перебил Алексей. — Слушай, я сейчас с Верой. Она расстроена. Лена закатила истерику при ней.
Софи закрыла глаза, пытаясь сдержать раздражение. Ей было искренне жаль Веру. За те три года, что они знали друг друга, Софи привязалась к девочке. Умная, чуткая, но всегда словно ходила по тонкому льду между отцом и матерью.
— Что она думает? — спросила Софи.
— Говорит, что хочет с нами, но боится обидеть мать. Лена уже начала давить на жалость. Знаешь эту её фразу? «Сначала отец меня бросил, теперь ты».
— Это нечестно по отношению к ребёнку, — возмутилась Софи.
— Когда Лена злится, ей наплевать на честность.
***
— Он просто эгоист, всегда был таким, — Елена расхаживала по кухне подруги Ирины, размахивая руками. — Сначала бросил нас с Верой ради этой французской... художницы, а теперь хочет и дочь отобрать!
Ирина, полная женщина с добрыми глазами, поставила перед подругой рюмку коньяка.
— Выпей и успокойся. Давай подумаем трезво. Вера уже не маленькая. Может, ей действительно будет лучше там? Образование европейское...
— Ты что, тоже против меня? — Елена резко повернулась к подруге. — Я растила её одна все эти годы! Он приезжал два раза в месяц поиграть в заботливого папочку, а деньги присылал, когда вспоминал! А теперь, когда у него всё наладилось, решил и дочкой обзавестись? Не бывать этому.
— Лена, — мягко произнесла Ирина, — а ты спросила Веру, чего хочет она?
Елена залпом выпила коньяк и поморщилась.
— Она ребёнок. Что она понимает? Алексей ей, конечно, наобещал золотые горы. Океан, новая школа, путешествия... Конечно, она хочет! Но это всё мишура. А когда у них с Софи появятся свои дети? Вера станет обузой, вот увидишь.
Ирина вздохнула и села напротив подруги.
— А тебе не кажется, что ты... ну, немного ревнуешь? Не Алексея, а Веру — к новой жизни, к Софи?
Елена вскочила, едва не опрокинув стул.
— Да как ты можешь такое говорить! Я мать! Я защищаю своего ребёнка!
— От чего, Лена? От лучшей жизни?
***
Вера сидела на скамейке в парке, болтая ногами. Рядом с ней стоял отец, говорил по телефону с Софи. Девочка смотрела на детей, играющих на площадке, и думала о море, о доме Софи с большими окнами и террасой, выходящей прямо к воде. О Марке — сыне соседей, с которым они ловили рыбу прошлым летом.
— Ты как? — Алексей отключил телефон и сел рядом.
— Нормально, — пожала плечами Вера. — Мама очень злится.
— Она не злится, она боится тебя потерять, — мягко сказал Алексей. — Ты же знаешь, что мы не хотим забирать тебя навсегда? Мама сможет приезжать когда захочет. Софи предлагает снять ей квартиру рядом с нами.
Вера фыркнула:
— Папа, ты иногда такой... наивный. Мама никогда и ничего не примет от Софи.
Алексей нахмурился:
— Когда ты стала такой циничной?
— Когда перестала верить, что вы оба думаете обо мне, а не о своих обидах, — Вера посмотрела ему прямо в глаза. — Я хочу поехать с вами. Правда хочу. Но я не могу просто бросить маму.
— Никто не просит тебя бросать...
— Да ладно, пап. Именно это и происходит. Ты знаешь, что она скажет, если я уеду? Что вы с Софи украли меня. Что я предательница. Ты не слышишь, что она говорит, когда вы ссоритесь по телефону.
Алексей помолчал, глядя на дочь с болью и удивлением:
— Она правда так говорит?
— А ты думал, она просто милая брошенная женщина? — в голосе Веры прозвучала горечь. — Она каждый раз, когда я возвращаюсь от вас, устраивает допрос. Что Софи сказала, как посмотрела... А потом плачет и говорит, что я всё, что у неё осталось.
Алексей обнял дочь за плечи:
— Вера, послушай меня. Это решать только тебе. Мы с Софи будем счастливы, если ты поедешь с нами. Но если решишь остаться с мамой, я буду прилетать так часто, как смогу.
— Я знаю, пап, — Вера положила голову ему на плечо. — Но это ведь не решит проблему, правда?
***
— Я не отдам свою дочь какой-то француженке! — голос Елены звенел в просторной гостиной квартиры Алексея и Софи, куда она приехала для «мирных переговоров». — Это вообще противозаконно! У нас совместная опека!
Софи, хрупкая темноволосая женщина с мягкими чертами лица, стояла у окна, скрестив руки на груди. Она обещала себе держаться спокойно, но с каждой минутой это становилось всё труднее.
— Елена, — наконец произнесла она с лёгким акцентом, — никто не говорит об «отдать». Мы просто хотим, чтобы Вера жила с нами во Франции. Вы сможете видеться так часто, как захотите.
— О, как это великодушно с вашей стороны! — Елена театрально всплеснула руками. — Может, вы ещё и билеты мне будете покупать на мои свидания с собственной дочерью?
— Если нужно — да, — просто ответила Софи.
Елена на мгновение растерялась, а потом ещё больше разозлилась:
— Вам легко разбрасываться деньгами! А что насчёт души ребёнка? Вы думаете, ей будет хорошо без матери?
— Лена, — устало вмешался Алексей, — Вера уже достаточно взрослая...
— Для чего? Чтобы бросить мать? — перебила Елена. — Чтобы жить с людьми, которые месяцами пропадают на своих выставках? Кто будет за ней смотреть? Или ты думаешь, что в четырнадцать лет можно жить самостоятельно?
— У нас будет гувернантка для Веры, — сказала Софи. — И моя мама живёт неподалёку. Она обожает Веру.
— Гувернантка! — Елена расхохоталась. — Значит, мою дочь будет воспитывать няня? Или ваша мама, которая даже не говорит по-русски?
— Вера прекрасно говорит по-французски, — заметил Алексей.
— Благодаря мне! — отрезала Елена. — Это я возила её на курсы, это я занималась с ней!
В комнате повисла тяжёлая тишина. Софи подошла к столу и налила всем воды.
— Елена, — мягко сказала она, — я понимаю ваши чувства. Честно. Я не пытаюсь заменить вас. Я просто хочу, чтобы у Веры была возможность...
— Вы ничего не понимаете! — оборвала её Елена. — Вы никогда не были матерью! Вы просто... просто очередная женщина Алексея!
Софи побледнела. Алексей резко встал:
— Хватит, Лена. Так мы ни к чему не придём.
— Конечно, защищай свою француженку! — Елена тоже поднялась. — Только знай: Вера никуда не поедет! Я обращусь в суд, если понадобится!
— Мама!
Все трое обернулись. В дверях стояла Вера. Никто не заметил, как она вошла в квартиру.
— Ты обещала, что будешь спокойно разговаривать, — в голосе девочки звучала усталость.
— Вера, ты не понимаешь... — начала Елена. — Это разговор взрослых.
— Нет, это вы все не понимаете! — впервые за весь разговор Вера повысила голос. — Вы делите меня, как... как вещь какую-то! А я что, не человек?
Она развернулась и выбежала из квартиры, хлопнув дверью.
***
Елена нашла дочь на детской площадке. Вера сидела на качелях, медленно раскачиваясь.
— Можно к тебе? — осторожно спросила Елена.
Вера пожала плечами. Елена села на соседние качели.
— Ты правда хочешь уехать? — тихо спросила она после долгого молчания.
— А тебе не всё равно? Ты уже всё решила.
— Вера, я твоя мать. Как ты можешь...
— Вот именно, мам! — Вера резко остановила качели. — Ты моя мать! Но ты не слышишь меня! Не слышишь, чего я хочу!
— И чего же ты хочешь? — Елена почувствовала, как к горлу подступает комок.
— Я хочу, чтобы вы перестали ненавидеть друг друга, — тихо сказала Вера. — Хочу поехать с папой и Софи, потому что там океан, и новая школа, и... там интереснее чем тут, понимаешь? Но я не хочу терять тебя. Я не хочу, чтобы ты плакала каждый раз, когда я звоню. Не хочу чувствовать себя предательницей.
Елена смотрела на дочь, и впервые за долгое время видела не своего ребёнка, а почти взрослую девушку с собственными мыслями и чувствами.
— Я не хочу, чтобы ты уезжала, — честно сказала она. — Я боюсь, что ты забудешь меня, полюбишь её больше...
— Мам, — Вера взяла её за руку, — это невозможно. Софи хорошая, правда. Но она не ты. Никогда не будет тобой.
Елена сжала руку дочери:
— А если... если я тоже перееду? Не к вам, конечно. Просто... поближе?
Вера недоверчиво посмотрела на мать:
— Ты серьёзно?
— Не знаю, — честно ответила Елена. — Но я могу подумать.
***
— Я не верю, что она согласилась, — Алексей покачал головой, сидя за столиком кафе напротив Софи. — Это не похоже на Лену.
— Материнская любовь творит чудеса, — мягко улыбнулась Софи. — Она поняла, что иначе может потерять дочь не физически, а эмоционально.
Алексей посмотрел в окно, за которым Елена и Вера кормили голубей в сквере.
— Не думал, что скажу это, но я горжусь ею, — тихо произнёс он. — Принять предложение о работе в нашем филиале... Это большой шаг.
— Для неё это единственный способ не потерять дочь, — заметила Софи. — И я рада, что она будет рядом. Для Веры это важно.
Алексей с удивлением посмотрел на жену:
— Ты рада? После всего, что она наговорила тебе?
Софи пожала плечами:
— Она защищала свою дочь, как умела. Я не держу зла.
За окном Елена что-то говорила Вере, и они обе смеялись — впервые за долгое время.
***
Шесть месяцев спустя
Океан был неспокоен. Волны с грохотом разбивались о берег, разбрасывая белую пену. Вера сидела на террасе, закутавшись в плед, и делала домашнее задание по французской литературе. Из дома доносились голоса и смех — Софи учила Елену готовить буйабес.
Отношения между женщинами всё ещё были натянутыми, но Вера замечала, как с каждым днём они становились чуть проще, чуть теплее. Елена снимала квартиру в двадцати минутах от их дома и преподавала русский язык в языковой школе. По выходным Вера оставалась у неё.
— Эй, мечтательница! — Марк, сосед и теперь одноклассник Веры, перепрыгнул через невысокую ограду террасы. — Идём кататься на великах?
Вера улыбнулась, захлопывая учебник:
— Мама говорила, что будет шторм.
— Успеем вернуться, — беспечно махнул рукой Марк. — Пойдём, я покажу тебе новое место!
Вера оглянулась на дом, где две женщины, которых она любила по-разному, но одинаково сильно, вместе готовили ужин. Потом посмотрела на океан — бурный, непредсказуемый, но такой притягательный.
— Подожди, скажу им, что мы уходим, — Вера поднялась и направилась к дому.
Елена и Софи стояли бок о бок у плиты. Мама что-то напевала — тихо, почти неслышно. Софи помешивала суп и улыбалась какой-то своей мысли.
— Мам, Софи, — позвала Вера, — мы с Марком покатаемся на великах. Недолго, обещаю.
Елена обернулась, и в её глазах Вера увидела тень прежнего беспокойства:
— Только недалеко, хорошо? И до дождя вернись.
— Я прослежу, чтобы она вернулась вовремя, мадам Елена, — серьёзно пообещал Марк, появляясь в дверях.
— Спасибо, Марк, — кивнула Елена. — И называй меня просто Елена, пожалуйста.
Вера выбежала на улицу, чувствуя, как ветер раздувает её волосы. Океан, семья, друзья — всё, о чём она мечтала, было теперь с ней. Она знала, что ещё будут ссоры и слёзы, недоверие и обиды. Но сейчас, в этот момент, она была по-настоящему счастлива.
Марк уже ждал её с велосипедами.
— Готова к приключениям? — спросил он, протягивая ей шлем.
Вера улыбнулась и взглянула на бушующий океан, который больше не разделял её семью:
— Всегда.
ВАМ ПОНРАВИТСЯ