В новой школе на улице Белкина нам дали справку, что готовы зачислить Аню. Теперь надо было забрать документы из школы на улице Волкова и принести их сюда. И вот этот процесс извлечения документов из бывшей школы меня напрягал больше всего. Возможно, будут интриги. И не возможно, а точно! Директор Роза Ильинична и завуч Раиса Ивановна, которая одновременно является нашим классным руководителем, наверняка будут сопротивляться. Я понимаю, что отличниками так просто не бросаются. Но насколько они готовы сражаться, плести козни, разводить клевету, я этого не знала. Но я понимала, что к последнему бою нам придётся хорошо подготовиться. И я предупредила Аню, чтобы она никому заранее ничего не говорила. Не должно быть ни малейших признаков, что она собирается уходить в другую школу.
К счастью, за документами мне надо было идти не в наш голубой корпус, а в главный, жёлтый, где работала гроза всех учителей улицы Волкова Глухоманцева К.К.
Мне, собственно, бояться было нечего. К.К. издевалась над учителями, а не над родителями. От нас наоборот она принимала жалобы, а потом на основании этих жалоб мордовала своих педагогических работников. Что до меня, то я ни разу не писала жалобу на учителей Глухоманцевой. Я вообще не писала жалобы за пределы школы. Я прекрасно знала, что может случиться. Будет как в известной песенке: "Если близко воробей - мы готовим пушку. Если муха - муху бей! Взять её на мушку". Мне было жалко учителей. Всё-таки я хотела справедливости, а не расправы.
***
Когда я шла в жёлтую школу, мне было тревожно. А тут ещё сюрприз! Когда я подходила к дверям главного корпуса школы, сзади меня кто-то окликнул. Я повернулась и увидела нашу учительницу истории и обществознания Людмилу Анатольевну.
- А зачем вы здесь? - удивлённо спросила Людмила Анатольевна.
Я понимала её волнение. В главный корпус родители ходят только тогда, когда у них есть жалоба.
Тут мне надо было срочно что-то придумать, соврать. А с другой стороны, через несколько часов или даже минут эта учительница узнает правду. Нехорошо получится!
- Людмила Анатольевна, вы умеете хранить тайны? - спросила я.
- А что? - удивилась она.
- Возможно, Аня перейдёт в другую школу.
- В эту? - с ужасом спросила Людмила Анатольевна.
- Нет, конечно!
- А куда?
- Пока это тайна.
- Жаль, что Аня уходит, - ответила учительница. - Такая хорошая ученица! Почему уходят самые лучшие!
***
Я вошла в жёлтую школу (первый корпус) и сказала охраннику, зачем я пришла. Охранник ответил, что сейчас директора нет. Сказал, что Глухоманцева вернётся только через два часа.
Упс! Кажется, что-то пошло не так. А Людмила Анатольевна всё уже знает о нас. Плохо!
***
Иду домой, а через два часа снова прихожу в жёлтую школу с готовым заявлением. Я дома не теряла времени, нашла в интернете форму такого заявления и написала его.
Глухоманцева уже вернулась в школу, но у неё было совещание. Я больше никуда не пошла и осталась ждать. Через некоторое время ко мне подошла секретарь.
- Вы переходите в нашу школу или из нашей школы? - спросила она.
- Из вашей, - ответила я.
- Это проще, - сказала она. - Давайте заявление!
Секретарь прочитала заявление, всё было написано правильно.
- Ждите меня здесь, - произнесла она и пошла в кабинет директора.
Вернулась она с моим заявлением (или копией - я не помню), на котором была подпись Глухоманцевой.
- Вы отчислены из нашей школы, - сказала секретарь. - А документы надо забрать из вашего корпуса, они хранятся там.
***
Я радостно шла к нашей бывшей школе. Всё в душе ликовало. "Отчислили! Так запросто! И никто ничего не спрашивал! Как хорошо, что Глухоманцева была занята и не посмотрела, что отпускает отличницу! Нам сказочно повезло!"
Погода была прекрасная, тёплая не по сезону. И вдруг я снова почувствовала тревогу. "Наверняка уже сведения о том, что Аня отчислена, переслали в голубую школу, - подумала я. - Осталось десять минут до звонка. Если я не подоспею вовремя, Аню поймают на перемене, отведут к директору и будут там психологически обрабатывать. Надо успеть!"
Я ускорила шаг и по дороге стала писать сообщение Ане. Написала ей, что её отчислили, я уже бегу к ней, и пусть она без меня ни с кем на эту тему не разговаривает и к директору не ходит. Пусть ждёт меня у входа.
Продолжение: