ОСТОРОЖНО перелистываю пожелтевшие, точно опалённые, страницы районной газеты «Сивинский льновод». Вот она, эта короткая заметка: «Колхозница колхоза «Ромашинский» Бубинского сельсовета М. И. Яковлева внесла на строительство боевого самолёта 100 тысяч рублей». Дата: 9 января 1943 года...
Дощатый настил ведёт прямо к новому, просторному дому Матрёны Ивановны Яковлевой. Секретарь парткома колхоза имени Ленина шагает впереди, держа в руке палку, припасённую на случай встречи со здешним петухом, известным своим крутым нравом. Хозяйка встречает на крыльце, показывает дом, огород, надворные постройки.
— Дел-то много, тётя Матрёна? — интересуется парторг В. И. Немтинов.
— Да какие там дела. В огород схожу, пороблю, да к скотине наведаюсь. Отдыхаю, в общем.
А за плечами бабушки Матрёны — без малого 90 лет. Но до сих пор ни дня без дела она не сидит. Правда, и колхоз во многом помогает ветерану хозяйства — обеспечивает дровами, кормами для коровы, и пионеры Бубинской школы не забывают о бабушке Матрёне.
Напоив нас домашним пенным квасом, Матрёна Ивановна садится у окна, рассказывает. С мужем, Сергеем Семёновичем, в колхоз они вступили одними из первых в начале тридцатых годов. Муж работал бригадиром, заведовал фермой, Матрёна Ивановна трудилась в полеводческой бригаде. Сергей Семёнович никаких излишеств себе не позволял, и жила семья дружно, в достатке.
Но счастливую жизнь, планы, надежды — всё в один миг перечеркнула война. Сергей Семёнович вместе с другими колхозными мужиками ушёл на фронт. Рабочих рук в колхозе сразу вдвое меньше стало, а дел прибавилось: не меньше пушек и снарядов армии был нужен хлеб.
И за себя, и за мужей трудились женщины. Пахали, сеяли, урожай убирали. Отправляли хлеб на фронт, в города, хотя сами его вдоволь всю войну не ели. Добавляли в муку, что получали в колхозе за работу, толчёный липовый лист да клеверную гульку, льняные головки да хвощ полевой. Из этого и пекли чёрный, невкусный, но такой желанный хлеб.
Однажды из газет узнала Матрёна Ивановна, что принимают от населения добровольные пожертвования в помощь армии. Спросила в бригаде: сколько нужно на боевой самолёт?
— Тысяч сто, не меньше, — сказал кто-то.
Вернулась домой, пересчитала свои довоенные сбережения. Не хватало на самолёт. Чтобы собрать нужную сумму, пришлось Матрёне Ивановне свезти в город и продать корову с телёнком, свинью, другую живность.
В Сиву, районный центр, деньги она везла в обыкновенном мешке из-под зерна. В сумке сто тысяч не поместились...
Не одна Матрёна — и другие колхозники отдавали стране свои личные сбережения. Кто сколько мог. Та же газета «Сивинский льновод» сообщала: «Колхозники сельхозартели «Красный сеятель» решили отчислять в фонд обороны ежемесячно до полного разгрома фашистских банд свой трёхдневный заработок, а также вносить по 20 литров молока и по 20 штук яиц от каждого личного хозяйства». «15 ноября воспитанники детского дома дали концерт. Вырученные от концерта 702 рубля сданы на постройку самолёта «Юный патриот»...
Все советские люди, от мала до велика, жили в те годы одной мечтой — о Победе, не жалея для её достижения ничего. Ни сил, ни нажитого добра, ни собственных жизней. Потому и выстояли. Потому и победили.
А Матрёна Ивановна до конца войны продолжала трудиться в тракторной бригаде. Вспоминает: на бригаду был тогда один-единственный трактор, приспособленный работать — за неимением горючего — на берёзовых дровах. Ох, не любил он этих дров! Тяжко приходилось женщинам — заводить машину по утрам.
Сейчас бабушка Матрёна ходит, уже пригнувшись к земле. Жизнь у неё сложилась непросто, как и у всего её поколения. Схоронила мужа, пришедшего с войны с ранением. Воспитала приёмного сына. И до 70 лет работала в колхозе — безотказная, скромная, никакого дела не боящаяся.
Не деньги — всю жизнь свою она стране отдала. Конечно, не была Матрёна Ивановна на фронте. Но разве скажешь про неё: в войне не участвовала? Участвовала! Как и сотни тысяч других советских патриоток, самоотверженно работавших в тылу, приближавших всеми силами нашу Победу.
В. КОНСТАНТИНОВ (1984)