"Машина остановилась, и водитель вышел на дорогу, пассажирская дверь тоже открылась и оттуда показался этот самый учителишка, новый Валькин муженёк! О чем тогда был разговор посреди поля, какие уж аргументы нашли эти двое, а только с той самой встречи Михаил жены своей бывшей сторонился. До поры, до времени…"
* Начало
Глава 72.
Разобрались, конечно, со временем. Лето было в самом разгаре, когда пропылил по дороге милицейский УАЗик с раскрытыми по случаю жары окнами, и остановился он у дома старого Сомова. Старик вышел быстро, словно ждал такого визита, да и сумка на такой случай у него была готова. Рябинин, укоризненно качая головой, что-то негромко говорил ему, но Сомов только крепче сжимал тонкие, обескровленные губы. Так и уехали, под сочувственные вздохи соседки Дуси Глущенко, и под ворчание старой бабки, Дусиной свекровки. Остался старый дом без хозяина, глядел на улицу слепыми, закрытыми ставнями окошками.
- А я тебе говорила, - жуя пустым ртом, говорила бабка Дусе, - Петька убивец, поди якусь бяду и раньше наделал, вот и теперича к той вине новую прибавил! Вот и вывели его чичас на чисту-то водицу!
- Мама, да что вы, может ошибка это, - говорила добрая Дуся, - Всякое бывает, сейчас вот разберутся, да и приедет наш сосед обратно.
- Не приедет, - как-то уверено, словно знала наперёд, сказала старая бабушка, и не глянула во след уехавшей машине, - Не жилец он и до того был, а теперь уж и вовсе…
Дуся тогда устрашилась такого предсказания, тайком перекрестилась, оглядевши пустую улицу, уж очень страшно это всё было.
Однако старая бабушка права оказалась, не вернулся больше Пётр Сомов в родное село. Рябинин, как обещал, а разузнал о прошлом бывшего школьного сторожа, и открылась загадочная история со сгоревшим бараком, как раз в том посёлке, где тогда Сомов обитал. А в сгоревшем бараке погибли двое работников, виновных искали, но не нашли. Третьим, кто жил в этом рабочем бараке, был Пётр Сомов, его по счастливой случайности в ту ночь в бараке не оказалось, сам он пояснял, что был у девушки, но фамилию назвать отказался. Пожар случился от возгорания одежды, сушившейся у печи. Она случайно загорелась, а спящие этого не увидели, огонь перекинулся дальше, трагедия, роковая случайность… Если только никто не поджёг тогда одежду нарочно, да не ушёл из барака, оставив там спящих товарищей. Рябинин был в этом уверен, он не поленился и нашёл мастера, который тогда работал с Сомовым на объекте, дотошный участковый смог даже телефонный разговор с ним организовать. Мастер уже был в преклонных годах, но случай тот отлично помнил, ещё бы, именно его потом таскали по инстанциям! Сомова он тоже помнил, и описал его как человека недоброго, конфликтного и злопамятного, но винить Сомова в гибели его товарищей не мог – бездоказательно показать на человека, разве можно… а расследование тогда ничего такого не обнаружило.
Но сколько ни расспрашивали самого Петра Сидоровича, тот ни слова не проронил. Ни о прошлом, ни о настоящем. Просто сидел и смотрел в окно, иногда постукивал пальцами по столу и устало смотрел на измученных милиционеров, которые в отчаянии пытались его разговорить.
А однажды утром Сомова обнаружили бездыханным. Закончил он свои дни, как и напророчил ему тогда Рябинин, не дома… После выяснилось, что его «доедала» неизлечимая болезнь и дни его были сочтены. Знал ли об этом сам Сомов, или не ведал, этого уже было не узнать.
Как бы то ни было, а все свои секреты он унёс с собой, прожив одинокую жизнь, закончил он её так же, в одиночестве. Хоронили его в родном селе, рядом с родителями.
Шурка Зосимов вернулся в родное село тихим, подавленным, а главное – трезвым, как стекло! Пролечившись от зависимости и получив от жизни такой страшный урок, он больше капли спиртного не выпил и беспрекословно слушался старших братьев и мать. Срок ему дали условный, суд учёл его раскаяние и готовность возместить ущерб. Семья Зосимовых по договорённости с потерпевшей стороной справила Кропичевым новую баню, а Валентине выплатили деньгами.
- Как-то нехорошо, у старой женщины, матери пятерых детей, деньги брать, - тихонько делилась Валя своими переживаниями с Ритой, - Хоть там и сумму небольшую насчитали, крылечко и сени, и то не все ведь сгорели. Неудобно мне.
- Ничего, раз суд присудил, так тому и быть! А я бы ещё поспорила, почему мало присудили! – качала головой Рита, - Если б не их Шурка, ничего бы не было! Да, подгорело мало, зато сколько порчено – весь дом чуть не заново, сколько ремонта.
- Всё равно, жалко мне Шуркину мать, она вся почернела даже как-то. Мне говорит: «Ты, Валя, прости нас! Сын он мне, хоть и дурак дураком! Я хоть спать буду теперь, а то ночи глаз не сомкнула, боялась, что помрёт там Шурка, в тюрьме!» Вот я тогда на неё глядеть боялась, какая она была… Да, ты права, если б не Шурка… всё было бы по-другому!
Дом они отремонтировали, даже будто лучше прежнего стал! И мебель новую купили, через сельпо им выхлопотали новый диван, с креслами! Вале этот гарнитур очень нравился, она даже сначала на нём старалась не сидеть, жалко было. Быт наладился, семья их перебралась домой из колхозного общежития, по этому случаю Валя испекла пирог и угостила коллег, а те подарили ей «на новоселье» чайный сервиз. После этого пожара, когда ей помогли всем селом, Вале уже и уезжать в город не очень хотелось. Все стали такими… родными! Раньше, когда она сама помогала сельчанам в беде, она и не думала, как это ощущается, с другой-то стороны. А вот теперь поняла, все – словно одна семья. У всех дела и заботы свои, а когда нужно – все готовы помочь.
А с переездом не только в Валиных сомнениях было дело. Покупатели теперь не спешили в их двор… Караваевы, которые раньше дом смотрели, купили другой, за прудом, хоть и поменьше, а всё же… не горелый.
- Валюш, я тебя понимаю, - говорила Вале Анна, мать Костика, - Мы сами теперь сомневаемся насчёт города! Как мать с отцом тут оставим одних? Настя в райцентре, приезжать часто не может, работа у неё по сменам. А вот видишь как, пожар случился, и как бы тут они одни без нас? Ведь старые уже, у отца сердце, мама тоже… Игорь говорит, посмотрим ещё, может быть, и останемся сами тут. А мне и его жаль – ведь сколько учился на инженера, не просто ведь это! Зря что ли, получается?! Но у Игоря тоже мать тут одна, тяжело будет… Вот и думаем, что делать нам. Потому я и тебя понимаю – всю жизнь тут прожили, и всё по новой начинать!
Однако, когда в село снова вернулся Михаил, Валя занервничала, это что же, про спокойную жизнь снова можно позабыть?! Но Михаил по приезде вышел на работу в колхоз, на улицах села почти не показывался, и что самое главное, вообще не пил. Где уж он был всё это время, никто точно не знал, а сам он ни с кем разговоров не вёл. При встрече с сельчанами кивал коротко, бурчал приветствие и спешил уйти прочь.
- А я знаю, где он был, Мишка-то Журавлёв! – заявила как-то Тоня, когда Валя вышла из кабинета, - Он у Таисии жил, в соседнем районе! Ну, у Таськи-то Киселёвой, которая тут у нас замужем была, мужик-то ещё потонул! Так вот, она к тётке своей уехала, а тётка потом померла, Таське дом оставила, вот Мишка к ней и поехал, любовь ведь у них была! Да видать снова не пожилось, и Таська его выгнала! Да и кому он нужен, лодырь! Морда здоровая, пахать бы на нём, а только лень вперёд него родилась! Где сядешь, там и слезешь! Работничек-то не ахти!
- Да ну, глупости! Нужен он Таисии, да и другой какой! – махала на Тоню рукой Ираида Тихоновна, - Сплетни все собираешь по селу, потом ещё и разносишь, как сорока на хвосте!
- А вот и не сплетни! Мне кума говорила, а у кумы сестра в одном селе с Таськой живёт!
- А я слышала, - говорила Миля, свысока поглядывая на коллег, - Что Мишка от водки лечился! Его тогда Ерёмычев с участковым вызвали и к стенке припёрли – либо он лечит эту свою «болезнь», либо попрут его отсюда, принудительно лечиться отправят, а там не забалуешь, не сбежишь! Вот Мишка и решил, что лучше уж он сам…
- Ох, сороки, ну сороки, - вздыхала Ираида Тихоновна, - Да какая разница, где он вообще был, лишь бы нашу Валю не трогал!
А сам Михаил теперь не только не помышлял о кознях бывшей жене, а вообще боялся даже случайной встречи с нею. И в тайне от всех подумывал, как бы ему самому обустроить всё так, чтобы насовсем из села уехать! Продать дом? Так Ленка не согласится, она и так через суд чуть его без крыши над головой не оставила! Хорошо ещё, суд принял во внимание то, что Михаилу некуда больше пойти, нет жилья, и присудил ему третью часть дома… а если б не это, Ленка бы давно уже выпнула бы его на улицу и продала бы дом, дочки-то, наследницы по завещанию, под её дудку пляшут!
А боялся Михаил не просто так. Как-то утром шёл он по дороге, собирался в райцентр поехать, кой-чего прикупить, как вдруг возле него притормозила машина. Водитель, высокий крепкий мужчина, открыл окно и пристально на него поглядел.
- Ну, Михаил Николаевич, здравствуй!
- З… здравствуйте! – Миша немного растерялся, может это начальство какое новое в колхозе, а он не знает.
Машина остановилась, и водитель вышел на дорогу, пассажирская дверь тоже открылась и оттуда показался этот самый учителишка, новый Валькин муженёк! О чем тогда был разговор посреди поля, какие уж аргументы нашли эти двое, а только с той самой встречи Михаил жены своей бывшей сторонился. До поры, до времени…
Как-то стоял Михаил в местном сельпо, хоть и не любил он очереди эти, а есть дома чего-то надо. Раньше-то Валька продукты домой покупала, он и заботы не знал, да что теперь про это вспоминать!
- Алевтина, а ты слыхала новость то?
От скуки Михаил слушал, о чём болтают бабы в очереди позади него, так, краем уха, пока не услыхал имя бывшей жены.
- Валентина-то Кузьменко в лотерею выиграла! Да не три рубля!
- Да что ты?! Неужто правда? Да поди сочиняют всё, а?
- Нет, я сама видала! Они с Машей Филипповой как раз билет Валин проверяли, когда я на почту зашла! Валя про билет и забыла, потеряла уже его, мальчишка ихний нашёл в детском журнале, вот и пришли на почту проверить, а там – выигрыш! Вона как бывает, если бы не мальчонка, может в помойку бы выкинули столько денег!
Когда Михаил услышал, о какой сумме выигрыша идёт речь… В глазах его потемнело, и он помертвевшей рукой схватился за прилавок чтобы не упасть!
Продолжение здесь.
От Автора:
Друзья, рассказ будет выходить ежедневно, по одной главе, в семь часов утра по времени города Екатеринбурга. Ссылки на продолжение, как вы знаете, я делаю вечером, поэтому новую главу вы можете всегда найти утром на Канале.
Все текстовые материалы канала "Счастливый Амулет" являются объектом авторского права. Запрещено копирование, распространение (в том числе путем копирования на другие ресурсы и сайты в сети Интернет), а также любое использование материалов данного канала без предварительного согласования с правообладателем. Коммерческое использование запрещено.