Программа строительства военных кораблей, разработанная на период 1933–1938 гг., была достаточно амбициозной, но всё-таки не предполагала создание океанического флота. Да и выполнена она была не полностью. Уже в ноябре 1933 г. план сократили: на 40 % для надводных кораблей и на 13 % для подводных. В конце 1938 года выяснилось, что и скорректированный план не сработал. По строительству надводных кораблей он был выполнен на 35 %, а подводных – на 47 %. Предпосылки же такого исхода были заметны уже в конце 1935 года. Но, несмотря на это, в 1936 году правительство во главе с Иосифом Виссарионовичем Сталиным утвердило план строительства большого флота, который должен был позволить Союзу ССР стать полноправной морской державой.
Многие современные эксперты считают, что данный план – ни что иное, как личные амбиции «вождя народов». Но более вероятно, что это был тактический ход. На тот момент СССР находился в политической изоляции. Наличие же хорошо оснащённых военно-морских сил заставило бы политических противников прислушиваться к мнению советского руководства.
Понимал ли Сталин, что столь грандиозные планы невыполнимы (по крайней мере, в указанные сроки)? Разумеется. Наверняка осознавали это и потенциальные противники Страны Советов. Однако даже декларация намерений в большой политике иной раз играет немаловажную роль.
Что же должен был представлять собой большей флот Сталина? Об этом подробно рассказывают документы тех лет. Первым можно считать доклад Владимира Митрофановича Орлова – начальника Морских Сил Красной Армии. Он предлагал в течение 8–10 лет оснастить военный флот линкорами в количестве 12 единиц, авианосцами – 2 ед., лёгкими крейсерами и лидерами (подкласс эсминцев большого водоизмещения) – по 20 ед., эсминцами – 155 ед. и подводными лодками – 438 ед.
В течение нескольких месяцев предложение рассматривалось и корректировалось. А в конце июня 1936 года Совет Народных Комиссаров утвердил окончательную формулировку постановления, в которой сроки ввода новых кораблей были сокращены до 7 лет (с 1937 по 1943 год), а сам список существенно изменён:
• линкоры – 24 ед. (8 класса «А» и 16 класса «Б»);
• лёгкие крейсеры – 20 ед.
• лидеры – 17 ед.;
• эсминцы – 128 ед.;
• подводные лодки – 344 ед.
Впоследствии на стол Сталина ложились новые доклады и планы военного кораблестроения на ближайшие 10 лет. Каждый раз всё более грандиозные. И хоть Иосиф Виссарионович их одобрял, но утверждены они никогда не были.
Стоит отметить, что утверждённая программа являлась документом общего характера. Реальные планы разрабатывались на его основе позднее и прописывались в постановлениях Совета труда и обороны. При этом планирование шло не более чем на 1-2 года вперед. Так в период 1937–1938 гг. предполагалось начать постройку 8 единиц линкоров (по 4 каждого класса), по столько же лёгких крейсеров и лидеров, 114 единиц эсминцев и 123 единицы подводных кораблей. Впрочем, и эти планы не были осуществлены. К концу 1938 года из надводных кораблей было заложено строительство только двух линкоров, четырёх лёгких крейсеров и 14-ти эсминцев.
На первый взгляд причинами таких «нестыковок» является некомпетентность лиц, ответственных за разработку строительства большого флота, а также недальновидность руководства страны. Можно предположить, что рассматривая темпы роста индустриального производства за годы первых двух пятилеток, «наверху» были уверены, что промышленность легко справиться с поставленными задачами. Однако по факту кораблестроителям не хватало всего, начиная с бронированного металла и заканчивая двигательными установками. Более того, имеющиеся верфи просто не могли справиться с такими объёмами.
Неужели Сталин этого не понимал? Маловероятно. Пока корабли большого флота были только в постановлениях и докладных записках, в стране шло активное строительство двух новых кораблестроительных заводов: в Молотовске (сейчас Северодвинск) и Комсомольске-на-Амуре (запущен в 1936 г., но до 1938 г. занимался сборкой кораблей из деталей, поставленных с завода в Николаеве). Параллельно наращивалось производство металлопроката, шла разработка новых систем вооружения и т.д.
Не стоит забывать и про то, что в Союзе до этого линейные корабли не строились. А это значит, что в указанные сроки предстояло создать проект, подготовить производственные мощности, наладить выпуск необходимых материалов, приборов, машин и агрегатов. То есть требовалось согласовать работу множества производств. Делать всё поэтапно на тот момент было нецелесообразным. Вот и было принято решение вести работы параллельно, на ходу выявляя и устраняя обнаруженные «подводные камни».
Был ли такой подход эффективен? Вряд ли. Мешали исполнению планов и такие факторы, как репрессии в отношении высших офицеров военно-морского флота, некомпетентное руководство отраслевыми ведомствами, не оптимальный подбор класса кораблей и т.д. Окончательно застопорила реализацию проекта начавшаяся война. Впрочем, даже при отсутствии указанных причин программа, вероятно, превратилась бы в «долгострой» и со временем была бы закрыта.
Собственно так оно и получилось. К 1953 году советский военный флот стал вторым в мире по количеству судов после США. В строю стояло около 900 надводных и 265 подводных кораблей. Но это не был большой океанический флот. Линкоры продолжали проектироваться до самой смерти Сталина, но их не строили. Создание тяжёлых крейсеров, которые очень нравились «вождю народов», посчитали нецелесообразным. В итоге почти 80 % надводных кораблей относились к судам «прибрежного назначения», т.е. могли эффективно действовать только в зоне работы ПВО и досягаемости авиации, взлетающей с береговых аэродромов.
зменилась ситуация после 1967 года, когда при генсеке Леониде Ильиче Брежневе пост министра обороны занял Андрей Антонович Гречко. С его приходом идея советского океанического военного флота, продвигаемая главкомом ВМФ Сергеем Георгиевичем Горшковым, вновь стала неспешно воплощаться в жизнь.