Решением Ленинского районного суда города Кирова исковые требования матери к отцу об определении места жительства ребенка удовлетворены.
Место жительства 6-летнего сына определено с матерью. В удовлетворении встречного искового заявления отца об определении места жительства ребенка с отцом, определения порядка общения ребенка с матерью, отказано.
Удовлетворены требования матери об определении порядка общения отца с ребенком частично. Определен порядок общения с сыном: в течение трех месяцев с момента встреч определить — ежемесячно каждую субботу с 11.00 до 14.00 часов, в общественных местах по месту проживания ребенка — г. Киров, в местах организации детского досуга и отдыха (парки, аттракционы, театры и пр.). В последующем, ежемесячно каждую первую, вторую, третью субботу с 11.00 до 15.00 часов в общественных местах по месту проживания ребенка - г. Киров, в местах организации детского досуга и отдыха (парки, аттракционы, театры и пр.). Ежемесячно каждую четвертую субботу с 10.00 час. до 16.00 час. в общественных местах по месту проживания ребенка — г. Киров, в местах организации детского досуга и отдыха (парки, аттракционы, театры и пр.).
Определением гражданской коллегии Кировского областного суда от, а также определением Шестого кассационного суда общей юрисдикции решение первой инстанции оставлено без изменения, а жалобы отца без удовлетворения.
Судебные постановления судов первой, апелляционной и кассационной инстанций являются незаконными, принятыми при неправильном применении и толковании норм материального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемых судебных актов (статья 390.13 Гражданского процессуального кодекса РФ) в связи со следующим.
Судами, при вынесении обжалуемых судебных постановлений, допущены существенные нарушения норм материального права, которые повлияли на исход дела, и без устранения которых невозможно восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов несовершеннолетнего ребенка при определении его места жительства и порядка общения с родителями.
Указанные обстоятельства, являются, в силу статьи 390.14 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, основанием для отмены или изменения в кассационном порядке принятых по делу судебных постановлений.
В процессе рассмотрения первоначального иска, в целях установления юридически значимых обстоятельств, соблюдения интересов ребенка и выяснения мнения ребенка по вопросу с кем он хотел бы проживать, судом назначена судебная экспертиза.
Получено заключение эксперта, проведенное экспертом ООО «...», положенное в основу решения.
Судом первой инстанции не принято во внимание не только то, что у эксперта отсутствует профессиональная подготовка и квалификация, что привело к возникновению сомнений в обоснованности заключения эксперта и наличия противоречий в выводах эксперта, но и также показания свидетеля, который пояснил, что между экспертом и матерью имели место личные контакты с обсуждением результатов экспертизы, что свидетельствовало о явной заинтересованности эксперта в исходе дела, влекущей нарушение положений ст.85 ГПК РФ, Приказа Минюста РФ от 20.12.2002 N 346 "Об утверждении Методических рекомендаций по производству судебных экспертиз в государственных судебно-экспертных учреждениях системы Министерства юстиции Российской Федерации", а также иных нормативно-правовых актов, регулирующих деятельность по проведению экспертизы, согласно которым эксперт не вправе вступать в личные контакты с участниками процесса, если это ставит под сомнение его незаинтересованность в исходе дела; самостоятельно собирать материалы для производства судебной экспертизы; сообщать кому-либо о результатах судебной экспертизы, за исключением органа или лица, ее назначивших.
Более того, в ходе судебного заседания эксперт пояснила, что при проведении исследования на третьем блоке исследования она начала испытывать к отцу неприязнь, кроме того, сделанные выводы были основаны на ранее полученном опыте, а именно, ранее она сделала заключение в пользу отца, рекомендовала определить место жительства ребенка по месту жительства отца, который в последующем создал условия для матери, которые не позволяли ей вообще общаться с ребенком.
Данное заявление эксперта позволяет сделать вывод, что экспертное заключение вызывает сомнения в его правильности, в беспристрастности и объективности. Выводы эксперта не имеют однозначное и категоричное толкование, исследование проводилось не полно. Исследование проводилось на условиях, которые ставят отца в невыгодное положение по сравнению с противной стороной.
В качестве доказательства была представлена рецензия частнопрактикующего психолога, которая не нашла отражения в решении суда 1 инстанции, не дана юридическая оценка данному доказательству, что является существенным нарушением процессуального законодательства.
Данная рецензия опровергает и ставит под сомнение выводы судебной экспертизы, рецензия доказывает неправильность и необоснованность имеющегося в деле экспертного заключения.
Более того, в рамках рассмотрения дела судом апелляционной инстанции назначена дополнительная судебная экспертиза.
Согласно заключению, эксперт пришел к выводу, что интересам ребенка наиболее соответствует вариант проживания сына с отцом, в виду имеющихся у матери индивидуально-личностных особенностей, способных негативно влиять на воспитание и развитие ребенка.
Однако судами необоснованно указанное заключение экспертов оставлено без внимания и должной оценки!
К материалам дела приобщена переписка (что не отражено в экспертном заключении и не дана должная оценка) отца с матерью, заверенная надлежащим образом, согласно которой трудности, связанные с воспитанием сына являются для матери невыносимыми, ее высказывания в адрес отца, что она не любит ни его, ни сына; ей проще уйти, она от всего устала; она не готова быть матерью; высказывала мысли суицидальной направленности; она не может любить кого-то, поскольку ненавидит себя и всех; желает спихнуть сына, чтобы он ее не трогал; рождением сына хотела заткнуть дыру в душе и т.д.», ясно нам дают понять о ее моральном облике.
Более того судами оставлены без внимания факты применения насилия в отношении отца со стороны родственников матери, в результаты которых они силой забирали сына у отца. Постоянные конфликты в семье матери с новым сожителем, у которого также силой был отобран ребенок.
Отец в настоящее время трудоустроен, имеет регулярный доход, жилое помещение, состоящее из 2-х комнат, в квартире оборудовано место для отдыха и развития сына, проживает с сожительницей, с которой у сына сложились доверительные отношения на протяжении длительного времени. В ходе судебного заседания сожительница высказала желание принимать активное участие в жизни сына, заниматься его воспитанием. Она по образованию педагог, работает с школьниками младших классов, имеет опыт общения работы с малышами.
В жилом помещении, находящимся по адресу матери проживают 7 человек, квартира является двухкомнатной, как там можно оборудовать место сыну, если в ней проживают 5 взрослых и двое малышей, одному из которых нет и года.
Судом определен порядок встреч с несовершеннолетним сыном по три часа в неделю, данный порядок установлен без учета эмоционального благополучия сына, поскольку, в ходе экспертного исследования выявлено, что сын желает проживать с отцом, а с мамой встречаться, что также подтверждено свидетелем, который пояснил, что при совместном проживании с матерью сын регулярно просился к отцу.
Кроме того, указанный судом порядок общения, длительность и периодичность общения является не разумным и недостаточным, без учета здравого смысла, не отвечающим интересам несовершеннолетнего, не позволит отцу осуществлять свои родительские права и нести обязанности.
Разрешая спор, суды, ошибочно толкуя нормы Семейного кодекса РФ, Конвенции о правах ребенка 1989 года, не приняли во внимание, что ребенок доброжелательно относится к обоим родителям, любит их, но в настоящее время хочет проживать с отцом, отец надлежащим образом занимается воспитанием и содержанием несовершеннолетнего ребенка по месту своего жительства при наличии сложившихся с ребенком ровных, доброжелательных отношений и благоприятного психологического климата, а также сложившихся благоприятных условий для его развития, что в полной мере соответствует интересам ребенка.
Определение места жительства вопреки интересам и желанию ребенка, изменение сложившегося в настоящее время порядка воспитания ребенка при определении его места жительства с матерью при указанных обстоятельствах негативно отразится на условиях воспитания и развития ребенка, что не соответствует мнению и интересам ребенка, и нарушает его права, свободы и законные интересы.
Исходя из правовой позиции Пленума Верховного Суда РФ от 27 мая 1998 года № 10 «О применении судами законодательства при разрешении споров, связанных с воспитанием детей», Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ в Обзоре практики разрешения споров, связанных с воспитанием детей (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 20 июля 2011 года), Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ в Определении № 5-КГ21-107-К2, решения судов должны приниматься свободно от гендерных догматов, с учетом фактических обстоятельств, не пренебрегая процессуальными требованиями и должны быть направлены на соблюдение интересов несовершеннолетних при определении их места жительства.
Пунктом 1 статьи 3 Конвенции о правах ребенка закреплен принцип, согласно которому во всех действиях в отношении детей независимо от того, предпринимаются они государственными или частными учреждениями, занимающимися вопросами социального обеспечения, судами, административными или законодательными органами, первоочередное внимание уделяется наилучшему обеспечению интересов ребенка.
Именно Конвенция о правах ребенка 1989 года, закрепила равенство между женщиной и мужчиной в отношениях с детьми, равную роль матери и отца в воспитании детей и определении его места проживания, исходя только из интересов ребенка.
Аналогичный подход закреплен в статье 65 Семейного кодекса Российской Федерации, согласно которой родительские права не могут осуществляться в противоречии с интересами детей. Обеспечение интересов детей должно быть предметом основной заботы их родителей.
Пунктом 3 статьи 65 Семейного кодекса Российской Федерации установлено, что при раздельном проживании родителей место жительства несовершеннолетних детей определяется соглашением родителей. При отсутствии такого соглашения спор между родителями о месте жительства детей может быть разрешен судом по требованию любого из них.
В соответствии с приведенными нормативными положениями при разрешении спора между родителями об определении места жительства несовершеннолетних детей суд должен учитывать в первую очередь интересы ребенка, а также исходить из равенства прав и обязанностей отца и матери в отношении своих детей, отсутствия при разрешении таких споров преимущества одного родителя перед другим. Указанные нормы международного права и национального российского законодательства не закрепляют приоритет в отношениях между матерью и ребенком. Напротив, приведенные нормы права подтверждают, что первоочередное внимание должно уделяться наилучшим интересам несовершеннолетнего ребенка. При этом, суды должны объективно оценивать все обстоятельства и возможности каждого родителя по созданию наиболее комфортных условий для содержания и воспитания ребенка.
Между тем, судами, при вынесении обжалуемых судебных постановлений, нормы права, которые наилучшим образом защищают интересы ребенка, не были применены, а те которые были применены, были неверно истолкованы в интересах матери, а не в интересах ребенка, что является недопустимым.
Суд кассационной инстанций дополнительно аргументировал свою позицию сославшись на Принцип 6 Декларации прав ребенка (провозглашена Резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН от 20 ноября 1959 г.), указав, что ребенок с матерью может быть разлучаем только в исключительных случаях.
Судом кассационной инстанции неверно применен и истолкован Принцип 6 Декларации прав ребенка 1959 года.
При вынесении судебных актов, суды всех уровней, действуя исключительно в интересах ребенка, устанавливая круг данных интересов, обязаны учитывать, что Принцип 6 Декларации не порождает обязанности оставлять ребенка с матерью в случаях, когда это противоречит интересам ребенка, что и было установлено материалами настоящего дела.
Напротив, положение о недопустимости разлучения матери с ребенком действует в контексте более общей рекомендации, закрепляющей, что ребенок для полного и гармоничного развития его личности нуждается в любви и понимании, должен, когда это возможно, расти на попечении и под ответственностью своих родителей и во всяком случае в атмосфере любви, моральной и материальной обеспеченности.
При этом, суды обязаны правильно понимать и толковать такую правовую дефиницию, как «ребенок разлучаем с матерью», поскольку в данном случае, речь идет ни больше, ни меньше как об отобрании ребенка у матери, лишение ее родительских прав по отношению к своему ребенку, передача ребенка в приемную семью или дом ребенка, не предоставление матери возможности участия в воспитании и заботе о ребенке.
Указанная правовая дефиниция не распространяется на вопросы по определению места жительства ребенка, поскольку в случае определения места жительства ребенка с отцом, ребенок с матерью не разлучается, а лишь устанавливается определенный, особый порядок общения матери и ребенка.
Следовательно, суд кассационной инстанции, обосновывая свой вывод об определении места жительства ребенка с матерью тем, что только в исключительных случаях ребенок может быть разлучаем с матерью, допустил неверное толкование и применение Принципа 6 Декларации прав ребенка по настоящему делу.
Таким образом, исходя из установленных по настоящему делу фактических обстоятельств на основании имеющихся в материалах дела доказательств, исходя из норм международного права Принципа 6 Декларации прав ребенка 1959 г., статей 3, 12 Конвенции о правах ребенка 1989 г., норм национального законодательства: статьи 38 Конституции Российской Федерации, статей 57, 65 Семейного кодекса Российской Федерации в их совокупности и взаимосвязи следует вывод о том, что проживание ребенка с отцом наиболее полно соответствует интересам ребенка, и в большей мере способствует его полноценному психическому развитию, наиболее соответствуют его возрасту и индивидуальному умственному развитию.
Просит отменить решения всех трех инстанций и направить дело на новое рассмотрение.
Посмотрим, получится ли у данного отца добиться чего-либо в Верховном суде РФ.
Подписывайтесь на канал. Оставляйте свое мнение в комментариях. Присылайте свои истории для консультации и освещения.
Почта для связи: zakonsvoimirykami@yandex.ru.
Наш канал в Телеграмм - https://t.me/zakonsvoumurykami