«Золотой Треугольник»
Жизнь шла своим чередом. После института Уля устроилась в компанию одного из знакомых Эльдара. Она работала менеджером по связям с общественностью. Это почётное звание на самом деле прикрывало её явную никчемность в этой фирме. Да и в любом другом месте Уля оказалась бы в такой же ситуации. Она хотела созидательной работы – строить дома.. детские сады.. целые жилые комплексы....Уля начертила кучу проектов, которые так и валялись в папках, потому что она стеснялась их показать..
Сима с Эльдаром часто бывали в разъездах. Недавно они поехали в одну из бывших республик, а ныне отдельную, суверенную страну. Там Эльдар планировал с каким-то Сеидом - местным авторитетом - строительство жилого комплекса.. Сеид уговорил Эльдара вложить крупную сумму в строительную компанию, владельцем которой является его сын - Гаджи-Мурад.
- Послушай, Эду, даже я понимаю, что планируется крупное «кидалово»! - сказала Уля, когда Сима поделилась с ней своими сомнениями. Уля приехала к ним в гости на пару дней.
- Вот!! Вот видишь?! Даже ребёнку это понятно!! - Возмущённо всплескивая руками, ходила Сима по комнате. – Эльдар, дорогой, я тебя умоляю! Да плюнь ты на всё это и поехали домой, а?
Но сколько Сима не пыталась его отговорить, Эльдара словно одурманили.
- Что случилось с тобой, Эльдар? Неужели деньги так ослепили тебя?.. - сетовала Сима.
Но Эльдар твердил, что знает этих людей уже лет двадцать; что хоть Гаджи-Мурад и болван, зато отец его – Сеид - человек слова; что в результате Эльдар получит обратно не только свои деньги, а ещё и огромную прибыль, и в результате он вложил огромную сумму наличными в новое дело.. И работа по строительству высоток – кстати, первых в этой «второй столице» соседнего государства – закипела..
Уля частенько ездила к ним в гости – благо, всего четыре часа дороги, только вот таможня раздражает, но у Эльдара были везде свои люди и Улю - даже без его эскорта – пропускали беспрепятственно.
Городок этот напоминал Уле её родной, да и языкового барьера никакого не было, не считая нескольких местных наречий. Но в них, казалось, и сами жители не особо разбирались.
Сима с Эльдаром жили в частном доме, который Эльдар опять купил на имя Симы. Район, в котором находился этот дом, назывался «Золотой треугольник»..Такой роскоши, такого открытого крика богатства Уле даже в Баку не приходилось видеть.. В этом небольшом городе крутились баснословные деньги. Торговля наркотиками и оружием были почти легальные...…
….Строительство жилого комплекса шло полным ходом. Деньги, вложенные Эльдаром, уже давно были выручены, благодаря тому, что квартиры в трёх домах, которые ещё не были даже достроены, уже раскупили, несмотря на огромные цены. Но Эльдар не мог получить ни копейки.
- Не знаю, Уля, что там у них случилось, но Эльдар страшно разругался с Гаджи-Мурадом. - сказала Сима Уле, когда она приехала в очередной раз погостить к ним.
- А Сеид, конечно, прикидывается, шлангом?
- Точно..
А Сеид и в самом деле разводил руками и с кислой миной, цокая языком, сокрушался, что «сынок» совсем не слушается отца. Эльдар уже понимал, что его, мягко говоря, обманули. Он был в бешенстве. В тот день он поехал на очередной «совет».. Уля с Симой уже три часа подряд пытались дозвониться до Эльдара. Ни один из его номеров и номера Заура и Юсифа, неизменно везде его сопровождавших, не отвечал. На Симу было страшно смотреть.
- Я его предупреждала..- шептала она побелевшими губами.. Уля не знала как её успокоить.. Потому что и сама, несмотря на внешнее спокойствие, просто с ума сходила. Они прекрасно понимали, чем всё может закончиться. В этом городе перестрелка среди бела дня никого не удивляла.. Обитые красным мафя – мусульманский гроб – были неотъемлемой частью этого города, в котором жизнь людей не ставилась ни в грош. Лучшим решением проблемы здесь считалось устранение причины её возникновения.
В случае с Эльдаром речь шла об огромной сумме денег, отданных всего лишь под честное слово.. Но если человеку не ведомо истинное значение этого слова? Что тогда?..
В пять часов утра, когда свет фар автомобилей, въезжающих в ворота, осветил комнату, Уля с Симой подскочили к окну. Сима вцепилась ледяными пальцами в сестру ..побелевшие губы шептали молитву.. Когда из машины вышел Эльдар, Сима вздрогнула; Уля почувствовала, что пальцы сестры разжались и Сима молча, с открытыми глазами стала падать. Уля дико заорала, но её никто не услышал - стёкла во всём доме были звукоизоляционными...
Сима была парализована две недели. Уля с Эльдаром чуть с ума не сошли.. Хотя, перед видом его горя Уля вынуждена была забыть о себе.
«А может, эта моя чёртова сдержанность не что иное, как обыкновенная бесчувственность? Не знаю.. Но я даже плакать не умею.. А Эльдар.. Если бы я своими глазами не увидела – никогда не поверила бы в то, что Эльдар плакал.» - думала Уля, сидя у изголовья сестры и мысленно с ней разговаривая..
Цвет лица Эльдара приобрёл какой-то землистый оттенок, глаза покраснели и опухли от слёз, которые он даже не скрывал. Он - бледный, осунувшийся - целыми днями сидел на полу перед кроватью, на которой лежала Сима, держал её руку в своей.... не хотел ни есть, ни спать...Только пил в неимоверном количестве ледяную воду.. На него невозможно было смотреть. И лишь после того, как Уля разоралась на него, пригрозив, что уедет вообще к чёртовой матери, и они в жизни её больше не увидят, Эльдар беспрекословно стал слушаться её - быстро заглатывал еду и даже ложился на несколько часов поспать. А сама Уля за эти две недели глаз не сомкнула. Удивительно, что спать ей совсем не хотелось. Как, впрочем, и есть. Но если ей ещё кое-как удавалось что-то съесть, то мысль о том, чтобы лечь спать ей даже в голову не приходила.. У неё было такое ощущение, что всё происходящее –кошмарный сон.
Видеть Симу в таком состоянии было ужасно.. Она могла только слегка шевелить пальцами и еле-еле произносить отдельные, невнятные слова.. Первое, что она смогла сказать – трудно так называть это жуткое мычание - ни в коем случае ничего не говорить маме. А Зейнаб- хала словно чувствовала и звонила по несколько раз в день. Она нервничала, что ни Симы, ни Эльдара мобильный не отвечают. Уля вынуждена была поклясться ей могилой отца, что всё в порядке, а Сима с Эльдаром уехали в Италию. Уля произносила слова клятвы и мысленно просила у памяти отца прощения, ведь это же кощунство - врать и клясться самым дорогим. .
« Но ведь в принципе я же не вру. Все же живы - значит, всё нормально. А Сима поправится, обязательно должна поправиться!» - успокаивала себя Уля..
За эти дни в доме побывало несколько врачей; одного из них – известного нейрохирурга - ребята привезли из Москвы, чуть ли не из операционной. Все советовали полный покой и не терять надежду...Наняли двух медсестёр, которые сменяли друг друга и постоянно жили в доме. Сердце Ули разрывалось, когда она смотрела на неподвижно лежащую сестру. Всегда такая полная жизни, ни минуты не сидевшая на одном месте, сейчас она даже голову повернуть не могла.. К концу второй недели этого кошмара, где-то во второй половине дня - Уля уже давно потеряла чувство времени – Сима, открыв глаза, оглянулась вокруг и вдруг – абсолютно чётко и внятно - произнесла:
- Родные мои, напугала я вас?…
Потом, вспоминая всё это, Уля думала о том, что никогда не сможет найти слов, чтобы описать состояние Эльдара. Она думала, он с ума сойдёт. Эльдар плакал как ребёнок, навзрыд, не стесняясь присутствия в комнате медсестры.. Он целовал Симе ноги, руки.. Потом встал на руки и стал, дрыгая в воздухе огромными ногами, прохаживаться по комнате.. Встав с головы на ноги, он схватил в зубы десертный ножик, лежавший на столе рядом с вазой с фруктами, и пустился в пляс.. Неожиданно поскользнувшись на скользком паркете, он с жутким грохотом упал, на шум в комнату ворвались Заур и Юсиф. Эльдар, потирая ушибы, со смехом и кряхтением поднялся с пола. Слава Богу, обошлось всего парой синяков. Убедившись, что с их драгоценным Га’гой ничего не случилось и узнав, что с Симой всё в порядке, ребята, смущённо пробормотав поздравления и извинения, вышли из спальни.. Уля же твёрдо заявила Эльдару, что если он попытается продолжить своё соло-выступление, то она попросит ребят приковать его наручниками к креслу- не хватало ещё, чтобы он себе что-то сломал.
- Знаете, что? В мои планы совсем не входит посвятить свою жизнь «сладкой парочке» в качестве домашней сиделки.
-Ну, точно – колючка! - сказал Эльдар, потирая ушибы.. Сима слабо улыбалась. У Ули кружилась голова и в ушах стоял какой-то звон. Наверное, сказывались усталость и волнения этих дней.. Сердце её готово было разорваться от сознания того, что произошло самое настоящее чудо. Как же иначе можно это назвать? Ведь - как это не было страшно признавать – Уля боялась, что Сима навсегда останется прикованной к постели….
[I]…Господи, как бы многое я отдала, чтобы так оно и было..[/I]
Продолжение следует....