Сердце Алины стучало так быстро, так громко, так надрывно, что дышать было невыносимо больно. А в душе разлилось кисловато-горькое омерзение. «Господи! – женщина чувствовала себя птичкой, которая попалась в умело расставленные силки. – Я сама во всём виновата! Выбрала из двух зол наименьшее, называется!» - Вова, Вова, - жалобно шептала она, отталкивая бывшего мужа, а ведь хотела, чтобы звучало пренебрежительно, но гнев в купе с виной и растерянностью сделал своё дело и её "Вова" было жалким писком. - Ох, - мужчина оторвался от губ женщины, - твой сладкий голосок просто музыка для моих ушей. - Вова, ты поступаешь низко! – зашипела она. - Лучше так, чем никак, - усмехнулся он и наконец разжал объятия. – За любовь надо бороться, Алиночка. Я, в отличие от тебя, не намерен без боя отдавать своё счастье какому-то телохранителю, тем более бывшему, с кучей опасных проблем. - Ты вынуждаешь меня, забрать девочек и покинуть твой дом. - Ну-ну, - скрестил он руки на груди, - посмотрю с удовольст