Шло время, Никитка и Катюшка уже стали называть Татьяну мамой, Андрюшка — мамой Таней, лишь одна Любашка не обращалась к ней ни по имени, ни по имени- отчеству. Но Таня, благодаря своей заботе, чувствовала , что сердце девочки потихоньку оттаивало, ведь у Любаши появилось теперь больше свободного времени, которое она могла проводить с подружками.
Татьяна надеялась, что и Павел станет ласковее по отношению к ней, но он никогда не благодарил Таню ни за заботу о детях, ни за уют в доме, ни за вкусную еду. Она понимала, что Павел взял ее в дом не по любви, а по нужде, но все же надеялась, что он все же изменится и оценит все ее старания. Ведь даже свекровь приняла Татьяну и теперь часто заглядывала в гости, а иногда и помогала по хозяйству. Она была очень благодарна ей за то, что приняла детей, как родных, заботится о них и о Павле и не жалуется ни на какие трудности.
Вера Ильинична видела, что Татьяна всей душой тянется к Павлу и советовала ей хоть как то соблазнить его, чтобы зажить полноценно, как муж с женой, но Таня лишь разводила руками и отвечала: «Насильно мил не будешь.»
Как бы ни старалась Татьяна, но Павел словно не замечал, что она делает для семьи. Возвращаясь с работы, он быстро ужинал, а затем выходил во двор и скрывался в сарае, в котором организовал что-то вроде мастерской. Иногда слесарил там, но чаще всего проcто сидел на табуретке, курил и смотрел на звездное небо. Павел видел сколько сил и души Татьяна вкладывает в уходе за ребятишками и поддержании порядка в доме и дворе, но ничего с собой поделать не мог, чтобы хоть как приласкать женщину и выразить ей свою благодарность.
Павел стал часто допоздна задерживаться на работе, ссылаясь то на срочное задание, то на ремонт трактора и возвращался домой, когда в окнах дома гас свет.
С наступлением холодов он иногда согревался водкой, а последнее время стал выпивать все чаще и чаще, хотя раньше спиртным не увлекался.
Вера Ильинична выговаривала об этом сыну, но он лишь отмахивался от матери, мол «не понимает она его душевной тоски, которая разъедает его все больше и больше с каждым днем.»
- Да что же тебе не хватает?- как то возмутилась Вера Ильинична,- Таня- прекрасная хозяйка и мачеха из нее получилась замечательная, дети сыты, обуты-одеты, даже Любашка повеселела после смерти матери. Лучшей жены тебе и не сыскать, а ты на Татьяну даже не смотришь.
- Ох, не знаю, мать,- Павел утер ладонью лицо,- Все я вижу и понимаю, да видно однолюбом оказался. Унесла Надюша мое счастье с собой на небеса.
- Смотри, доиграешься с огнем,- Вера Ильинична покачала головой,- надоест все это Татьяне, вернется она домой, в свою деревню и останешься ты снова один с детьми. Что тогда делать будешь?
От таких разговоров Павел становился злее и, возвращаясь домой, ругался на детей, если они начинали шумно себя вести, хватался за ремень, а они сразу подбегали к Татьяне и прятались за нее, а та строго смотрела на Павла и говорила, что ребятишки ничего плохого не делают, а если озорничают, так на то они и дети, вот повзрослеют и о шалостях забудут.
Павел выходил из дома, громко хлопнув дверью и уходил в сарай, где у него в потаенном месте всегда была припрятана бутылка водки.
Как то, возвращаясь вечером домой, он встретил свою бывшую одноклассницу
Людку Панфилову, в которую когда то был влюблен.
- Давненько тебя не видела,- Людмила, подбоченясь, с усмешкой смотрела на Павла,- Конечно, у тебя теперь новая семья, новые заботы, некогда встречаться со старыми друзьями.
- Я... э...,- Павлу не хотелось вдаваться в подробности своей личной жизни,- Ты сама то как поживаешь? Слышал я , что вы с Митькой в город подались. Ты в отпуск что ли приехала или просто мать проведать?
- Насовсем я вернулась,- вздохнула Людмила,- Развелись мы с Митькой, подлецом он оказался. Нашел в городе помоложе, да с квартирой, а я оказалась ему не нужной. Помыкалась я, помыкалась, снимая комнаты у старушек, да решила вернуться обратно в деревню. Мать то уж точно не прогонит меня.
- Может отметим нашу встречу?- Павел показал на карман, откуда торчало горлышко бутылки,- Вспомним, так сказать, годы молодые?
Домой Павел вернулся поздно ночью, лег на свой топчан и сразу уснул. Во сне ему снилась Людка Панфилова, которая бежала по проселочной дороге, а Павел со смехом догонял ее. Затем они месте упали в зеленую траву и... На этом месте сон прервался, потому что громко, словно над ухом, прокукарекал петух и Павел проснулся.
Как то, в одну из ночей Павел не пришел домой ночевать, Татьяна не сомкнула глаз, выглядывая его в окошко.
- Уж не случилась ли какая беда?- она накинула на плечи пуховый платок и вышла за калитку, вглядываясь в темноту. Улица была пуста, даже собаки в соседних дворах не лаяли, как обычно, а спали, каждая в своей будке.
Павел появился под самое утро, стараясь не скрипеть дверью, вошел в дом и , подойдя к плите, заглянул в кастрюлю.
- Проголодался?- Павел вздрогнул от неожиданности, услышав Татьянин голос и выронил из рук крышку, которая с грохотом упала на пол,- Тише, - поморщилась Таня, детей разбудишь. Садись за стол, я сейчас щи разогрею и сама налью их в тарелку.
Павел послушно уселся за стол и стал наблюдать, как Татьяна суетится на маленькой кухне.
- Ты что же, всю ночь не спала?- спросил он, хлебая ложкой наваристые щи.
- У тебя на работе что то случилось?- она села напротив, подперев голову рукой,- Ребятишки весь вечер спрашивали: «Где папа?», да «Когда папа вернется?»
Павел опустил глаза, не мог же он признаться, что провел ночь с Людкой, тайком пробравшись к ней в комнату, чтобы не разбудить ее мать.
Вере Ильиничне словоохотливые соседки рассказали, что ее сын тайком встречается с Людкой Панфиловой, а кто то из них даже видел, как Павел поздно ночью выходил из ее дома и пробирался к себе огородами, чтобы никто не заметил.
- Врете вы всё, бабы,- Вера Ильинична недоверчиво покачала головой,- Не мог мой Пашка до такого позора опуститься. Да к тому же у него жена есть, Танюшка. Сами же знаете, что они с ней даже в сельсовете расписались, чтобы все по людски было. Правда, свадьбы никакой устраивать не стали, чай не первый раз замужем. Так что, прекратите зря языками молоть, да напраслину на моего Павла наговаривать.
Но и в сельмаге, куда Вера Ильинична отправилась за хлебом тоже судачили только о том, как Павел Григорьев спутался с «этой стервой» Людкой, которая в свое время и на чужих мужиков заглядывалась, будучи замужем за Митькой.
Забыв про хлеб, Вера Ильинична направилась прямиком в мастерскую, где в это время находился Павел.
- Ты чего творишь то?- она замахнулась на сына сумкой,- Совсем из ума выжил или водка теперь за тебя думает?
- Мать, ты чего?- Павел вытаращил на нее глаза,- Какая муха тебя укусила?
- Ты чего меня по всей деревни позоришь?- Вера Ильинична снова стукнула сына сумкой по спине,- Или бабы врут, что ты с Людкой встречаешься? А ну, смотри мне в глаза,- она грозно посмотрела на Павла.
- Не врут,- Павел отвернул голову в сторону.
- А батюшки,- Вера Ильинична всплеснула руками,- Что же ты, подлец такой, делаешь? Или ты забыл, чем Татьяне обязан? Она детишек твоих воспитывает, на них сейчас любо-дорого посмотреть, чистенькие, наглаженные. Ты ей в ноги должен кланяться, а не по другим бабам бегать.
- Ну не люблю я ее, понимаешь,- закричал Павел и стал расхаживать туда-сюда,- Все надеялся, что стерпится- слюбится, да куда там!
- А Людку значит любишь?- Вера Ильинична подозрительно посмотрела на сына.
Павел не ответил на вопрос матери,продолжая ходить из стороны в сторону.
- Понимаешь, мать,- он остановился напротив Веры Ильиничны,- С Людкой я словно ожил, не знаю почему. Встречаясь с ней я вспоминаю те прежние времена, когда мы были школьниками, беспечными и веселыми и когда казалось, что вся жизнь впереди. Мы с ней вспоминаем своих одноклассников, Надюшу и на душе становится так тепло и спокойно.
- Да-да,- Вера Ильинична укоризненно покачала головой,- А еще мне бабы рассказали, что вы с Людкой вместе пьете. Может она тебя специально спаивает, чтобы разрушить увести из семьи?- она прищурила глаза.
- Нет у меня никакой семьи,- Павел опустил голову,- Да, Татьяна хорошая женщина, но чувств у меня к ней нет никаких. Живем, как чужие люди, только ради детей.
- А мне кажется, что это ты не хочешь с Татьяной сближаться,- Вера Ильинична снова сурово посмотрела на сына,- Ты получше присмотрись к ней, сынок. Поверь, лучшей жены и мачехи своим деткам ты больше не встретишь. Думаешь Людке нужны будут твои дети? Как бы не так,- она усмехнулась,- Так что, Павел, не дури. Если Татьяна узнает о твоих похождениях к Людке, то упади перед ней на колени, вымоли прощение и живите дальше вместе по-человечески. Детей растите, а там, глядишь, и внуки пойдут, так что старость встретите вместе.
- Я подумаю,- уклончиво ответил Павел,- Все, мать, иди, мне работать надо,- он забрался в свой трактор и завел мотор.