Автор
Каждый из нас делает выбор: автобус или метро, блюз или джаз, американо или латте. Мы выбираем и раскрашиваем нашу жизнь оттенками значимого. И это хорошо. Хорошо, когда значимое входит в нашу жизнь осознанно. Но есть то, что нам дано без выбора: времена, которые нам суждено прожить.
Сегодня на дворе тревожные дни. Это всегда особый вызов для психического благополучия человека и социума и, как следствие, вызов для всего психологического сообщества.
Этот вызов многолик. На мой взгляд, его весомым компонентом является горевание — реакция на утрату значимого человека. Пандемия обозначила эту проблему, СВО подчеркнула. Сегодня работа с горем — неотъемлемая часть работы психолога. Обязательной работы, с которой встретится каждый специалист.
Подготовка к работе с горюющими включает в себя много аспектов: это и помощь при остром стрессе, и поддержка при суицидальных рисках, и посттравматическое стрессовое расстройство на фоне развития патологического горя. Все эти темы должны быть в рамках нашей компетенции, как и методы экстренной психологической помощи.
Как поддержать мать, потерявшую единственного сына? Что предложить гражданской супруге погибшего офицера, у которой в шкафу висит свадебный наряд и назначена дата торжества? О чём говорить с подростком, который ночами просматривает вражеские ролики с пытками пленных, стараясь найти своего брата?
Самый сложный момент — это первая минута после рассказа клиента. Она длится бесконечно. Но тем важнее она для человека, сидящего напротив. Глаза, полные скорби, напряженные или опущенные плечи, сжатые или безвольно дрожащие руки… В эту минуту можно вложить весь мир. И каждый раз я думаю, что у меня лучшая профессия на свете. Именно эта профессия позволяет мне встретить этих удивительно сильных людей и быть рядом с ними в тяжелейший момент их жизни.
Что сказать горюющему? Об этом часто спрашивают коллеги и родственники. Конечно, «дежурные фразы» есть у каждого. Можно составить длинный список на период острого горевания, но опыт показывает — лучше всегда говорить правду. Всё ли «будет хорошо»? Не всё и не у всех. Умение найти эффективный баланс правды и утешения — это искусство. Искусство, которое превращает тягостное молчание в слова новой надежды.
Каждый психолог предпочитает свой подход и направление работы с клиентами — то, в чём он хорош. Проблемой остаётся выбор способа, который поможет клиенту здесь и сейчас, — способа совершить маленькое «чудо». И пусть это будет чудо одной минуты, но оно поможет сделать шаг вперёд, преодолеть ещё одну ступень боли.
Очень люблю использовать для «маленьких чудес» арт-терапию. На мой взгляд, техника «Я — вчера, сегодня, завтра» (с гуашью) подходит идеально. Когда клиент рисует своё «вчера» и «сегодня», он забывает, что ещё пять минут назад ставил своё будущее под сомнение. И вот он уже рисует себя в завтрашнем дне. Пусть в чёрном и с печалью на лице — он начал незримую терапию суицидальных рисков. А дальнейшее совместное творчество с психологом поможет исправить на высохшем рисунке слёзы на улыбку и раскрасить тёмную одежду новыми цветами. Так рисунок «завтра» становится метафорой лучшего будущего.
Времена не выбирают, но методы — мы можем выбрать. Можно расширить свой профессиональный арсенал заранее — не дожидаясь, пока на пороге появится горюющий. К сожалению, количество таких клиентов, особенно в осложненных вариантах, будет только расти. Будет расти и поток комбатантов, возвращающихся из зоны СВО. Поэтому, делая выбор в пользу следующего обучающего курса, подумайте о важности методов экстремальной психологии в современном мире и растущей частоте их применения сегодня. И сделайте лучший выбор.
Пирогова Людмила Владимировна
психолог Вооруженных Сил РФ, экстренный психолог.
Санкт-Петербург
