Казалось бы, вопрос глупый. Официальным окончанием Московской наступательной операции считается 7-е января. Причём в этот день советское наступление под Москвой не закончилось. С 7-го января началось всеобщее наступление Красной Армии по всем фронтам. Именно по всем. Войскам же Западного, Калининского и Брянского фронтов было не до тонкостей большой стратегии, они пробивались сквозь сугробы продолжали наступать.
Всё это, конечно, верно. Но если подходить с формальной позиции. А если не формально. Допустим вот такой момент — были сформированы войска Московской зоны обороны, которые по составу в начале 1942 года примерно соответствовали фронту. Их создали как последний рубеж обороны столицы, чтобы остановить немцев, если они прорвут позиции Западного фронта. Однако, хотя официально битва за Москву закончилась 7-го января 1942 года, Московскую зону обороны расформировали 15-го октября 1943 года. Хотя, конечно, в 1943 году она была уже заметно слабее по составу.
Понятно почему так было — немецкие войска находились практически на расстоянии вытянутой руки от Москвы, что не позволяло окончательно успокоиться по поводу судьбы советской столицы.
Давайте просто посмотрим на карты. На 7-е января — официальное окончание Московской наступательной операции, советское войска вышли на ту же примерно линию, что была к середине октября.
А вот на этой карте показано уже и Московская наступательная операция, и часть общего наступления советских войск с января 1942 года. Мы видим, как наступление продолжилось, но видим и то, что наши войска были остановлены на линии, которая была немногим дальше от Москвы (а где-то и ближе), чем к началу операции «Тайфун».
То есть немцы стояли достаточно близко от столицы, чтобы об этом помнить ежечасно и быть готовым к повторению их нового наступления. О котором воспоминания на всех уровнях советского руководства наверняка были не самые лучшие.
Если исходить из того, что Вяземская и Орловско-Брянская операции в октябре 1941 года были частью Московской стратегической оборонительной операции, то все наступательные операции Красной Армии под Ржевом также стоит считать частью битвы за Москву.
Во-первых, хотя бы географически.
Во-вторых, мы сегодня уже точно знаем, что руководство Вермахта имело планы наступательных операций на московском направлении именно с Ржевского выступа. Знало ли тогда об этих планах советское командование, мне неизвестно (не интересовался), но уж предполагало такую возможность точно.
Догадаться о том, что будет планироваться некая операция по встречному удару с Демянского и Ржевского плацдармов, должен любой выпускник военного училища, если он хоть чему-то учился. Ну а сейчас то мы знаем, что она называлась у немцев «Дерффлингер» (Derfflinger). В результате мог быть полностью окружён и разгромлен Калининский фронт и открывалась дорога на Москву.
Можно было догадаться, что немцы станут планировать и удар по срезанию Сухинической дуги нашего Западного фронта. И немецкое командование такое наступление планировало, под кодовым названием «Ураган» (Orkan).
Мало того, это наступление даже почти началось. Ему помешало лишь то, что наши войска одновременно начали Первую Ржевско-Сычёвскую наступательную операцию. Потому немцы остановились на усечённой версии «Урагана», которую назвали «Смерч» (Wirbelwind), с более ограниченными целями. Которая, слава богу, у них тоже не получилась, так как наши войска и на этом участке тоже проводили своё наступление.
В любом случае в двух сотнях километров от Москвы шли ожесточённые бои, которые были не особенно удачны для наших войск. Что просто не могло не вызывать беспокойства и озабоченности советского руководства. Недаром вокруг столицы постоянно шло строительство новых укрепрайонов и количество сооружений в них росло.
Я, разумеется, не предлагаю что-то переписывать, просто хотел бы обратить внимание на то, что взгляд на Ржевскую битву может быть и под таким углом. А стало быть и её значение тоже надо рассматривать именно с учётом вышесказанного.
Рекомендую вам мои статьи: