Пикируясь в комментариях к посту о фильме «Опасный поворот», один мой коллега по кинообзорному цеху натолкнул меня на мысль, написать и об экранизации другого произведения Джона Бойтона Пристли – «Инспектор Гулл» (1979г., реж. А. Прошкин). Тем более, что это один из моих любимейших детективов, снятых в советское время.
Есть, с чем сравнить эту экранизацию. Мой коллега как раз это и сделал, так что подробно останавливаться здесь не буду.
Лично для меня именно эта экранизация является лучшей, хотя её не назовешь близкой к тексту. Сюжет фильма перенесён на 60 лет вперёд (в первоисточнике действие происходит весной 1912 года), и весь фильм пронизан духом и современностью 70-х.
Подбор актёров, или как сейчас говорят, каст – 10 из 10. Артура Берлинга, отца семейства, сыграл талантливый завсегдатай детективов Владимир Зельдин, наделив персонажа своим фирменным противным голосом и непомерной заносчивостью. Сибил Берлинг, мать, сыграла латвийская актриса Эльза Радзиня, прекрасно передавшая непомерное высокомерие героини, живущей в шорах неоспоримой правоты богачей. Шейлу на экране воплотила изумительная Елена Проклова, столько ярких красок и нюансов появилось у этого персонажа, чего не было в книге. Эрика сыграл обожаемый мною с детства «Паганель» Лимбит Ульфсак. Он, конечно, значительно старше персонажа первоисточника, по книги Эрику немного за двадцать, а Лимбиту на момент съёмок было за тридцать, тем не менее, роль распутного мажора и пьяницы, вызывающего сначала отвращение, а после жалость, ему удалась. Роль Джеральда Крофта была отдана любимцу советских режиссёров красавцу Ивару Кальнынышу, который изобразил персонажа не таких чувствительным и мягким, каким он был в книге; в фильме он деловой, холодный, знающий себе цену самец на взлёте. И, конечно, сам инспектор, его сыграл не менее популярный в СССР иностранец Юозас Будрайтис - отличное воплощение. По тексту в книге сложно понять, каким был инспектор Гулл, ясно только, что было в нём что-то мистическое, гипнотическое и пророческое, будто и не человек он вовсе. В фильме же его история раскрыта чуть больше.
Перед началом первого действия в пьесе есть описание комнаты, где развернутся события: «Столовая в довольно большом пригородном доме преуспевающего фабриканта, обставленная хорошей, добротной мебелью того времени. Вся обстановка производит впечатление прочного и тяжеловесного комфорта, а не тёплого домашнего уюта». В фильме дом обставлен основательно, но присутствует и современный дизайн, уютным я бы его не назвала, но это дело вкуса. Открытый камин (для меня) как символ постоянной опасности при кажущейся респектабельности и основательности.
В фильме добавлено несколько новых линий.
Первая: это линия знакомства Джеральда и Дейзи, куда более романтическая и от этого ещё более трагическая. В книге всё было тривиальнее: они встретились в баре, когда девушка уже встала на свой последний путь заработка, а Джеральд никакого отношения не имел ни к кино, ни к литературе, он такой же фабрикант, как и Берлинги, решил содержать девушку какое-то время из сочувствия.
Вторая: это сумасшествие Шейлы – гениальный ход, иллюстрирующий распад общества через распад личности под постоянным влиянием двойных посланий, газлайтинга и лжи. Истеричность героини здесь как крик о помощи, которого никто не слышит, потому они, эти люди, слышат только то, что им удобно, и это буквально сводит ещё не успевшую превратиться в бесчувственную и самодовольную куклу девушку с ума.
Третья: это история инспектора, в фильме мы знаем, что он – несумасшедший сумасшедший, который настолько хорошо понял это общество и настолько с ним не согласен, что выбирает жить и мыслить за его пределами, устраивая себе редкие «вылазки» в качестве развлечения. В финальном диалоге с доктором Гулл заключает: «Этот мир давно уже болен, поэтому я не хочу туда возвращаться».
В фильме есть ещё одно важное изменение, это речь Берлинга, которая задаёт тон всему философскому контексту повествования. Давайте сравним.
Речь из книги: «Однако именно теперь, когда вам стало куда легче жить, многие из вас, похоже, не понимают, что человек должен сам пробивать себе дорогу, сам заботиться о себе – ну и, конечно, о своей семье, когда он ею обзаведется, – и, пока он поступает так, ничего особенно дурного с ним случиться не может. А послушать или почитать некоторых нынешних умников – получается так, что каждый обязан заботиться обо всех на свете, словно все мы живем роем, как пчелы в улье, – «сообщество людей» и разный прочий вздор. Но вы, молодые люди, поверьте уж мне на слово, ведь я прошёл хорошую, трудную жизненную школу: человек должен заниматься только своими делами, заботиться о себе и близких…»
Речь из фильма: «Молодые люди, нам с детства прожужжали уши о любви к Человечеству. Но я до сих пор не могу представить, как можно любить всё человечество сразу. С какой стати я должен любить первого встречного? Я считаю, что если каждый из нас будет любить своих близких, ещё двух-трёх друзей – это уже кое-что. Я хочу выпить за нашу семью, за маленькую, но довольно-таки симпатичную модель этого самого Человечества».
По-моему, речь в книге точнее и больше отражает суть произведения. Ведь именно мысль о том, что ни о ком, кроме себя, заботиться не надо и привела к тем печальным последствиям, на которых строится синопсис.
А как думаете Вы?