Андрей сидел в приемной больницы. Сегодня он пришел слишком рано, не в силах вынести ожидания. Руки дрожали, а взгляд беспокойно метался между снующими мимо врачами и пациентами. Этот больничный коридор он знал лучше, чем свой дом, ведь каждый шаг в этих стенах был связан с надеждой и тоской.
– Неужели, это действительно произойдет сегодня? – прошептал он.
Его мысли вернулись в те дни, когда жизнь казалась проще. В выпускном классе он впервые заметил ее: смех разносится в воздухе, как музыка, заразительная улыбка, казалось, озаряет весь класс. В общем, влюбился с первого взгляда в новенькую, очарованный ее обаянием и добротой.
Но они стали друзьями.
Каждое мгновение, проведенное рядом с ней, было пыткой. Он дорожил их разговорами, прогулками в парке и ее искренним смехом, который намекал на что-то большее. Но все равно был лишь другом.
Они частенько оставались после уроков и делали домашнее задание в школьной библиотеке. Он запомнил каждую черточку ее лица, но больше всего ему нравилась смешная морщинка на лбу, когда она пыталась разобрать очередную теорему. Тогда он много раз порывался признаться в любви, но отступал, боясь разрушить хрупкую связь, которая у них была. Он жаждал большего, но она хотела оставить все как есть – друзья навсегда. Это была горько-сладкая мука, вплетенная в ткань его воспоминаний.
– Андрей, — однажды сказала она, видя его смятение. – Нам нужно поговорить.
Его сердце забилось быстрее от предвкушения, вопреки всякой надежде, надеясь на другой исход. Потом он кивнул, а горло сжалось от горечи.
– Я знаю, как ты ко мне относишься, и я ценю нашу дружбу больше всего на свете, — начала она, тщательно подбирая слова.
Он слушал, грудь его сжималась от надвигающегося разочарования.
– Понимаешь, мне нужно, чтобы ты понял: я вижу в тебе друга, действительно хорошего друга.
Ее голос был нежным, но твердым, взгляд прямым. Знакомая боль сдавила его сердце.
– Я не хочу терять то, что у нас есть, усложняя ситуацию чем-то большим», – объяснила она.
Он тяжело сглотнул, изо всех сил пытаясь скрыть разочарование.
– Надеюсь, ты понимаешь, — мягко добавила она, протягивая руку, чтобы коснуться его руки.
Ему удалось слабо улыбнуться, но внутри его сердце разбилось на миллион кусочков. Несмотря на боль, Андрей уважал ее выбор и в полной мере принял их дружбу. Но со временем все изменилось.
Неожиданно всплывшая болезнь бросила темную тень на ее жизнь. Друзья ушли, их некогда бурный круг общения разбежался, и даже родне было трудно противостоять суровой реальности. Ее родители оставались стойкими дольше всех, поддерживая свою дочь всеми силами, но и их внезапно не стало. Автокатастрофа.
Андрей три года жил среди приглушенного шепота и мрачной больничной атмосферы. Он был тем единственным, кто навещал ее, приносил любимые книги и читал стихи, в которых поэты пели о его мечтах. Они часами говорили обо всем и ни о чем, забывая о времени.
Их связь становилась сильнее, сплетаясь нитями из общих воспоминаний и невысказанных эмоций. Он стал ее доверенным лицом, человеком, которому она могла рассказать все. В его присутствии она смеялась, нормально ела, хотела жить – краткая передышка между мраком боли и отчаяния.
Сидя в тихом больничном коридоре, Андрей не мог совладать с чувствами. Сегодня все было по-другому: после многих месяцев беспокойства и бесконечных разговоров она наконец попросила его прийти и поговорить. По-особенному попросила! Его сердце трепетало от надежды: может быть, сегодня она захочет признаться…
В назначенное время он зашел в палату. В ее глазах металась буря чувств – смесь печали и невысказанной тяжести. Он сел рядом с ней, ожидая слов, которые так жаждал услышать. Сердце колотилось, как бешеное.
– Мне нужно тебе кое-что сказать, – начала она мягко. – Я скрывала от тебя одну вещь.
Голос ее дрогнул, а у него же перехватило дыхание, в голове пронеслось множество радужных вариантов.
– Мне хотелось бы сказать тебе, что я люблю тебя…
Проблеск надежды вспыхнул в сердце, но сразу же погас.
– …но я не могу, Андрей. Я хотела тебе сказать это, потому что…
Ее голос затих, на глаза навернулись слезы и она на мгновение заколебалась, собираясь с силами.
– У меня осталось мало времени, — наконец призналась она. – Сегодня я умру.
Шок охватил Андрея, лишив на мгновение дара речи. Неожиданная новость поразила его, как волна на побережье.
– Никто из друзей давно не приходил ко мне, — продолжила она дрожащим голосом. – Кроме тебя. Остался ты один.
Он почувствовал комок в горле, сердце заболело от несправедливости мира. Она посмотрела на него, слезы текли по ее лицу, в глазах была смесь печали и благодарности.
Внезапно Андрей почувствовал прилив сил: он единственный, кто рядом с ней в это трудное время!
– Мне очень жаль, – прошептала она, ее голос был едва слышен.
Он нежно взял ее за руку, пытаясь успокоить своим теплом.
— Не извиняйся, — сказал он сорвавшимся голосом. – Я останусь. Я всегда буду твоим другом.
Ей удалось слабо улыбнуться.
– Я благодарна тебе, Андрей, – сказала она тихо. – Прости, у меня не было времени, чтобы тебя полюбить. Но теперь уже слишком поздно.
Слезы покатились из его глаз, он обнял ее и не отпускал весь вечер. Когда солнце садилось за окном больницы, заливая комнату золотым оттенком, ее дыхание замедлилось. Андрей крепко держал ее за руку.
– Я люблю тебя, – прошептал он.
Она посмотрела на него, ее глаза наполнились миром и благодарностью.
– Я знаю, – тихо прошептала она, и голос ее затих.
Он сидел, чувствуя, как ее присутствие ускользает, оставляя в комнате только эхо последних слов.
В тишине больничной палаты Андрей остался один. А потом он понял, почему между ними не было любви. Любовь ранит при расставании, а дивные моменты дружбы остаются в душе навсегда.