Давид
Наступает утро. Отель.
— Вы, блестящий и привлекательный мужчина, но характер у вас сложный! — восклицает моя личная помощница, Катя, и укоряюще качает головой.
Я сидел в своем директорском кресле, которое еще не успело остыть после Смолина, где как раз передо мной, в офисе, выстраивался полукруг сотрудников отеля, включая Катю. У нас был разбор полетов. Я считаю обвинения недоказанными и предвзятыми, несмотря на то, что Катя уже не один год рядом со мной. Я стучу по столу кулаком, отчего девушка испуганно дергается.
— Что ты сказала?! — спрашиваю ее строго и, не дав ей ответить, обращаю внимание на людей, занимающих должности ниже, чем у Кати.
— Хочешь сказать, что у меня сложный характер?!
— Да, да, Давид Сергеевич, — хором подтверждают они.
— Вы только что уволили нас без объяснения причин.
Возможно, я перегнул палку. Всякое случается. Сегодня настроение у меня обычное – никакое. И меня раздражают шепоты сотрудников за спиной о том, каким был Смолин... Теперь они плохо работают, по их мнению. Признаться, бизнес в сфере отелей для меня нов. Раньше я этим не занимался. Желание купить здание у Смолина меня побудила любопытство и Рита. Увидев женщину в компании Василия, мне сразу захотелось нарушить ее безмятежность. Стоит ли признаваться, что сотрудники отчасти были правы насчет моего характера?
— Увольнение отменяется, — сказал я, анализируя ситуацию, разрывая напряженную тишину — Продолжайте выполнять свои обязанности.
Те, чьи лица с облегчением осветились, склонили головы и удалились из офиса и из моего неприятного общества. В том числе и Катя.
— А тебя, Семенова, я прошу остаться.
— Обязательно? У меня столько дел нужно разобрать.
— Да, обязательно.
Я взглянул на помощницу. Она тоже женщина, так же как и Рита.
— Скажи, Семенова, ты любишь тигров?
— Нет.
— Предсказуемо, — соглашаюсь я, кажется, шестеренки в моей голове нашли свое место — Но тебе нравятся пионы, ведь так? Ты же надела куртку с ними.
— И что из этого? — бормочет Семенова, поправляя свою одежду.
— В отеле тепло, а ты все в длинном рукаве, — медленно встаю со стула.
— Почему? Разве ты скрываешь синяки? Тебя опять избил муж?
Помощница дергается.
— Еще бы. Конечно, нет. — Семенова отрицает, при этом неосознанно чешет нос.
В отличие от Риты, я хорошо знаю ее. Она лжет. Но жест, точнее, прикосновение к лицу, совпадает с жестом Фадеевой. Вчера Рита точно так же чесала нос, когда я спрашивал об Оксане. И мне показалось все странным. Явно в городе есть Александр, который бросил малышку в детском доме. А вот любимые тигры Фадеевой заставляют меня задуматься о дрессировщиках. Я не обвиняю дрессировщика, но он, так или иначе, ассоциируется в голове Риты с чем-то приятным, с самим тигром.
Это может означать, что у Оксаны изначально не было такого отчества. Фадеева просто выбрала его на свой вкус. То же самое прослеживается у Кати. Среди всех возможных пиджаков Семенова выбрала именно с пионами, потому что ей нравятся эти цветы. Так что у меня возникает вопрос: кто, черт побери, отец Оксаны и является ли она сироткой, как утверждает Рита?
— В общем, Катя, тебе не придется плевать в потолок сегодня, — останавливаюсь рядом с помощницей — Сначала нужно посетить все детские дома и выяснить информацию о дочери Маргариты. Есть ли она в списках бывших воспитанников.
— Сколько бумаг нам придется перерыть в архивах?
— Много, Семенова, но я прикажу Никите, начальнику охраны, работать с тобой вместе.
— Того самого тестостеронового монстра? Давид Сергеевич, Никита намекает мне на близость и пристает!
— Не делай из себя убогую, Семенова, и в следующий раз надевай более длинное платье.
Я схватил тонкую ручку Кати и сдвинул рукав. Ее запястье было синим от синяков...
— Ох, не трогайте меня, Давид Сергеевич, — вырывается из меня, и прячу руки за спину.
— Давай ты мужа отправишь подальше и надолго... Ты все еще с ним связана?
Семенова, как всегда, шутит. Берет с моего стола краткую биографию Оксаны, которую Рита рассказала мне.
Фадеева не может иметь детей, и я не осуждаю ее за это. Но почему же Рита всегда уклоняется, когда я разговариваю об Оксане? Я должен выяснить.
Катя прощается и торопится выполнить поручение. Я не могу позволить заполнить помещения ненужными вещами. Я люблю открытые пространства, в которых мне легче дышать.
Зайдя в кабинет Смолина, первым делом я выбросил все хлам с полок и шкафов: ненужные кружки, статуэтки, искусственные цветы в керамических горшках.
Мне кажется, все это пошло. Единственное, что я не смог сделать - выбросить подарок от Оксаны в мусорный ящик.
Меня ничто не трогает в этой жизни, и мне будет сложно назваться человеком с большим сердцем. Но теперь на пустой полке в кабинете у меня есть только одна вещь - маленькая фея с золотистыми волосами.
Продолжение следует…