Они были современниками и выходцами с Украины.
Александр Менделевич Гликберг (1880—1932), также известный как Саша Чёрный, — человек замкнутый в общении со взрослыми и весёлый с детьми, нелюбимый представителями любой власти, но любимый читателями и литераторами, убийственно остроумный фельетонист и обладатель титула "Король поэтов" журнала "Сатирикон"; язвительный эстет, по словам Владимира Маяковского, и героический участник Первой мировой, эмигрант с международным именем, который помог выжить многим коллегам-эмигрантам и успешно творил в Германии, Италии и Франции до конца своих дней.
Михаил Афанасьевич Булгаков (1891—1940) — в Первой мировой практически не участвовал, но натерпелся в Гражданскую, успев послужить и в Белой, и в Красной армиях; всего за несколько лет прошёл путь от провициального врача сперва до московского газетного хроникёра, обработчика читательских писем и автора хлёстких юморесок, а потом и до популярного фельетониста, романиста и востребованного драматурга; сторонился детей и коллег — об их постоянной пикировке с Маяковским ходили анекдоты; на просьбы разрешить эмиграцию из России получал отказы, тяжело заболел и умер в Москве театральным подмастерьем, инсценировщиком русской классики, не увидев опубликованными многие свои повести, пьесы и романы, включая главный.
"С детства я терпеть не мог стихов (не о Пушкине говорю; Пушкин — не стихи!), и, если сочинял, то исключительно сатирические", — заявлял Булгаков. Рассказывали, что Анна Ахматова — подруга третьей и последней его жены — остерегалась читать при нём свои стихи. Читал ли Булгаков при ней свои — неизвестно, хотя кое-что сохранилось. И, несмотря на латентный антисемитизм Михаила Афанасьевича, влияние Саши Чёрного в них очевидно.
А ещё можно сыграть в игру.
Вот два стихотворения. Первое:
На Большой Садовой
Стоит дом здоровый.
Живет в доме наш брат
Организованный пролетариат.
И я затерялся между пролетариатом,
Как какой-нибудь, извините за выражение, атом.
Жаль, некоторых удобств нет.
Например — испорчен ватерклозет.
С умывальником тоже беда:
Днем он сухой, а ночью из него на пол течёт вода.
Питаемся понемножку:
Сахарин и картошка.
Свет электрический – странной марки:
То потухнет, а то опять ни с того ни с сего разгорится ярко.
Теперь, впрочем, уже несколько дней горит подряд,
И пролетариат очень рад.
За левой стеной женский голос выводит: "Бедная чайка…"
А за правой играют на балалайке.
...и второе:
Ревёт сынок. Побит за двойку с плюсом,
Жена на локоны взяла последний рубль,
Супруг, убитый лавочкой и флюсом,
Подсчитывает месячную убыль.
Кряxтят на счётаx жалкие копейки:
Покупка зонтика и дров пробила брешь,
А розовый капот из бумазейки
Бросает в пот склонившуюся плешь.
Над самой головой насвистывает чижик
(Xоть птичка божия не кушала с утра),
На блюдце киснет одинокий рыжик,
Но водка выпита до капельки вчера.
Дочурка под кроватью ставит кошке клизму,
В наплыве счастия полуоткрывши рот,
И кошка, мрачному предавшись пессимизму,
Трагичным голосом взволнованно орёт.
Безбровая сестра в облезлой кацавейке
Насилует простуженный рояль,
А за стеной жиличка-белошвейка
Поёт романс "Пойми мою печаль".
Как не понять? В столовой тараканы,
Оставя чёрствый xлеб, задумались слегка,
В буфете дребезжат сочувственно стаканы,
И сырость капает слезами с потолка.
Один стих написан в 1909 году, другой в 1921-м.
Какой когда, и где стихи Булгакова, а где стихи Гликберга — в каждом случае наверняка определит любой.
ВНИМАНИЕ!
Читать авторские книги, комментировать эксклюзивные публикации, порой вступать в переписку с автором — эти и другие приятные возможности с начала 2025 года получают подписчики аккаунта "Премиум".
Стартовый минимум — цена пачки дешёвых сигарет.
Подписывайтесь, потолкуем.
★ "Петербургский Дюма" — название авторской серии историко-приключенческих романов-бестселлеров Дмитрия Миропольского, лауреата Национальной литературной премии "Золотое перо Руси", одного из ведущих авторов крупнейшего российского издательства АСТ, кинотелевизионного сценариста и драматурга.
Иллюстрации из открытых источников.