— Отдай! Воровка!
— Я тебе сейчас покажу воровку!
Вечером сестры, двенадцатилетняя Лена и девятилетняя Катя, по устоявшейся традиции снова разругались в пух и прах.
Их бабушка, Инесса Васильевна, услышав гневные крики из детской, тяжело вздохнула, отложила вязанье и пошла разбираться.
— Ну что за наказание такое, ни на минуту одних оставить нельзя! — простонала она, зайдя в комнату девочек. — Что на этот раз?
Картина напоминала поле боя: по полу были беспорядочно разбросаны игрушки, книжки с мятыми страницами, карандаши и фломастеры. Хаос усугубляли будто нарочно вываленные в середину комнаты футболки, юбки, перекрученные колготки. Лена стояла посреди этого разгрома и сжимала свои маленькие кулачки, ее лицо было красным от гнева.
Младшая, Катя, увидев бабушку, расплакалась, кинулась к ней и спрятала лицо в складках ее домашнего халата. Растерявшаяся Инесса Васильевна едва не потеряла равновесие от такого напора.
— Ба, скажи ей! — заголосила Катя. — Она куклу спрятала и не отдает! И другие игрушки раскидала! Злюка! Воровка!
— Да что ты врешь! — возмутилась Лена. — Не трогала я твою куклу! И бардак ты сама устроила! Лгунья! Ба, не верь ей!
Катя на секунду вынырнула из бабушкиного халата и показала сестре язык. Лена встрепенулась от такой неслыханной наглости и непроизвольно бросилась на сестру.
— Ба-а-а! — завопила Катя, как будто ее режут.
— А ну успокойся! — грозно прикрикнула Инесса Васильевна на Лену. — Вздумала младшую сестру обижать!
— Да ничего я не делала! Она все выдумывает! — закричала Лена.
— И голос на меня не поднимай! — Инессе Васильевне некогда было разбираться в девчачьей ссоре, и она, как всегда, разрубила гордиев узел самым простым и эффективным, на ее взгляд, образом. — Так, Катюш, марш в другую комнату, возьми там планшет, не знаю, мультики посмотри. А ты, Лена, здесь все прибери, чтобы к возвращению матери все на своих местах было!
— Но…
— Без разговоров! Совсем избаловалась!
Делать нечего — глотая слезы от несправедливой обиды, Лена принялась за уборку. Ее младшая сестра тем временем присмирела, успокоилась и забралась с ногами на диван в большой комнате, завладев планшетом. Бабушка ушла на кухню, и Катя тихо замурлыкала себе под нос мелодию из мультфильма. Ее план удался на славу. В очередной раз.
***
Отец девочек погиб два года назад в автокатастрофе, и мать, Ольга, воспитывала их одна. Она работала врачом в местной поликлинике, зачастую оставалась на работе допоздна. В такие дни за Леной и Катей смотрела свекровь, она также частенько сопровождала их в школу или в кружки и разнообразные секции.
Отношения у Ольги и Инессы Васильевны были хорошие, да и пенсионерке было только в радость проводить время с любимыми внучками.
Но отношения между сестрами оставляли желать лучшего и ухудшались с каждым днем. Возможно, дело было в нелегком возрасте, возможно, сказывалось отсутствие отца, но со временем проблема стала очевидной: родные сестры на дух не переносили друг друга.
К тому же по характеру и поведению сестры разительно отличались друг от друга. Лена была спокойной, доброй девочкой, из тех, про которых говорят, что она и мухи не обидит. Катя же, напротив, несмотря на свой возраст, была на удивление хитрой и изворотливой, умела и любила манипулировать людьми. Она быстро поняла преимущества своего положения младшей сестры и искусно пользовалась ими.
В последнее время девочки до криков ссорились и иногда даже дрались.
Катя отлично умела вывести обычно тихую Лену из себя. Вероятно, это была детская ревность, желание привлечь внимание или бездумный каприз, но Катя научилась виртуозно подставлять сестру. Как правило, зачинщицей ссор была младшая сестра, но наказывали всегда старшую. Катя постоянно выходила жертвой. Она плакала и жаловалась, что Лена обижает и задирает ее.
Это подтверждалось тем, что,зайдя в комнату девочек на крики, мать или бабушка всегда заставали разъяренную Лену, кричащую или замахивающуюся на Катю (та прекрасно осознавала, когда стоит от агрессии перейти к состоянию невинной жертвы). Все оправдания Лены при наличии таких железных доказательств, конечно же, не воспринимались всерьез.
Взрослые ни на секунду не подозревали наличие такого коварства у девятилетней девочки, и Лене приходилось покорно жить под гнетом тирании младшей сестры.
***
Лена закончила уборку в их комнате. Кукла, естественно, нашлась в глубине шкафчика с одеждой, куда ее засунула сама Катя. Лена несколько минут смотрела на куклу, а потом не выдержала и расплакалась. Ей было невыносимо обидно раз за разом оказываться в положении без вины виноватой. Обидно, что ей никто не верит, а Катя каждый раз выходит сухой из воды.
Терпеть это с каждым днем становилось все труднее. Надо предпринять еще одну попытку рассказать, объяснить все бабушке.
Она поймет!
Заплаканная Лена направилась на кухню, где Инесса Васильевна готовила ужин. Когда она проходила мимо большой комнаты, Катя скорчила ей вслед глумливую гримасу.
— Бабуль… — начала Лена, зайдя на кухню.
— Прибралась? — строго спросила бабушка.
— Да, прибралась. Только ведь это не я! — слезы снова обильно потекли из глаз девочки. — Это Катя все!
— Снова начинается? — нахмурилась Инесса Васильевна.
— Да ты послушай… — Лена разозлилась на себя, что не может перестать реветь в такой ответственный момент, но ничего поделать с собой не могла. — Она же всегда все подстраивает! И сегодня, она сама куклу спрятала! Сама же вещи раскидала, вроде как искала ее. А потом все на меня свалила! И воровкой назвала…
— Так, барышня, — Инесса Васильевна вытерла руки полотенцем и легонько сжала плечо внучки, — ну-ка успокоились. Присядь, Леночка, тише ты, тише.
Лена, всхлипывая, уселась на стул. Инесса Васильевна села рядом. Вид у нее был усталый и хмурый.
— Ты, Лена, — старшая сестра, — с нажимом сказала она. — И ответственность у тебя как у старшей, понятно? Тебе матери уже пора помогать, а не с младшей сестрой цапаться!
— Так ведь это она первая! — вскинулась Лена.
— Ну и что? Пусть бы и так, — с возмутительной легкостью согласилась с внучкой Инесса Васильевна. — Но ты старше, а значит — умнее. Твоя задача — быть взрослой и не вестись на провокации. Не обращай внимания, Катюша ведь маленькая еще. Шалит иногда…
— А почему за ее эти шалости всегда мне попадает? — задала резонный вопрос Лена.
—-Накажу я тебя в любом случае, даже если ты не виновата! - Нахмурилась женщина. — Потому что ты старше, и должна отвечать за младшую сестру.
— Какие-то странные у вас педагогические установки, Инесса Васильевна, — вдруг раздался холодный голос из коридора. — И, мне кажется, не совсем приемлемые.
Это вернулась с работы мать девочек. Незамеченная Ольга уже пару минут стояла в коридоре и слышала весь разговор.
— Мама! — Лена импульсивно прижалась к матери.
— А что, я не права? — скептично вскинула бровь Инесса Васильевна.
— Не правы! Какого, извините, рожна, ребенок должен нести ответственность за поступки другого ребенка, пусть даже и младшей сестры? Это несправедливо, в конце концов! — Ольга разозлилась не на шутку.
Из большой комнаты, между тем, выскользнула Катя, привлеченная начинающейся ссорой, как мотылек светом.
— Нас так воспитали. И правильно воспитали! — повысила голос Инесса Васильевна и даже стукнула пальцем о стол. — Старшие всегда отвечают за младших. Всю жизнь так было! Пусть ответственности учатся!
— Да вы все с ног на голову переворачиваете! — возмущенно ответила Ольга. — А младшие, по-вашему, тогда чему научатся? Перекладывать ответственность на других? Искать козлов отпущения для собственных проступков? Так, что ли?
— Мам, я ничего не делала! Это все Ленка! Игрушки раскидала, куклу спрятала! — вдруг заверещала подкравшаяся Катя и нырнула под руки матери, бочком вытесняя опешившую Лену.
— Не слушай ее, она врет! — закричала Лена.
— Нет, ты врешь! Куклу мою спрятала! И ударила! По руке ударила! — канючила Катя.
— Не била я! Я не виновата! — Лена снова расплакалась. — Я ничего не делала! Это все Катя! Она сама задирается постоянно, а меня из-за нее ругаете!
Инесса Васильевна поморщилась и вернулась к плите, всем своим видом показывая, что разбираться во всем этом она не намерена.
— Ну все, девочки, теперь давайте успокоимся… — Ольге стоило больших трудов утихомирить дочерей и развести их по разным комнатам.
После этого надолго задумалась.
Ольга прекрасно знала характер старшей дочери, и ей не очень верилось, что та может быть подстрекательницей к конфликтам. В то же время, верить, что младшая дочь беззастенчиво врет, тоже не хотелось. Но тогда, значит, врет Лена? Голова кругом…
Так или иначе, Ольга твердо решила поставить в этой истории жирную точку.
И, после длительного раздумья, она придумала способ
Прошло несколько дней. Примирившиеся Ольга и Инесса Васильевна сидели на кухне и пили чай. Тихо бурчал что-то небольшой телевизор. За окном медленно наливались синеватыми тенями осенние сумерки.
Внезапно в комнате девочек раздались крики, а затем громкий плач Кати. Ольга вскочила на ноги и ринулась в детскую. Лицо у нее было решительное.
— Ну что за беда с ними, а ведь несколько дней все спокойно было, — тяжело вздохнула Инесса Васильевна и последовала за невесткой.
Ситуация в комнате была знакома до боли — ревущая в три ручья Катя, и рядом — раскрасневшаяся, тоже готовая заплакать, Лена.
— Да что же вы нервы мои не бережете! Что у вас опять случилось? — выдвинулась вперед их бабушка.
— Куклу-у! — завыла Катя. — Куклу мою слома-ала! Специа-ально!
В качестве доказательства девочка протянула бабушке куклу, и правда, безнадежно сломанную. Голова была варварски откручена, безжалостно выгнутые ручки и ножки торчали в разные стороны, как спицы порванного зонта.
— Неправда! — возмутилась Лена. — Это она сама сломала! Я ничего не делала!
— Вре-е-ешь! — забилась в истерике Катя. — Ты, ты, ты ломала! Специально!
— Не слушайте вы ее, пожалуйста! — Лена сама была близка к истерике.
— А зачем же ей собственную куклу ломать? — укоризненно покачала головой Инесса Васильевна. — Ты ври, да не завирайся, Леночка. Ты будешь наказана. Смотри, до чего сестру довела…
— Постойте, Инесса Васильевна, — вдруг сказала Ольга. — Давайте разберемся раз и навсегда.
Свекровь непонимающе посмотрела на невестку. Лицо у Ольги было решительное, губы плотно сжаты.
— Сейчас разберемся, кого действительно надо наказать, — добавила Ольга и зачем-то, приставив стул, полезла на самый верх шкафа для одежды.
Повозившись там с минуту, Ольга спустилась. В ее руке была миниатюрная камера. Девочки притихли, а свекровь нахмурилась.
— А это что такое? — поинтересовалась она.
— Это видеокамера скрытого наблюдения, — объяснила Ольга. — Мне надоело, что я не знаю, что происходит в моем собственном доме. Поэтому я купила несколько штук и расставила по всей квартире. Чтобы выяснить, какая из моих дочерей беспардонно лжет.
Катенька совершенно изменилась в лице: побледнела, ее губы задрожали, а из глаз побежали не наигранные слезы.
Такого поворота сюжета ее план не предполагал. Она вдруг отчетливо поняла, что сейчас ее обман будет раскрыт, а избежать заслуженного наказания никак не получится.
Чтобы отсрочить неминуемое, Катя закатила еще одну, образцовую истерику, но на этот раз мать не обращала на нее внимания. Ольге, в принципе, все уже сказали изменившиеся глаза дочери. Не слушая вопли и причитания Катеньки, она принесла ноутбук, подключила к нему видеокамеру и включила запись.
На экране они увидели, что и предполагала Ольга: Катя старательно о колено ломала свою куклу. Лена сидела на кровати и в ужасе смотрела на сестру. Звука не было, но по мимике и жестикуляции Катеньки было понятно, что та достает и обзывает сестру. Лена никак не реагировала. Тогда Катя начала кидать в нее игрушки.
Ольга выключила запись. Инесса Васильевна сидела, открыв рот и глуповато хлопая глазами.
Катенька прекратила бесполезную уже истерику и скукожилась, будто хотела стать невидимкой.
— Месяц без гаджетов и без сладкого, — в голосе матери появились железные звенящие нотки. — И я еще позже с тобой поговорю. Иди в другую комнату, у меня сейчас сил никаких на тебя нет.
Катя молча шмыгнула за дверь. Ольга прижала к себе старшую дочь.
— Извини меня, родная. Пожалуйста, извини, — прошептала она в ухо Лене, и та разрыдалась, на этот раз от облегчения.
— Ох, ну что за наказание… И ты меня извини, Леночка, — вздохнула Инесса Васильевна и тоже обняла девочку.
Она все-таки пересмотрела свои взгляды на воспитание и на формирование чувства ответственности у юного поколения. А с Катей теперь работает детский психолог, и ее нрав постепенно улучшается.
Ставьте лайк 👍🏼 читайте другие истории на канале 👇🏼