После гибели российского флота в дальневосточных водах на Балтике остались лишь устаревшие (за редким исключением) корабли, и Морское ведомство в лице морского министра вице-адмирала Бирилева потребовало срочно возвратить хотя бы те "крохи", что остались от Тихоокеанских эскадр. Владивостокские крейсера и корабли, интернированные в Китае и Маниле, получили приказ срочно следовать в Балтийское море.
Не забыли и про "Богатыря", который после снятия с камней и ремонта во Владивостоке был отправлен на Балтику. 11 ноября 1905 года крейсер в составе небольшого отряда кораблей вышел к Корейскому проливу, а 17 января 1906 года в Коломбо (остров Цейлон) «Богатырь» отделился от отряда и по маршруту Порт-Саид – Алжир – Шербур 19 марта 1906 года прибыл в Либаву. За время перехода аварий и других серьезных инцидентов на крейсере не случалось, несмотря на то, что корабль совершал переход с неполным экипажем (часть экипажа – больные и «неблагонадежные» были отправлены транспортами).
На Балтийском море «Богатырь» получил назначение в состав особого соединения флота (Практический отряд), предназначенного для плавания с корабельными гардемаринами и строевыми унтер-офицерами. Неофициально отряд прозвали «гардемаринским». В него также вошли броненосцы «Цесаревич» и «Слава». Позднее к отряду, получившему официальное название Балтийский, присоединились крейсера «Рюрик II», «Адмирал Макаров» и «Олег». В составе отряда «Богатырь» совершил плавания к Кольскому полуострову, в Средиземное море и принял участие в оказание помощи жителям Мессины (остров Сицилия) после произошедшего землетрясения.
За этот период «Богатырю» пришлось использовать и свою артиллерию – летом 1906 года крейсер вместе с броненосцем «Цесаревич» принял участие в подавлении Свеаборгского восстания, обстреляв артиллерийским огнем батареи крепости Свеаборг. Кроме перечисленного из довоенной службы можно выделить еще два интересных события.
Первое связано с посещением «Богатырем» Черного моря и Севастополя в конце 1909 года. В это время русский отряд крейсеров («Богатырь», «Аврора» и «Диана») находился в учебном плавании в Средиземном море, и во время проведения стрельб на Бизертском озере командир крейсера получил задачу доставить на родину тело великого князя Михаила Николаевича, умершего в Каннах. Удивительно, но для этого по дипломатическим каналам достаточно быстро было получено разрешение на проход русского крейсера через турецкие проливы.
До Дарданелл «Богатырь» сопровождали «Аврора» и «Диана», а в Босфоре его встретили «Память Меркурия» и «Кагул», которые сопровождали его до Севастополя. Это было единственным случаем, когда три однотипных крейсера (балтийский и два черноморских) действовали вместе. Однако это «единение» было недолгим – «Богатырь» вскоре покинул Севастополь и, встретившись с кораблями эскадры, к марту 1910 года вернулся на Балтику.
Второе событие – инцидент в австрийской крепости Фиуме летом 1910 года, участниками которого стала русская эскадра контр-адмирала Маньковского в составе «Цесаревича», «Рюрика II» и «Богатыря». По прибытию в порт русским кораблям, которые произвели салют наций по установленному протоколу, артиллерия крепости не ответила. Более того, не ответил на салют и флагман австрийской эскадры вице-адмирала князя Р. Монтекукколи линкор «Эрцгерцог Франц Фердинанд». Позже, прибывшего согласно этикету с визитом на «Франц Фердинанд» командира русского отряда австрийцы не пустили на борт и не отсалютовали при отходе адмиральского катера. В ответ на такие действия, которые были расценены как оскорбительное отношение к Андреевскому флагу, контр-адмирал Маньковский передал австрийскому командованию категорическое пожелание, чтобы с рассветом крепость и австрийский флагман произвели положенный салют.
Как пишет В.П. Заболотский в своей монографии «Вся богатырская рать. Часть 1»: «…австрийцы объяснили ситуацию «досадной оплошностью», но соглашались лишь на салют крепостными орудиями, поскольку их эскадре предстояло ночью уйти в море. На это русский адмирал сообщил, что силой оружия не выпустит австрийскую эскадру с рейда, не получив ответного салюта, и по окончании переговоров привел свой отряд в полную боевую готовность: корабли рассредоточились («Рюрик» блокировал выход из бухты, а «Цесаревич» и «Богатырь» стали ближе к берегу) и навели на австрийский флагман заряженные орудия. По воспоминаниям очевидцев, никто не сомневался – если «Франц Фердинанд» начнет движение, по нему будет открыт огонь...».
В результате австрийцы не выдержали – их эскадра осталась в гавани, и в 8 утра с подъемом флага крепость, а с ней и австрийский флагман произвели положенный артиллерийский салют Андреевскому флагу. Кто знает, чем бы закончился инцидент, если бы пришлось открыть огонь… Так что, как мы видим, и в мирное время «Богатырю» не приходилось «скучать», но немного «отдохнуть» все-таки удалось: кампанию 1911 года крейсер провел в бригаде крейсеров 1-го резерва, а 1912 год – на капитальном ремонте. Оставшееся мирное время «Богатырь» провел в учебных плаваньях, и в 1914 году, с января по июнь, завершив последнее плавание с юнгами флота в Атлантическом океане и Средиземном море, «Богатырь» возвратился на Балтику.
Для справки: Одно время событие в Фиуме 1910 году достаточно подробно "разбиралось" в ряде публикаций в журналах, посвященных морской тематике, и на форумах. Причем приводились и обсуждались разные мнения и суждения, в том числе ставящие под сомнение сам инцидент. Подробный пересказ всех вариантов не входит в наши задачи, и мы остановились лишь на основной версии событий.
Второй участник русско-японской войны – крейсер «Олег» прошел примерно такой же путь домой, только не из Владивостока, а из Манилы, где он был интернирован. Для отряда Энквиста, в составе которого должен был следовать «Олег», был определен маршрут: Сайгон (там находился крейсер «Диана») – Коломбо – Джибути – Порт-Саид – Неаполь – Виго – Шербур – Либава. На переходе в Сайгон выяснилось, что скорость крейсера «Олег» за счет обрастания корпуса уменьшилась на два узла, это потребовало срочного докования. Соответственно «Олегу» пришлось задержаться в Сайгоне, и запланированное в Морском штабе соединенное следование одним отрядом не состоялось: корабли уходили поодиночке, по мере готовности. От Сайгона «Олег» перешел в Коломбо, откуда проследовал в Порт-Саид и далее Алжир. Во время перехода на крейсере произошел целый ряд аварий – сломался телемотор, и вследствие лопания трубок стали выходить из строя котлы. Разительное отличие от успешного перехода "Богатыря" - следствие отличий в месте постройки!
В результате «Олег» был вынужден задержаться в Алжире до 16 февраля 1906 года для срочного ремонта (за время стоянки из-за налетевшего шквала лопнула скоба бриделя якоря). В ходе ремонта на «Олеге» заменили часть питательных трубок в котлах и холодильниках, произвели щелочение котлов и последующую очистку трубок от толстого слоя накипи. Из-за затянувшейся стоянки шедшие с «Олегом» крейсера «Аврора» и «Алмаз» пошли дальше, зато 5 февраля в Алжир зашел крейсер «Богатырь», который так же направлялся на Балтику – это была первая встреча однотипных кораблей. Интересно, что «Богатырь» не имел таких проблем с машинами и с трубками, как крейсера отечественной постройки.
Наконец, 16 февраля 1906 года крейсер покинул Алжир. В Северном море «Олег» попал в жестокий шторм и получил многочисленные повреждения палубных устройств и плавсредств. Крейсер прибыл в Либаву 4 марта 1906 года.
После перехода на Балтийское море встал вопрос о проведении ремонта «Олега», однако из-за недостатка средств к нему приступили фактически только в 1907 году. Ремонт затянулся почти на два года, но модернизации корабля продолжались с перерывами вплоть до начала Первой мировой войны. В ходе этих работ были выполнены некоторые доработки и реализованы предложения по опыту боевых действий на море в русско-японскую войну: с него сняли противоторпедные сети, переделали крышу боевой рубки, ликвидировав свес и уменьшив прорези, уменьшили до восьми количество 75-мм орудий. В этот же период (до окончания основных ремонтных работ в 1908 году) крейсер зачислили в Гвардейский экипаж.
Большое водоизмещение «Олега» позволяло размещать на корабле много практикантов, в связи с чем, после возвращения в строй, крейсер в 1908 году был включен в состав Практического отряда, в котором уже действовал и его «систершип» – «Богатырь». Однако вскоре крейсеру снова пришлось встать на ремонт – 27 сентября 1908 года крейсер «Олег» в районе Либавы, двигаясь со скоростью 13 узлов в условиях плохой видимости, потерпел аварию, выскочив на камни у Павловского маяка. Видимо, всем балтийским крейсерам этого проекта было суждено пройти через подобные навигационные аварии,)).
Первые попытки сойти с мели не принесли результата – «Олег» не сдвинулся с места. Замеры глубин показали, что в носу глубина составила всего 4,5 м – и это при осадке корабля в 6,75 м. Для облегчения носа перегрузили часть снарядов в корму, вытравили правый якорный канат, завезли стоп-анкер с кормы. Но все это не принесло результата – пришлось вызывать помощь из Либавы. Вскоре к месту аварии подошел и «Богатырь», начали собираться спасательные суда.
С «Олега» для уменьшения осадки выбросили за борт часть угля. С кормы завели буксиры два ледокола и три парохода. И снова сделали попытку сойти на чистую воду – крейсер дал средний ход назад своими машинами и плавно сошел с мели, но только для того, чтобы сесть на камни всем корпусом. Поднявшееся волнение стало бить крейсер о грунт.
Вскоре положение ухудшилось – камни пропороли обшивку с правого борта, вода проникла в два котельных отделения и другие отсеки. Теперь корабль сидел на камнях всем корпусом, винты вырыли котлованы, лопасти правого оказались обломанными на четверть. Было принято решение более основательно разгрузить корабль – начали разгружать снаряды и патроны на баржу, выгрузили вещи экипажа, перевели на берег гардемаринов.
Трудность положения заключалась в том, что корабль снесло бортом, и малые глубины находились перед носом. В носовые клюзы завели три перлиня и передали их на пароходы «Владимир», «Могучий» и подошедший ледокол «Ермак», которые должны были тянуть «Олег» под разными углами, чтобы развернуть его в правую сторону.
Первая попытка была предпринята 2 октября, при этом крейсер подрабатывал левой машиной на малом ходу. «Олег» накренился на 6°, но с места не сдвинулся. На следующий день часть судов поставили у борта «Олега» для размыва грунта, и к середине дня удалось сдвинуть корабль с места и развернуть вправо на 10°. К тому моменту вокруг «Олега» собралось больше десятка судов различных ведомств. Наконец, вечером 4 октября с помощью буксиров и собственных машин крейсер сошел на глубокую воду и после осмотра подводной части водолазами под проводкой трех буксиров своим ходом направился в Либаву, где был введен в док.
Осмотр показал, что начиная с 10-го шпангоута, обшивка корпуса оказалась вогнута, многие заклепки вылетели, швы разошлись, килевая коробка помята. На четвертом поясе между 60-67-м шпангоутом была обнаружена пробоина, кроме того, в обшивке обоих бортов имелось множество вмятин. В носовом котельном отделении помяты фундаменты котлов, во многих местах произошло выпучивание второго дна, повреждены оба винта, при этом у правого оторваны части лопастей. Пришли в негодность обшивка и пол в рефрижераторном отделении и носовых патронных погребах. Случаи посадки судов Российского флота на мель происходили достаточно регулярно, однако ни до того, ни после не было такой резкой реакции общественности, как в случае с «Олегом» – это привело в первую очередь к отстранению от должности командира крейсера, обвиненного в непрофессионализме.
Ремонт крейсера затянулся почти на два месяца – только 4 декабря «Олег» вышел из дока и стал под погрузку угля, корабль снова вошел в строй. В предвоенные годы «Олег» прошел в учебных плаваниях десятки тысяч морских миль. Из последнего заграничного похода «Олег» вернулся в середине апреля 1914 года, став на якорь на Малом Кронштадтском рейде.
А впереди "богатырей" ждала война.
Продолжение следует...
Источники: Гармашев, А.А.Чертежи кораблей российского флота. Крейсер 1 ранга «Богатырь»/А.А.Гармашев. – СПб.: Частный военно-исторический
архив.- 2003.- 30 с.; Заблоцкий, В.П. Вся богатырская рать (Бронепалубные крейсера типа «Богатырь»). Часть 1/ В.П.Заблоцкий//Морская коллекция, №3 (доп) – 2010. – 32 с.; Заблоцкий, В.П. Вся богатырская рать (Бронепалубные крейсера типа «Богатырь»).Часть 2/В.П.Заблоцкий//Морская коллекция, № 1 (доп) – 2011. – 32 с.; История отечественного судостроения. В пяти томах. Т.2. Паровое и металлическое судостроение во второй половине ХIХ в./ Р.М.Мельников. Сост. Б.Н.Малахов. – СПб.: Судостроение, 1996. – 544 с.; Крестьянинов, В.Я. Крейсера российского императорского флота. 1856-1917 годы. Часть 1 /В.Я. Крестьянинов. – СПб.: Галея-Принт, 2009.- 212 с.; Лапшин, Р.В. Крейсер «Коминтерн» /Р.В.Лапшин, М.Э.Морозов // Морская кампания.- № 4(41).- 2011.- С.24-43.; Лисицын, Ф.В. Крейсера Первой мировой: уникальная энциклопедия/Ф.Лисицын. - М.: Яуза: ЭКСМО, 2015.- 448 с.; Мельников, Р.М. Крейсер «Богатырь». Серия «Корабли отечества № 7, 1995 / Р.М.Мельников. – СПб.: Гангут, 1995. – 32 с.; Мельников, Р.М. Крейсер «Богатырь». Серия «Стапель № 6, 2009 / Р.М.Мельников. – СПб.: ЛеКо, 2009. – 72 с.; Мельников, Р.М. Крейсер «Очаков». Серия «Замечательные корабли/ Р.М.Мельников. – Ленинград: Судостроение, 1986. – 256 с.