Глава 11.
Метель свирепела и в городе. Ветер со снежными зарядами метался по улицам городка, как дикий зверь, попавший в западню. Василий Петрович поглядывал то в окошко, то на часы.
- Как Саша доберется до дома? Встретить ее надо. Пурга-то все сильнее. Хорошо хоть Анютка на работе осталась переждать этот катаклизм.
Василий взял старый, но надёжный полушубок, свернул его, связал, спрятав внутри этого свёртка ещё и валенки. Оделся сам тепло, завязал у ушанки тесемки, наказал Кузе сидеть дома и Барсика не обижать и отправился встречать жену. Он не ожидал такого ужаса, если честно. Обхватив полушубок, как ребенка, спрятался за ним и пробивался сквозь буран, изредка выглядывая, чтобы не сбиться с дороги.
Идти было довольно далеко. Пока добрался до Дворца культуры, выдохся основательно. Открыв тяжёлую дверь и оказавшись внутри, он плюхнулся на диван, вытирая мокрое и красное лицо. Уборщица, мывшая пол, не узнала в этом "снежном человеке" мужа Александры Федоровны. Она спросила:
- Ты куда, милок? Почти все ушли. Рабочий день закончился.
- Как ушли? И Александра Федоровна тоже ушла?
- Повезло тебе. Тут она ещё. Всегда дольше всех копается. Шура, к тебе пришли, - крикнула она на весь этаж.
Из кабинета администратора выглянула Александра Федоровна.
- Вася, ты с ума сошел? Зачем ты пришел в такую непогодь?
- Не зачем, а за кем. За тобой, дорогая женушка. Давай, надевай полушубок, залезай в валенки и пойдем домой. Тебе повезло, ветер будет дуть в спину, говорил Василий Петрович, кутая жену в полушубок. Он поднял здоровенный воротник и завязал его шарфом:
- Вот так будет хорошо! Ну все! Счастливо и вам добраться до дому! - обратился он к уборщице Клавдии Егоровне.
- До свиданья, Клава!
- До свиданья, Шурочка! - распрощались женщины, знавшие друг друга чуть не полвека.
Да, идти было непросто. Ветер гнал путников так, что ноги в валенках не успевали передвигаться, застревали в сугробах по колено. Извалявшись в снегу, чета Калининых, наконец-то, дошла. Вот и дом. В дверь скребется и скулит арестованный Кузя.
- Боже! Неужели мы дома? Как у нас хорошо! Пригрелись, хвостатики? - хозяйка гладила по очереди виляющего хвостом Кузю и трущегося лбом и мурчащего Барсика.
- Давай чайку горячего выпьем, Саша! - предложил Василий Петрович.
- Давай, Васенька! Что бы я без тебя делала? Полушубок меня прямо спас! Я даже не замерзла. Вот варенье малиновое, с ним пить будем. Никакая простуда не пристанет, - ласково говорила жена, вынимая из буфета вазочку с вареньем.
- Анюта звонила. Она в интернате ночует, - сообщил Василий Петрович.
- Она мне тоже позвонила. Правильно! Как из их дали доберешься в такую пургу? А в интернате все условия: и поспать можно, и поесть, - рассуждала Александра Федоровна.
А в интернате как раз шел ужин...
- Почему всё лучшее достается Аньке? Зачем я ее привела сюда? Как она покраснела, когда я в библиотеке их застала! Неспроста, ох, неспроста! Точно, он к ней прибежит сегодня ночью. А что? У нее такие апартаменты, диван имеется, все тридцать три удовольствия! Надо сорвать это свидание! Я не я буду, если не придумаю что-нибудь! - размышляла Светлана, сидя во время ужина за общим столом. Она бросала взгляды на Анюту и Евгения. Аня, опустив глазки, аккуратно поддевала вилкой капусту, делила сосиски на кусочки и отправляла все это в невольно улыбающийся рот. Евгений поглядывал на нее весьма многозначительно. "Эта пурга - просто подарок судьбы для них! Надо им помешать!" - билась мысль в голове Светланы .
На столе для сотрудников уже стоял поднос со стаканами, наполненными компотом из сухофруктов. На раздаче стоял точно такой же поднос с компотом, но уже для обеспечиваемых, тот самый успокаивающий с бромом. По случаю возбужденного состояния из-за непогоды доза брома была удвоена. "Как бы напоить нашего доктора этим компотиком? Стаканы подменить? А как? Заметят. Нет, когда все поедят и уйдут, я возьму парочку и отнесу в процедурную, а там придумаю, как ему всучить этот компот."
- Куда это ты компот несёшь? - спросила медсестра Надежда.
- Самым беспокойным припасла. Сейчас укольчики делать буду, в качестве поощрения напою Валю Парамонова и Феликса. А ты как? Отошла от прогулки по пурге?
- Все нормально, Свет! Даже не кашляю. Муж мне говорил, чтобы я дома сидела. Нет же! Потазилась. Как только в лес не ушла? Не видно было ничегошеньки!
- Да, отчаянная ты девушка! Оставила бы своих близняшек сиротками! Подумать страшно! Ладно, у меня скоро смена кончается. Хорошо, есть кому передать.
- Я тебя сменю через полчасика. Схожу к бабе с дедом Никифоровым. Давление изменю, она жаловалась.
Жили двое старичков в дальнем крыле интерната. У них была отдельная палата, целая квартира. Улыбчивый дед Саня был. Со всеми сотрудниками не просто здоровался, а раскланивался. Его жена бабушка Настя из палаты почти не выходила, ноги болели, давление мучало.
Евгений Леонидович зашёл в процедурную перед тем, как уйти к себе в кабинет. Светлана набирала лекарство в шприцы.
На столе у нее стояли два стакана с компотом.
- Я смотрю, вы Светлана Григорьевна основательно запаслись.
- Я люблю компот из сухофруктов. Умеет наш повар его готовить. Хотите поделюсь?
- А, давайте! Действительно очень вкусный! - Евгений взял со стола стакан и выпил до дна весь компот.
- Вот, возьмите ложечку, ягоды достанете.
- Спасибо, -- Женя выскреб ложкой из стакана и чернослив, и урюк, с удовольствием съел, выплюнув косточки в урну.
"Ай да, Жэка, ай да молодец! Вот теперь, если и хватит у него сил дойти до библиотеки, то на другое уж точно не хватит. Позор Жэке гарантирован. Вот сюрприз будет Аньке! " - думала Света, выливая содержимое второго стакана в унитаз.
"Пойду к себе в кабинет, подожду, пока все улягутся", - решил Евгений, почувствовав непреодолимую усталость. "Надо же, как упахался! Полежу немного, пройдет," - и растянулся на широком кожаном диване. Потом повернулся поуютнее на бочок и уснул.
Аня стояла у темного окна, слушая завывание пурги. Сердце ее билось, как пойманная в силки птичка. В интернате уже стало тихо. Смолкли шаги в коридоре. Все спали, под доносившееся из-за окон беснование непогоды. Сладко спать в тепле, в безопасности даже в такую непогоду.
А Аня устала ждать. Стрелки часов в читальном зале вытянулись в одну линию вверх, показывая на двенадцать. Их тиканье отдавалось в её ушах набатом. Нет, не идёт. Она несколько раз выглядывала в коридор. Нет, нет и нет! Где же он? Может быть, что-нибудь случилось. Она вышла из библиотеки и тихонько пошла по слабо освещенному коридору. Подойдя к его кабинету, постояла в нерешительности, потянула за ручку. Дверь открылась и в неясном свете, идущем из коридора Аня увидела то, что разорвало ее сердце на клочки.