Повесть
Глава одиннадцатая
ТРУДНЫЙ ВЫБОР
- Будь, что будет, но акций я не отдам, - рассуждал на другой день Жлобин, расхаживая туда-сюда по своему небольшому кабинету, - придётся, видимо, всё же обращаться «туда».
В производственных цехах в это же время получили расчётные листки.
- Опять премии нету, - констатировал Чесноков, - кому жаловаться?
- Да хоть кому, - оторвался от своей кружки Кислицын, - результат один.
Работа над большим заказом продолжалась. Производственный мастер Шнеллер умело контролировала ситуацию, «подстёгивала» отстающих, и угощала «пряниками» отличившихся. Витька Алканадзе не относился ни к тем, ни к другим, но и на него она старалась воздействовать положительно. Не без своей выгоды, разумеется.
- Ну, Витенька, выйдешь в выходные? – «мурлыкала» она, почти впритирку становясь к нему, - подзаработаешь…
- Пока не решил, - рявкал Витька, слегка дыша перегаром.
Но после второго или третьего такого «подхода» он «ломался», и соглашался со всеми условиями. В этом и был расчёт мастера.
Кислицын, Чесноков и многие другие даже без споров соглашались выйти в субботу, потому что иначе были бы названы шефом самыми неприятными именами. Всё это они уже проходили. Когда же разговор со Жлобиным заходил о премии, тот лишь удивлённо поднимал густые брови и заявлял: «Какая тебе премия? Ты же и так за субботу вдвойне получишь!»
Слишком настаивавших на премии работников директор называл шантажистами, и, бывало, вышагивая по цехам, рассказывал работникам о других их товарищах, мол, такой-то работник - шантажист, а ты, мол, таким не будь. Чесноков называл подобные разговоры «лекциями». Эти «лекции» бывали на разные темы. «Вот кому хорошо жить, – рассуждал, бывало, директор, - так это газовикам. Сидят себе, продают голубое топливо, и в ус не дуют». То, бывало, прочитает шеф «лекцию» о вреде пьянства, то о том, почему нельзя менять на станках двигатели, то об отсутствии в городе работы… Один работник как-то хотел уволиться, написал заявление, после чего ему было положено отрабатывать две недели. И все эти две недели чуть ли не ежедневно в цех спускался директор, вкрадчиво смотрел ему в глаза и вежливо интересовался, не передумал ли он, при этом работнику «читались» и небольшие «лекции» о том, как «плохо в городе». В итоге парень в конце второй недели передумал уходить.
Но кто-то всё-таки проявлял характер и уходил. Иные же работали подолгу, подобно производственному мастеру Шнеллер, которая провела на предприятии несколько десятков лет.
Теперь «лекций» стало несколько меньше, потому что директор был в раздумьях, у кого искать поддержки. Он даже несколько осунулся, что вскоре заметила и его жена, Белла. Она не преминула сообщить об этом мужу. Жлобин обрисовал ей ситуацию в целом, и намекнул на то, что вскоре, возможно, придётся испрашивать помощи у её родственников. О визите к Пустократову говорить не хотелось. Он и не стал этого делать.
На своих работников Жлобин ещё мог повлиять каким-то образом, имея для этого рычаги. С другими людьми дело обстояло иначе, и даже наоборот, он мог бы стать игрушкой в их руках. А этого он никак не мог допустить.
Глава двенадцатая
ДЕЛОВЫЕ ЛЮДИ
- У тебя есть мечта? – спросил как-то Алексей Бориса.
- Есть, - немного подумав, отвечал тот, - выйти на пенсию и заняться творчеством.
- Неплохо, - отозвался товарищ, - творчество – это жизнь. Вот ты подумай – человек обычно живёт своими помышлениями или в прошлом, или в будущем. А творчество – это жизнь настоящая, здесь и сейчас.
- И в кого ты у меня такой умный? – театрально изумился старший товарищ.
- Это не мои мысли, - поспешил опровергнуть его предположение Чесноков, - это один художник-блогер написал. Но я с ним согласен. И ещё – я на днях картины на выставку отдал, может, и вывесят.
- Молоток! – одобрил старший товарищ.
В это самое время к воротам предприятия подкатил серебристый внедорожник, и оттуда не спеша вышли двое мужчин среднего возраста в тёмных костюмах. Один из них был повыше, а второй пониже ростом. Видимо, хорошо зная дорогу, они вразвалочку направились прямо в кабинет директора.
Это были небезызвестные в городе братья Хапаевы, предприниматели и дальние родственники жены Жлобина.
- Так ты говоришь, там дело надёжное? – тихо, видимо, продолжая начатый разговор, спросил тенорком старший брат Юрий, он был пониже ростом.
Юрий был старше брата на восемь лет и, понятное дело, верховодил во всём.
- Надёжней не бывает! – отвечал низким голосом младший, Сергей, - и товар отличный, свежий, прямо из Узбекистана.
Они замолчали. Поднявшись на второй этаж главного здания «Рулады», прибывшие без стука зашли в кабинет директора, который, по всей видимости, уже ожидал их. Раньше он очень не хотел к ним ехать, но теперь, после неудачи с Пустократовым, уже собирался это сделать. Но они опередили его - приехали сами.
- Здорово, Дёма! – сразу же по- молодецки выкинул вперёд руку высокий брат, второй тоже потом не спеша поздоровался за руку со Жлобиным. После этого старший заговорил спокойным голосом:
- Мы прослышали о том, что у тебя проблемы, и, хотя у нас и своих дел полно, - Юрий многозначительно поглядел в сторону Сергея, -мы сразу же решили поехать к тебе. Ведь мы же родня, как-никак! – повысил голос этот субъект с лысым черепом и маленькими но, видимо, очень зоркими, глазами.
Высокий, напротив, обладавший пышной чёрной шевелюрой, кивнул в знак согласия:
- Конечно, родня!
- Так вы, само-то, предлагайте! – после таких своеобразных взаимных приветствий провозгласил хозяин кабинета.
Юрий продолжил:
- У тебя проблемы – ты не успеваешь сделать заказ. Мы имеем связи и можем найти наладчиков, нужные детали, и всё может быть сделано в короткий срок, буквально, в два-три дня.
После небольшой паузы он продолжил:
- Но мы деловые люди. Поэтому, конечно, всё это не бесплатно…
- Ваши условия? – отозвался Жлобин.
Тут за брата поспешил ответить высокий:
- Двести!
- Сто, - спокойно парировал Жлобин.
В конце концов стороны сошлись на ста двадцати тысячах. «Компенсирую на заказчиках, - подумал директор «Рулады», - здесь уже главное - не потерять лица фирмы».
- Договорились! - повеселел лысый, - слушай, Дёма, скоро ведь выборы, а ты не хотел бы пойти в депутаты?
- Расходы большие, - сухо отозвался хозяин кабинета.
- Так мы бы помогли! У нас и в этой, значит, сфере, знакомства есть. Скидки бы сделали. Только, знаешь, имя у тебя такое…
- Какое? – по привычке резко отреагировал Жлобин, - нормальное имя. По-гречески означает «ведущий народ».
- Да, но дело в том, что не все люди понимают по-гречески. Так ты бы на время выборов, для рекламы, значит, мог бы имя поменять на более расхожее, популярное, что ли. Например, взял бы Демократ. Или Демокрит.
- Ха! Неплохо! – хохотнул младший брат.
- Я учту все ваши предложения, - ухмыльнулся Жлобин и проводил своих разговорчивых гостей до двери кабинета.
Глава тринадцатая
КРУШЕНИЕ НАДЕЖД
После встречи с братьями Хапаевыми Жлобин заметно повеселел. Даже непрерывный дождь за окном уже не внушал ему уныния. Директор спустился в цех, походил там, делясь с работниками советами и какими-то незначительными замечаниями. Пару человек он даже отметил как отличившихся. То же самое повторилось и в упаковочном цехе.
Потом улыбчивый шеф постоял с работниками в курилке, после чего вернулся к себе.
Этот день не принёс ничего нового. Да и на следующий ни о каких наладчиках ничего не было слышно. Директор специально поинтересовался об этом у своего заместителя по производству Мышиной, чей кабинет располагался через стену. Руководитель начинал волноваться.
«Странно, что они тянут?» –покусывая ногти, Жлобин ходил взад-вперёд по кабинету. Непрекращавшийся дождь на улице навевал мрачные мысли.
Всё разрешилось неожиданным образом. Ближе к вечеру раздался звонок на стационарный телефон в кабинете.
- Жлобин слушает.
- Говорит старший оперуполномоченный полиции майор Гордеев. Вы не могли бы нам подсказать, где в данный момент находятся ваши дальние родственники братья Хапаевы?
- Зат-трудняюсь, - в горле у Жлобина будто застрял комок, руки его похолодели, - а в чём дело?
- Дело в том, что они подозреваются в покупке партии наркотического вещества с целью его перепродажи. Задержать их не удалось, они скрылись в неизвестном направлении, - закончил сообщение полицейский.
«Хорошо ещё, что я не успел заплатить им! - было первой мыслью Жлобина, едва он положил трубку, - теперь уж точно не обойтись без Пустократова! Или будь что будет, не надо звонить? Да шут с ними, с этими акциями! Репутация дороже!»
Он дрожащей рукой нажимал кнопки мобильника, не сразу попадая в нужную, а сердце его колотилось всё чаще и чаще.
Но набранный номер не отвечал. Ещё и ещё раз. То же самое. «Что-то случилось», - осознал директор, и решил пока ждать.
Подписка и оценки приветствуются.