ГЛАВА 5
«Дерево единения»
Эпиграф:
Сердце не врёт –
Оно сразу притянет.
Две разных души
Скоро близкими станут.
«Посиди здесь, я скоро приду. Нужно проверить ловушки. – это было последнее, что сказал отец перед тем, как скрыться в чаще». Мелисса сидела на пне, скучающим взглядом изучая поляну. Она не знала, что эта прогулка с папой была последней, и не подозревала, что он не вернётся...
Отец впервые взял её с собой на обход в лес. Девочка долго просила его об этом, и, в конце концов, он сдался.
С ранних лет она любила проводить время на природе. Зачастую соседские девочки хихикали, когда видели, как она сидела на корточках в стороне от людских глаз, наблюдая за неторопливо ползущей по голому камню улиткой или гусеницей, поедающей сочный лист. Девочка была белой вороной среди детей. Она не любила игры в прятки и догонялки, как другие, была неразговорчивым и закрытым ребёнком с богатым внутренним миром. Мелисса могла подолгу любоваться багровым закатом и разливающейся зарёй, слушать, как ранним утром распевают свои песни жаворонки. Она восхищалась красотой природы, как никто другой. И замечала такие мелочи, которым многие просто не придают значения. Пока родители были заняты делами по хозяйству, Мелисса украдкой пробиралась на задний двор и кормила пса, всю жизнь просидевшего на цепи под открытым небом, едой, которую припасла с обеда. Порой она недоедала, но считала пса членом семьи, который тоже заслуживает нормальной пищи. Верный помогал ей забыть обо всех проблемах и отвлечься. Именно к нему она приходила, когда становилось грустно. Девочка доверяла ему свои тайны. Сам того не подозревая, пёс успокаивал Мелиссу. Верный был её другом, который никогда не подведёт.
Солнце опустилось за горизонт, окрасив небо в лиловый оттенок. Напоминающие воздушную вату нежно-розовые облака медленно проплывали над тёмным лесом. Постепенно стихли птичьи трели: дневные пташки разлетелись по своим гнёздам. Лес опутали вечерние сумерки. Стало прохладно. Начали просыпаться ночные жители.
Кряхтя и с трудом переставляя короткие лапки, мимо прошёл старый ёж. Он выполз из убежища на ночную охоту. Вот в темноте засветились большие ярко-жёлтые глаза филина. Бесшумно вылетела из дупла сова, выставив вперёд мохнатые лапы, полные острых, как лезвие, когтей. Мышь успела прыгнуть в норку в последний момент. Сова приземлилась у лунки и, легко оторвавшись, вспорхнула и полетела дальше.
Полная грибов плетёная корзинка лежала у ног девочки. Она заснула под монотонный шёпот деревьев, свернувшись клубочком на покрывале из опавших листьев, и сладко сопела. Могучий дуб шелестел над её головой, баюкая дитя.
Волчонок устало волочил лапы, глаза у него слипались. Весь день он бродил по лесу. По пути волчонку часто попадались грибы и лесные орехи. Один раз он встретил ягоды, напоминавшие те, что росли у логова его семьи. Голода волчонок не чувствовал, но всё равно сорвал несколько кисло-сладких плодов, мысленно возвращаясь в прошлое.
Наступила ночь. Волчонок поднял морду: мерцающие звезды покрыли чистое сине-черное небо, пышных облаков не было видно. «Наверное, они уже в своём логове, — с тоской подумал волчонок». Всё сейчас напоминало ему о семье...
Серп бледной луны тусклым сиянием освещал лес. Его дети, похожие на осколки, разброшенные по всему миру, поблёскивали на чернильном небосводе и то и дело срывались, падая вниз. Волчонок загадал желание. Звёзды наблюдали за всеми свысока, видели и слышали столько, сколько не удавалось услышать и увидеть никому на свете. Возможно, сейчас волчья стая ищет в лесу пропавшего волчонка, и они укажут родителям дорогу…
Глубоко погруженный в не самые весёлые мысли о своей дальнейшей жизни, волчонок вышел на светлую полянку. Рассеянно окинув взглядом выбранное для ночлега место, он поплёлся к большому раскидистому дереву.
Долгожданный отдых! За этот день волчонок прошёл очень-очень много шагов. Он никогда не уставал так сильно, как сегодня. Лапы невыносимо ныли, тело болело. От усталости волчонок даже не заметил неподвижно лежащего рядом ребёнка. Мелисса расположилась с другой стороны великого дуба, в тенистой его части, куда не попадал свет лунного светила. Стоило волчонку устроиться поудобнее, как он мгновенно погрузился в объятия Морфея. Последнее, что он успел почувствовать, — как маленькие тёплые пальчики дотронулись до его бока и чьё-то дыхание обдало шерсть…