Всё-таки Мартин Скорсезе — не мой режиссёр. Из всех его хитов мне симпатичен только «Остров проклятых», но с тех прошло уже 13 лет, этот фильм я ни разу не пересматривала и, если честно, не тянет. Предыдущий кинопроект режиссёра, «Ирландец», я смогла осилить только с четвёртой попытки, да и то со спичками в глазах. На «Убийц цветочной луны» я шла без особого энтузиазма, но это тот случай, когда смотреть надо — чтобы не выпасть из культурного контекста и хоть как-то поддержать статус киноблогера.
Сама тема террора индейской нации занимает в моём сердце особое место. Будучи студенткой иняза, я в своё время писала большую курсовую об истреблении коренного населения США и очень прониклась всеми этими событиями. А вот про схему, раскрытую в «Убийцах», я не знала абсолютно ничего, поэтому у Мартина Скорсезе были все шансы вызвать у меня очень личный субъективный интерес. Тем не менее, этого не произошло, и я считаю, что режиссёр банально не нашёл точку входа в свою историю. Он попытался максимально отодвинуться от своих персонажей и показал всё с высоты птичьего полёта. Только факты и ничего, кроме фактов.
Факт. «Цветочной луной» индейцы называли месяц май. Именно в мае 1921 года был найден первый труп, ознаменовавший собой начало периода террора коренного населения.
Факт. Причиной террора были деньги. Коренные индейцы обогатились за счёт нефти, найденной на их территориях. Они жили в богато обставленных домах, носили дорогие украшения и всячески демонстрировали свой достаток. Белый человек не мог им этого позволить.
Факт. «Духовным лидером» террора стал человек по имени Уильям Хейл. Он втирался в доверие местному населению и использовал мелких посредников для убийств. Всего от его рук пострадали около 60 человек.
Вот даже от простого перечисления фактов у меня кровь стынет в жилах, и в голове возникают десятки возможных сюжетов. Самый предсказуемый вариант — показать события с точки зрения потенциальной жертвы. Такой персонаж в фильме есть, но её прискорбно мало, и мы наблюдаем за ней лишь со стороны. Понятно, почему Скорсезе не захотел снимать про «птичку жалко» (такими историями Америка сыта по горло), но непонятно, зачем ему понадобилось эксплуатировать таланты Лили Глэдстоун, которая всем своим видом кричит, что достойна большего.
Второй вариант возможного сюжета — это залезть в голову Уильяму Хейлу, своего рода серийному убийце. Этого тоже не происходит. Хотя на роль позвали Роберта Де Ниро, почти весь фильм он как будто находится за кадром и лишь хитро улыбается, дёргая за ниточки своих марионеток. Наконец, третий вариант, наиболее близкий к тому, что выбрал Скорсезе, это подать события с точки зрения одного из подельников, которого в нашем случае играет Леонардо Ди Каприо.
Ох, как же меня бесил его персонаж!.. Я понимаю, что, вернувшись с полей Первой Мировой, он был готов взяться за первую попавшуюся работу, и, возможно, в окопах у него атрофировалась часть души, но как можно на голубом глазу кричать о любви к своей жене и одновременно вынашивать планы по её умерщвлению? В общем, Эрнест — потрясающий пример поганейшей, недалёкой двуличности. И он вполне мог бы стать тем персонажем, от ненависти к которому зритель впадает в экстаз, но... режиссёра и это тоже не интересовало. Бедному Ди Каприо оставалось только в каждой сцене корчить такое лицо, будто он две недели не ходил в туалет, чтобы намекнуть на свой богатый — и абсолютно нераскрытый — внутренний мир.
Что же мы имеем в итоге? О чём же это кино? А чёрт его разберёт! Первые два часа похожи на псевдолюбовную мелодраму, где условный Джон Смит соблазняет условную Покахонтас на фоне исторических декораций, а в свободное от семейной жизни время участвует в своего рода Ку-клукс-клане и вырезает краснокожих. Потом в деревню приезжает следователь (Джесси Племонс), и начинается судебная драма. И пусть она сама по себе довольно предсказуема, сам формат выглядит динамичней размазанного начала. Заканчивает режиссёр на довольно циничной ноте: «Там, знаете ли, люди пачками умирали, и никому ничего за это не было. Все об этом забыли, и вы забудете».
Да, Мартин, забудем. Потому что надо было снимать фильм про людей, а не про мошенническую схему.