Что для нас, взрослых людей, родители? Казалось бы, я сама взрослый человек. Давным давно я живу сама и на свои. Даже общение бабушек-дедушек с внуками не было необходимостью, никогда не становилось условием моего выживания. Обычные взаимообогащающие отношения старых и малых. В общем, с фактической стороны посмотреть - я большую часть жизни живу без родителей.
Но вот нет больше никого из старшего поколения - и я чувствую себя сиротой.
Я тяну с полки знакомую книгу:
– Мама, а у тебя какое здоровье?
– Здоровье? Да ничего… Голова иногда болит на работе, но это не так уж страшно. Ты с чего забеспокоился?
– Да так, – смущенно сказал Севка. – Ты ведь… еще не скоро умр ешь?
Мама засмеялась. Она поняла Севку. Она прижала его к себе и дала честное слово, что ум рет еще очень не скоро.
…Мама сдержала слово. Она умер ла, когда Севка стал совсем взрослым, даже пожилым, и у него самого были дети.
Но в тот горький день, когда у мамы разорвалось сердце, Севка опять почувствовал себя маленьким. Потерявшимся в страшном городе под черным небом.
Да, именно так. Я - потерявшийся ребенок, который не представляет жизни без родителей. Но нет больше где-то там взрослых, которые всё лучше знают. Вообще нет, теперь я - арьергард армии. Родители всегда были для меня незримым тылом. Да, я строила свою жизнь, опираясь на себя, но точно знала - в случае явления откровенного жареного петуха я всегда могу сбежать к папе и маме, и они встанут за меня горой. Нет, они не способны совершить всё, что угодно, достать луну с неба. Но все, что в их силах, сделают. Или хотя бы дадут возможность отлежаться и зализать раны.
Родители, про которых я не могла никогда сказать, что они жили душа в душу, смыкали ряды и вставали плечом к плечу, когда дело касалось меня. И только лишившись этой защитной стенки осознаешь, какая она была - может, и не современная, но добротная.
Ощущение укрепленного тыла дают родители, даже если ты уже тоже давно их тыл и опора. Кем мы становимся, лишившись родителей? Окончательно взрослыми? Или это первый шаг в старость? Я не знаю, но чувствую - что-то определенно поменялось, или в мире, или во мне самой.
Когда разберусь - напишу. Если разберусь, конечно.