Перед тем, как нажать кнопку звонка, она задержала дыхание и постаралась унять бешеный сердечный ритм. Переступишь порог — и всё, обратной дороги не будет, Мишка её не простит. И Светка никак не могла набраться смелости.
Лысый мужичок возле подъезда кивнул ей, как старой знакомой, и любезно придержал дверь, а она отмолчалась и позорно забежала внутрь, чтобы избежать малейшего шанса завязать пустопорожнюю болтовню. Боялась услышать что-нибудь эдакое, что расстроит её ещё сильнее. Потом одёрнула себя — она же пришла выяснить правду? И высунулась наружу, громко окликнула возможного соседа:
— Извините, пожалуйста… А мы с вами знакомы?
Тот замедлил шаг и зачем-то потрогал гладкий и блестящий лоб, силясь понять подоплёку загадочного вопроса, а потом неопределённо хмыкнул и поднял палец вверх. И припустил к остановке вдвое быстрее, чем раньше. Не оборачиваясь.
Пришибленная Светка поднялась на нужный этаж и мялась теперь возле квартиры. Возможно, она нескоро решилась бы, но Санёк сам распахнул дверь и впился в неё огромными чёрными зрачками. Наскоро осмотрев её фигуру на предмет банальных синяков и царапин, он отступил в коридор и резким от долгого молчания голосом выдохнул:
— Что с тобой? Ты цела? Он тебя обидел?
— Саша… — она хотела сперва осмотреться, хотя бы оценить, покажется ли обстановка знакомой — особенно та уютная комната, такая реалистичная в её видении, но не в силах была оторваться от этих горячечных глаз.
— Ему конец, — процедил Санёк, — так и знал, что…
— Погоди. Не то. У меня вопрос. Очень важный. Мы с тобой… У нас что-то было?
Он осмотрел её с новым выражением, более властным и… волнующим.
— Я бы такое запомнил, — осторожно ответил мужчина, — не сомневайся.
— Но я кое-что вспомнила, — Светка беспомощно провела тыльной стороной ладони по волосам.
— Что именно? — Санёк вдруг оказался близко, очень близко.
— Нас с тобой. Вместе. Наверное, прямо здесь, — она испуганно замерла, когда отвернула голову от мужского предплечья и в большом зеркале коридора наткнулась на ту самую комнату, точь-в-точь.
— Уверена? — прямо над ухом шепнул Санёк, а она просто кивнула и подняла пылающее лицо, чтобы встретиться с ним взглядом.
Не время для ведьмовства (начало, назад)
Дальше всё завертелось, как в тумане.
Он так жарко целовал девушку, будто сдерживался лишь из-за отсутствия этих слов. Будто кто-то снял запрет и разом доказал, что у них есть право на чувства.
Светка отдалась яростному, нетерпимому урагану, перестав мучить себя ложными приступами больной совести. Реальность не может врать, не так ли? А всё было именно так, как в том сказочном сне наяву. Даже лучше.
И отчётливый привкус горечи лишь добавлял желания удержаться на гребне этой волны, не упустить краткий миг счастья, не потеряться в забвении. Она выцарапала для себя маленький кусок собственной, кристально чистой правды, и теперь нипочём не хотела отпускать.
А Санёк был счастлив. Он водил пальцем по её плечу и смиренно ждал, когда Светка заговорит. Не торопил. Понимал, что ей следует отдышаться и хоть как-то уложить в голове столь явный разворот.
История с чёртовой удачей и домовыми: "Алиса и её Тень"
Она неуверенно откашлялась и потянулась к тумбочке.
— Представляешь, я видела, как мы вместе смеёмся и как ты берёшь отсюда телефон. Это так прекрасно!
Санёк просиял.
— Почему же, вполне себе представляю. Демонстрация твоего видения вышла наглядной и абсолютно убедительной. Надеюсь, остальная часть тоже не подкачала? Жаль, не могу свериться с собственной памятью.
Она клюнула его в щёку и легко рассмеялась — точно так, как тогда.
— Скорее, переплюнула. Даже не знаю, можно ли получить ещё больше счастья на единицу времени.
— Что же, тогда я просто обязан спросить… Хочешь есть? Пить? Остаться навсегда?
Светка почуяла, как сердце выполнило адский кульбит. Может быть, она не была готова к этому вопросу. Или боялась отвечать, когда многое ещё не прояснилось. Он уловил тень сомнения и быстро поправился.
— Я тебя не тороплю. Оставайся, сколько хочешь. Но если он заявится сюда… ты же осознаёшь, что мне будет очень трудно не спустить его с лестницы? После такого… — он помрачнел, но быстро встряхнулся и уже веселее добавил, — хотя ладно, к чему сейчас об этом? Давай лучше придумаем, как устроить тебя. Тебе же нужны вещи?
Он выразительно осмотрел мятое платье и сумочку, вмещающую только телефон и ключи. Плащ тоже был брошен у входа, а забытый всеми кот молчал, как партизан.
— Наверное… но я не смогу вернуться за ними… туда.