Средиземное море большинству землян знакомо по картинкам с курортов в рекламных брошюрах туристических агентств.
И редко кому в голову приходит мысль, что оно может быть опасным. Оказывается, даже в таком закрытом от океана море случаются шторма. (Для береговых читателей: пусть будут штормы.)
А морякам известны даже случаи кораблекрушений в таком курортном водном бассейне. Например,
Этот случай мы изучали еще в училище.
А сейчас я был уже старпомом, на судне под удобным флагом, универсал – балкер – лесовоз, переделанный из контейнеровоза. Капитан – поляк, остальные россияне и украинцы.
Коварство Средиземного моря заключается во внезапности смены погоды. Вот и мы вышли с Греции с полным грузом цемента насыпью на Англию, радуясь почти полному безветрию.
Конечно, крышки трюмов были проклеены лентой Рамнек, как того требует морская практика. Все наружные водонепроницаемые двери задраены, вентиляционные закрытия тоже, не говоря уже об иллюминаторах ниже главной палубы (если таковые имелись). Но вот якорные клюза (точнее говоря – горловины цепных ящиков) не цементировали, как было принято раньше на советских судах. Ограничились тем, что надели на них брюкинсы (то есть парусиновые чехлы, покрашенные масляной краской) - и ладно.
И надо же было такому случиться – уже на следующий день ветерок посвежел, погнал волну, которая не стеснялась перекатываться с борта на борт, не оставляя без внимания ни бак ни корму. Нос зарывался в воду, судно испытывало смешанную качку (и бортовую и килевую) и дрожало всем корпусом от ударов особо крупных волн. Я их не считал, но в народе считается, что самые крупные – девятые.
При этом двигатель испытывал большие перегрузки. Стармех регулярно прибегал на мостик, просил сбросить обороты.
Капитан понимающе кивал головой, ставил ручку телеграфа на средний ход.
Но стоило стармеху покинуть мостик, капитан ставил ручку телеграфа на полный передний. Он привык выполнять распоряжения начальства, а не прихоти подчиненных.
Стармех несколько раз проделал восхождение из машинного отделения на мостик - не очень-то большое удовольствие в условиях качки. Потом ему надоело бегать вверх-вниз, он принес в ЦПУ подушку, бутылку успокоительного, и больше не поднимался наверх, пока нагрузка на двигатель не начала приходить в норму.
А когда стихия начала успокаиваться, мы сделали вылазку на палубу, чтобы оценить причиненный судну ущерб. То, что вода попала в трюма, образовав там цементный раствор, который мы вычерпывали ведрами, так как льяла были плотно закрыты, чтобы не забетонировались при попадании туда цемента, требует отдельного описания. (здесь оно) Пока только упомяну, что нам приходилось черпать ведрами раствор из трюмов – и выливать за борт. Вылили в море несколько тонн, можно было приличный домик построить. И вёдер натаскались так, что я потом не мог спину выпрямить. Уже дома пришлось обращаться в больницу.
А когда мы дошли до бака, то обнаружили струйку из-под входной двери в подшкиперскую. Открыли люк сверху и обнаружили, что подшкиперская была полностью затоплена морской водой. Но это еще пол-беды. Там плескалась смесь из забортной воды и нескольких сортов краски разных цветов. А в этом цветном бульоне толстыми макаронинами плавали швартовы, переплетённые в огромные морские узлы. Не помню точно данные последней инвентаризации краски, но пару сотен литров минимум составляли ровные штабеля разнокалиберных ведёрок, старательно закрепленных на полках. При качке все запасы краски были перемешаны с водой и размазаны по швартовам и переборкам. В толще воды оказались и различные инструменты и предметы такелажа.
Распутав узлы, мы перетаскивали швартовы на корму, выкидывали за борт и тщательно прополоскав, затаскивали на место, на бак. Благо, что палуба была свободна от груза, за исключением ящиков с крепежным материалом.
Концы приобрели некоторую дубовость, сохранили оттенки краски, но в целом ими можно было пользоваться, хотя не очень приятно, и желательно было их заменить. Но такую возможность мы предоставили новым владельцам судна, так как уже шли переговоры о его продаже. Об этом тоже в следующий раз.
А пока подумаем, почему же подшкиперская оказалась заполнена водой. Мне приходилось наблюдать картину сорванного штормом люка на баке. Но не в этот раз. Сейчас все люки, двери, вентиляционные закрытия были найдены на своих местах неповрежденными. Небольшая трещина в кормовой переборке могла скорее служить сливным отверстием, чем причиной заливания. Поэтому изложу вам свою версию происшествия.
Перед рейсом судно проходило докование. Кроме ремонта двигателя, корпусных работ, опрессовки танков, была произведена калибровка якорных цепей и чистка канатных ящиков. Экипаж принимал деятельное участие в работах, чтобы сэкономить на береговой рабочей силе. Все вспомогательные работы выполняли сами моряки. Много красили. И конечно, сами открывали-закрывали все горловины танков. В том числе и люки, ведущие в канатные ящики. Гайки были ржавые, годами стоявшие на своих местах, часто закипевшие, плохо поддающиеся отворачиванию. Моряк, который выполнял откручивание гаек, был спортсмен и обладал недюжинной силой, чего нельзя сказать о его сообразительности. В общем, часть гаек он посрывал вместе с резьбой, а то и со шпильками.
И когда пришло время закрывать горловины, оказалось, что гаек не хватает. Ну на танки собрали все, что были, горловины обжали, танки опрессовали. А вот канатные ящики опрессовывать не требовалось. Их закрывали в последнюю очередь, перед самым выходом из дока. Полного количества гаек не хватило. Ставили через одну. Да и обжать как следует не все удалось. Ладно, не страшно. Вроде, внутреннее помещение, под баком. Закажем новые гайки, поставим позже. Даже заявку послали на гайки в комплекте со шпильками. Да вот получения не дождались.
Картина вырисовывается такая, что брюкинсы напора волн не выдержали, водичка потекла в канатные ящики через цепные трубы, постепенно тонны морской воды наполнили их до верху и, - по закону сообщающихся сосудов, - потекли в подшкиперскую через неплотно закрытые горловины. При качке вода гуляла от борта до борта, волнами разбила штабеля краски, банки расплющились, краска потекла в воду. Бухты швартовов, убранные с палубы под полубак, тоже попали в потоки воды, перепутались между собой.
И всё это из-за того, что в кузнице... то есть на судне не оказалось нескольких гаек. Если бы бак соединялся с другими помещениями, то и они могли бы уйти под воду, а затем и всё судно. В море мелочей не бывает. Бывает только нехватка времени на все работы, которые моряки должны сделать за одну зарплату, причём не слишком-то и большую.
Спасибо за прочтение и комментарии.