Три года назад
Лето. Прекрасное солнечное субботнее утро. Прекрасно оно еще и потому, что работаешь и знаешь - у тебя есть все шансы вернуться на подстанцию после вызова. Это тебе не зима, когда катаешься без заездов и можешь получить свои законные полчаса на обед ближе к вечеру. А летом, да еще в выходной - совсем другое дело)
Мы вышли с вызова, я и молоденькая девочка-врач, которая только-только обзавелась дипломом. Это была ее первая или вторая смена в новом качестве - во время учебы она работала у нас же фельдшером. Говорят, новоиспеченным врачам достаются самые тяжелые и нехорошие случаи. Будто кто-то там, наверху, проверяет на прочность - сможешь, выдержишь или сбежишь без оглядки...
Уже предвкушая чай с бутербродом, мы сели в машину и двинулись в сторону подстанции. Но на полпути пронзительно зазвенел планшет: «женщина, 62 года, повышение АД, плохо». Повод частый, не предвещающий беды - сейчас полечим, а там, глядишь, и почаевничаем.
***
Дверь открыл мужчина южных кровей, лет 55 на вид. Он был чересчур возбужден, и пройдя в комнату, мы поняли почему. На диване, чуть наклонившись вперед, сидела грузная женщина - достаточно большая в плане веса и очень отечная. Отеки были везде... Ноги представляли собой нечто бесформенное, и взгляда было достаточно, чтобы понять - они давно перестали выполнять возложенную функцию. О том, что женщина не передвигается, говорило и «туалетное» ведро, стоящее прямо возле дивана.⠀
Но не это напрягло нас и заставило нервничать того самого мужчину. Пациентка была практически серого цвета, на лице застыли капельки пота, а на шее вздулись от напряжения вены. Она шумно и часто дышала через рот - видно было, что каждый вдох дается ей с трудом. Дашка приложила фонендоскоп и обреченно произнесла: «Хрипы. В основном сухие. В нижних отделах».
И это свистящее дыхание, и поза, и синюшность вокруг рта, и сухие хрипы, которые грозились перейти во влажные - все это складывалось в голове в совершенно определенный диагноз...
- Твою мать, - подумала я, и услышала, как Дашка кричит из коридора: - Я в машину за кислородом и носилками!
- Давай, а я попробую найти вену...
Вен по закону подлости не было совсем, и времени тоже не было. С трудом вошли «бабочкой» и ввели первый препарат. Но еще нужно капать…
- Что вы копаетесь? Почему плохо помогаете? Видите, ей не становится лучше!!! – напомнил о себе мужчина, как оказалось супруг. Не оставляя попыток поставить кубиталку (венозный катетер), я произнесла:
- Ей нужно в больницу, чем скорее – тем лучше. Сейчас попытаемся стабилизировать и поедем. Пожалуйста, найдите людей, кто понесет до машины. Пройдите по соседям, попросите дворников, кого угодно… Четыре человека нужно минимум, а лучше больше – вес то немаленький.
- Почему я должен кого-то искать? Это не мое дело! У вас должны быть соответствующие указания на такие случаи! – мужчина срывался на крик, а я едва сдерживалась, чтобы не ответить ему тем же.
- Я буду жаловаться!
Мы с Дашкой переглянулись. Этой фразой все было сказано… Тем временем катетер стоял на своем месте, капельница висела на люстре, привязанная обрывком бинта, а кислород попадал по назначению. Цифры на пульсоксиметре потихоньку поползли вверх: 86, 89, 91.
- Вроде ничего она. Давай я пробегусь, найду мужиков? Или все же МЧС? – спросила я.
- Беги! Только быстрее! МЧС ждать будем вечность.
***
В соседних квартирах никто не открывал, но этажом ниже удалось найти сразу двоих. Повезло! Еще двоих «поймала» у подъезда – они были случайными прохожими. Через пять минут мы начали операцию под названием «транспортировка до машины». Раз-два-взяли! Наши «носильщики» обливались потом, наверное проклиная меня на чем свет стоит. Худенькая Дашка тащила рядом кислородный баллон, чтобы не отключать. Вот и первый этаж, осталось чуть-чуть. У подъезда – водитель с каталкой-носилками… Есть!
- Мишаня, помоги поднять головной конец! – крикнула Даша водителю, - Выше, еще выше! Все, закатывай в машину, поехали очень быстро!
И через три минуты: - Тормози, Миш. У нас остановка.
Тридцать минут реанимации – это и быстро, и долго одновременно. Это пот, который льется в глаза, пока ты качаешь. Это тишина, изредка прерываемая сухими фразами. Это чья-то жизнь, утекающая через твои сцепленные на груди пальцы. И абсолютно холодный рассудок, потому что те, кто не справятся с собой – не пройдут проверку на прочность. Им останется только бежать без оглядки…
Спустя неделю Дашка, увидев меня, подозвала к себе.
- Кать, помнишь недавнюю смерть в машине?
- Ну конечно, что за вопрос…
- Родственник, который там был – муж или кто он там. Короче, он жалобу написал. Что мы без кислорода на вызов пришли и долго все делали, упустили время. Понятное дело, что правда на нашей стороне, но сам факт(((
А сам факт, скажу я вам, хуже самых тяжелых пациентов. И от этого хочется бежать даже мне. Когда-нибудь я так и сделаю…