За столиком летнего кафе сидели три человека. Ирина – студентка первого курса университета, ее старший брат Игорь и отец Ирины – Николай Максимович. У всех троих были озабоченные лица.
Кофе был уже выпит, но они не собирались уходить. Обсуждали тот самый вопрос, который уже давно портит не только людей, но и их жизнь. Речь шла о квартире.
Дело в том, что Игорь и Ирина – москвичи в третьем поколении –оказались без жилья. Их мать – Лариса Александровна – заявила, что в восемнадцать лет дети должны съехать и дальше строить свою жизнь самостоятельно.
Игорь сразу после школы пошел в армию, а, вернувшись, поступил в университет и жил в общежитии. Сейчас он уже закончил учебу и работает. Ему двадцать пять, он собирается жениться. Вместе со своей девушкой снимает однокомнатную квартиру в ближайшем Подмосковье.
Ирине только что исполнилось восемнадцать, мать дала ей месяц на поиск съемной квартиры. Чем девушка будет платить за жилье, Ларису не интересовало.
– Пусть отец платит, или переводись на заочное и иди работать. Я свой долг перед вами выполнила – до совершеннолетия кормила, поила, одевала, а теперь сами.
Лариса была поздним ребенком. Она появилась на свет, когда ее матери было тридцать пять, а отцу тридцать семь лет. А вот внуком она их обрадовала в семнадцать.
Отец Игорька, некто Тимур, услышав о беременности, сказал, что обзаводиться семьей и детьми в его планы в настоящий момент не входит, и исчез с горизонта в неизвестном направлении так стремительно, что всякие попытки родителей Ларисы найти его оказались безуспешными. Тем более что сама девушка очень мало знала об отце своего будущего ребенка.
Родители еще работали, поэтому в помощь Ларисе была приглашена одинокая родственница, которая в общем-то и воспитывала мальчика до четырех лет. Ларисе дали возможность доучиться в ВУЗе, отец помог ей с устройством на работу, Игорька отдали в детский сад.
Когда мальчику исполнилось шесть лет, Лариса вышла замуж. Зять родителям понравился: серьезный молодой человек, на четыре года старше Ларисы, работает инженером на одном из крупных заводов.
Единственным минусом было отсутствие у Николая собственного жилья. Он снимал квартиру не в самом лучшем районе столицы.
Родители предложили молодым жить с ними, тем более что площадь квартиры это позволяла. Отец Ларисы работал на одном из домостроительных комбинатов и сумел в свое время получить квартиру в экспериментальном доме – таких в Москве было меньше десятка. Всего три комнаты, но каждая по двадцать метров, кухня в четырнадцать метров и десятиметровая прихожая.
Через год родилась Ирочка, а родители, выйдя на пенсию, купили себе домик в одном из приморских городков и уехали. Перед отъездом отец оформил квартиру в собственность дочери и внуков – по одной трети каждому.
Некоторое время семья жила спокойно, но, когда Ирочке исполнилось десять, в жизни Ларисы снова появился Тимур. Забыв, как он бросил ее, женщина снова стала с ним встречаться, причем, не особо таясь от мужа. Понятно, что тот долго терпеть не стал, ушел и подал на развод.
Николай исправно платил алименты на Ирину, но сама Лариса зарабатывала немного. В семье постоянно не хватало денег, а Тимур не собирался помогать ей. Его даже собственный сын не интересовал.
А однажды, вернувшись с работы, Лариса поняла, что любимый мужчина снова покинул ее – в шкафу не было его вещей. Кроме того, он прихватил ноутбук Игоря.
После этого в квартире с периодичностью раз или два в год появлялись «гражданские мужья» Ларисы. Нынешний «супруг» – Гена – был пятым.
И вот теперь Лариса выставила детей на улицу. И если Игорь сумел устроиться, то Ира вообще не представляла, что ей делать.
У ее отца уже была новая семья, он жил с женой и двумя сыновьями в двухкомнатной квартире. Конечно, на какое-то время они с женой могли приютить Иру, но это не решало проблемы.
Знакомый юрист предложил им два варианта: первый – Игорь и Ира вселяются в квартиру – каждый занимает одну комнату. Второй – они предлагают Ларисе выкупить их доли и, получив деньги, вкладывают их в свое жилье.
Ни тот, ни другой им не подходил. В первом случае пришлось бы жить в ситуации перманентного скандала. А скандалы Лариса умела устраивать на пустом месте. Да и пакости делала с абсолютно невинным видом.
Например, этой зимой Ирина, вернувшись домой из библиотеки, дважды не могла попасть в квартиру. Мать отключила звонок и изнутри закрыла дверь на задвижку. Стучать в десятом часу вечера и поднимать на уши весь подъезд Ира посчитала неудобным и отправилась ночевать к подруге.
– Мы с Геной просто решили пораньше лечь спать и не заметили, что дверь закрыта на задвижку, – объяснила мать Ире на следующий день.
А однажды Лариса, когда дочь с друзьями отправилась в Санкт-Петербург, установила в квартире сигнализацию, не предупредив Иру об этом. Через пять минут после того, как девушка вошла в квартиру, к ней ворвались трое крепких мужчин. Разбирательство было долгим и неприятным.
И еще Ирина переживала из-за того, что очередной «гражданский муж» матери в последнее время оказывал ей недвусмысленные знаки внимания. Геннадию было тридцать семь, и для него выбор между сорокадвухлетней матерью и восемнадцатилетней дочерью был очевиден. В отсутствии матери Ирина старалась не выходить из своей комнаты. Лариса тоже понимала это и требовала от дочери побыстрее съехать.
Что касается второго варианта, то Лариса сразу сказала, что денег у нее нет и ничего выкупать она не будет.
Убедившись, что по-хорошему с матерью не договориться, Игорь и Ирина решили действовать по закону.
Николай Максимович нанял юриста, который взялся довести дело до нужного результата. Правда, он предупредил, что процедура эта достаточно долгая и без суда обойтись не удастся.
Ирине все это время надо было где-то жить, и ей помогла жена отца – она преподавала в том университете, где училась Ира, поэтому смогла договориться, чтобы девушке выделили место в общежитии.
Лариса получила заказное письмо с предложением о добровольном выделении долей в натуре из общей долевой собственности в тот момент, когда Ира была дома – она в своей комнате собирала вещи. Мать ворвалась к ней, размахивая письмом:
– Что вы с Игорьком выдумали? Какое такое выделение? Я вам сказала – квартира эта моя, вы попользовались и будет. И никакого добровольного тоже не будет.
– Мама, если ты не согласна, то напиши отказ и отправь его по адресу, с которого пришло это письмо, – посоветовала ей Ирина.
– Не буду я ничего писать, – выкрикнула мать.
– Не хочешь – не пиши, но ровно через месяц мы подадим заявление в суд. Если ты не ответишь, твое мнение учитываться не будет, – объяснила Ларисе дочь.
Через неделю адвокат сказал, что получил от Ларисы письмо, в котором она отказалась от досудебного решения вопроса.
Дальше все было просто: суд вынес решение о выделении долей Игоря и Ирины в натуральном виде, закрепив за каждым из них комнату.
Теперь они могли продавать свою жилплощадь. Конечно, сначала они предложили выкупить их доли матери. Лариса, получив это извещение, поменяла замок во входной двери.
Кроме того, она явилась в квартиру к бывшему мужу – Николаю – и устроила там скандал, обвинила его в том, что он настраивает против нее детей.
Как и предупреждал адвокат, продажа затянулась почти на полгода.
В суд пришлось обращаться еще дважды: сначала подавали иск об определении порядка пользования квартирой, затем о разделении лицевого счета.
Лариса еще дважды меняла замок на входной двери, и только вселение Игоря и Ирины в присутствии приставов по постановлению суда убедило ее в том, что сопротивляться она уже не может.
Купили обе комнаты в один день. И, что удивительно, тоже брат и сестра. Только уже семейные и с детьми – у сестры было двое детей, у брата – один ребенок. Они продали свои дома и земельные участки в небольшом поселке, где не было работы, но здесь смогли купить только комнаты.
Ларисе пришлось притихнуть. Наличие двух серьезных мужчин в квартире не позволяло ей показывать свой характер. А из Гены защитник оказался еще тот. Впрочем, он тоже скоро нашел себе более комфортное место проживания и покинул Ларису.
Где-то через месяц к новым соседям зачастили родственники и знакомые – все захотели изучить их опыт, как перебраться из поселка в город. Чтобы было удобнее принимать родню, новые жильцы поставили в прихожей диван-кровать, который разбирали, когда приезжали гости.
Конечно, они всегда извинялись перед Ларисой за доставленное неудобство и угощали ее деревенскими гостинцами – банками с солеными огурцами, моченой брусникой, медом с дедовой пасеки.
Вечерами Лариса сидела у себя в комнате перед телевизором и слушала, как прыгают и смеются в коридоре чужие дети.
Может быть, когда-нибудь она поймет, что это могли бы быть ее внуки.
Игорь женился и использовал полученные от продажи комнаты деньги в качестве первого взноса за квартиру.
Ирина положила всю сумму на счет в банке, живет в общежитии и учится. Отец обещал ей, когда она начнет работать, помочь приобрести однокомнатную квартиру.
Автор – Татьяна В.