Глава 1
Марина Глебу понравилась сразу. Гибкая фигура в облегающих джинсах. Огромные синие глаза. Пухлые губки, смешно собирающиеся в трубочку, когда на лице девушки появлялась капризная гримаска. Кудряшки белокурых волос. На её фоне даже Нина, первая красавица деревни, казалась неуклюжей дурнушкой. Нутром он чувствовал: нужно держаться от неё подальше. В ней всего было слишком много - сексуальности, обольстительности, кошачьей грации, но тревога так и утонула в пьяном угаре. Рассеялась в бешеной пляске разноцветных огней на танцполе. Да и о чём тревожиться? Просто красивая девчонка на дискотеке. Да что там красивая. Сногсшибательная!
Глеб жадно пожирал её глазами, гадая, откуда в их глуши могла появиться такая экзотичная птица. Марина же пластично двигалась в такт музыки и время у от времени бросала многообещающие взгляды ему, Глебу. Он был в этом уверен, поэтому не удивился, когда она по-королевски неспешно подплыла и насмешливо промурлыкала на ухо:
- Проводишь меня до дому, Ромео?
И вот сейчас он вёл её за руку по лесной тропинке. Глеб ощущал себя с ней на удивление легко. Марина не выносила мозг глупыми сплетнями, как бывшая девушка, не утомляла жеманными шутками, ничего не требовала. Даже молчание казалось естественным, словно им хватало присутствия друг друга. Поэтому Глеб просто наслаждался ночной прогулкой. Вдыхал душистый запах смолы и ели. С наслаждением подставлял лицо прохладному летнему ветерку. Вскинув голову, заглядывался на россыпь звёзд. Украдкой любовался спутницей. Внезапно мирное чувство умиротворения разбилось о неприятную мысль: Глеб сообразил, что не спросил, где её дом. Просто пошёл за ней, как собачонка на поводке. Ему стало не по себе.
- Марин, а где твой дом?
Девушка медленно повернула голову. Глеб вздрогнул. Вместо синих глаз зияли черные дыры.
Вздрогнул всем телом. Замер. Моргнул. На него с тревогой смотрели всё те же синие глаза:
- Глеб, с тобой всё в порядке?
- Уф. Привидится же. Кажется, перебрал с алкоголем. - С облегчением пробормотал Глеб и снова напрягся.
Ветер стих. В лесной чаще раздался раздирающий душу вой.
Глеб остановился и с тревогой уставился в лесную чащу. О случаях нападения волков здесь не слышали много лет, и всё-таки волки явно бродили где-то рядом.
Марина задрожала и прижалась к нему. Глеб взглянул в её глаза и почувствовал, как предательски затряслись руки: вместо глаз на её лице снова чернела бездонная пустота. Он отшатнулся. Марина протянула ладони и с издёвкой проговорила.
- Глеб, мне страшно.
Глеб тряхнул головой. Да что в конце концов происходит?
Он с бессмысленной надеждой всмотрелся в лицо девушки: может, померещилось на пьяную голову? Она злорадно улыбалась.
- Ну же, милый. Иди ко мне. Ты только мой. Мой.
Широкая улыбка стала напоминать жуткий оскал. Глеб пригляделся. Её нос заострился. Ряд острых зубов сверкнул в свете луны. Раздвоенный язык лизнул воздух. Вместо глаз снова мрак. Пустота. Ещё немного, и затянет в черную пучину.
Леденящий кровь смех разорвал тишину на тысячу осколков.
Глеб осознал, что смотрит на неё, как кролик на удава. Теперь тряслись от страха не только руки, дрожали колени. Дышать стало тяжело.
- Чёрт. Надо бежать.
Больше он не раздумывал. Бросился вперёд, не разбирая дороги, не оглядываясь, чтобы не терять драгоценные секунды. В боку кололо. Ноги спотыкались от усталости. нещадно кололо, а он все бежал и чувствовал за собой её шаги. В голове молотком стучала одна фраза:
- Иди ко мне. Ты мой. Мой. Мой...
Ужас схватил за горло, сжался в груди тугим узлом. Чудовище словно играло с ним, как кошка с мышью.
Глеб оступился, упал и снова выругался сквозь зубы. Нужно что-то придумать. Сколько он ещё сможет пробежать?
Он вскочил и замер от удивления. Перед ним стояла девушка в красивом и явно старинном сарафане. Он такие видел в старых советских сказках. Черные косы змеились по плечам. Карие глаза смотрели с безнадёжной грустью.
Она светло улыбнулась, махнула рукой вглубь леса и тихо прошелестела.
- Беги за мной на старое кладбище. Там она тебя не достанет.
И Глеб побежал так, как никогда не бегал. Ноги дрожали от изнеможения. Во рту появился металлический привкус, а он все нёсся вперед, спотыкаясь и не отводя взгляда от девичьей фигурки.
Только бы добежать. Вот и спасительное кладбище. Девушка прошла сквозь ограду и исчезла.
Ещё шаг. Еще. И ещё. Снова упал в шаге от кладбищенской ограды и застыл от ужаса. Над ним склонилось жуткое лицо. В голове раздался пронзительный визг:
- Ты мой. Мой. Мой.
Чёрная бездна глаз словно высасывала волю к жизни. Лицо обдало зловонным дыханием. Клыки коснулись шеи.
Глеб успел подумать только одно:
- Это конец.
Мощная сила выдернула его из смертельных объятий прямо на могилу. Тишину сотряс протяжный, яростный вопль вперемешку со звериным ревом - вопль хищника, упустившего жертву.
Глеб раскинул руки. С потёртой фотографии на памятнике ему улыбалась та самая девушка в старинном сарафане.
Он прошептал сухими губами.
- Спасён.
И упал в спасительное забытье.
Продолжение следует.