Виктор Гюго в своем романе "Человек который смеется" довольно подробно описал тайное общество компрачикосов, что дословно с испанского переводится, как "скупщики детей". В основном эти люди скупали детей у задолжавших и обедневших родителей. Ребенок после этого полностью терял свое имя и внешность. Компрачикосы так уродовали маленького человека, что никто и никогда больше не мог узнать его.
Компрачикосы с такой изобретательностью изменяли наружность ребенка, что родной отец не узнал бы его. Иногда они оставляли спинной хребет нетронутым, но перекраивали лицо. Они вытравляли природные черты ребенка, как спарывают метку с украденного носового платка. (Виктор Гюго, Человек, который смеется)
"Измененных детей" впоследствии продавали в бродячие театры, для цирковых представлений на потеху публике или для попрошайничества. Из описания следует, что это было довольно выгодное дело. Порой к услугам компрачикосов прибегали и знатные особы. Когда, например, нужно было чтобы юный наследник навсегда исчез. В романе Гюго так поступили с юным лордом Ферменом Кленчарли.
Компрачикосы использовали богатый арсенал изобретений. Если требовалась деформация тела, то детей помещали в бочку или вазу в которой тот рос в неестественной позе не превышая размеров сосуда. Гюго упоминает человека-петуха при дворе у короля, который после некоторых хирургических манипуляций на гортани издавал своеобразные звуки. В его обязанности входило петь по-петушиному в определенное время суток.
Из детей делали фигляров и гимнастов. Для последних применялась своеобразная операция, когда суставы хитро выворачивали и впоследствии казалось, что у этого человека в теле нет костей. Когда султану требовалась охрана для наложниц, он также обращался к компрачикосам и те поставляли ему мальчиков, которые уже не могли посягнуть на женщин. Но и другие уродцы тоже не оставались в стороне. Внешним видом некоторых из них можно было успешно пугать всех неугодных.
Существовали подлинные мастера этого дела. Из нормального человека делали уродца. Человеческое лицо превращали в харю. Останавливали рост. Перекраивали ребенка наново. Искусственная фабрикация уродов производилась по известным правилам. Это была целая наука. (Виктор Гюго, Человек, который смеется)
Искусство "превращения" человека, якобы, было описано в книге доктора Конкеста, члена Аменстритской коллегии. В книге были изложены основные приемы хирургии "компрачикосов". Основоположником этой хирургии был некий монах по имени Авен-Мор, что по-ирландски значит "Большая река".
Как видим у Гюго весьма подробно описано это тайное сообщество. Но насколько это все было реально? Ведь в романе действительно много исторических фактов. И некоторые из них (иногда очень странные) оказались правдивы. Вот, например, должность откупорщика океанских бутылок" при дворе - действительно существовала в Англии. И человек, который не относил найденную в океане бутылку с запиской в соответствующее ведомство лишался головы.
С компрачикосами все немного сложнее. Легенды об их существовании гуляли по Испании еще задолго до написания романа Гюго. В ранней юности Гюго с семьей проживал в Испании, оттуда он и узнал об этом тайном обществе. Упоминания о них косвенно встречалось и у других писателей. Вот, например Шекспир:
Прочь, карлица, пигмейка,
Зачатая на спорынье! Прочь, желудь!
Прочь, бусинка!
(У. Шекспир, Сон в летнюю ночь)
Также святой Викентий де Поль по легенде спас мальчика от компрачикосов. Упоминаются и отдельные похожие случаи в криминальной хронике Европы. Но никакой информации о том, что компрачикосы были одним большим сплоченным интернациональным сообществом найти не удалось. Никаких документов, никаких свидетельств, никаких записей. Выходит, либо компрачикосы были настолько тайной организацией, что либо не вели никаких записей и практически никогда не попадались, либо все что о них известно, это по большей части легенды и выдумки.
При этом, конечно, не стоит отрицать, что отдельные случаи продажи детей для представлений и варварское изменение их внешности для этих целей имели место. Но скорее всего этим не занималась специальная тайная организация. Этим занимались жадные до наживы дельцы. Некоторые из них поплатились за свои преступления, другие так и остались безнаказанными. Средневековый мир был жесток и, часто, несправедлив. И все же многие ужасы средневековья не имеют под собой никакого реального исторического обоснования.
Подписывайтесь на канал, чтобы не пропустить новые статьи и ставьте нравится.