Самым громким кино 2023 года (по Бог весть какой причине) стала экранизация жизни американских кукол. Заслуживает ли она того, чтобы её смотрели живые люди, читайте в обзоре «Невино Недомино».
Ставьте лайк и подписывайтесь на канал «Невино, Недомино», чтобы не пропускать наши новые публикации.
Фильм «Барби» изначально выглядел весьма привлекательным проектом, причём на разных уровнях. На внешнем – из-за того, что это демонстрация гламурных образцов мужчины и женщины в исполнении живых таких образцов, Райана Гослинга и Марго Робби. На внутреннем – потому что от супружеского дуэта создателей картины, Греты Гервиг и Ноа Баумбаха, можно было ожидать чего-то если не умного, то уж точно не гламурного. Это противоречие между формой и предполагаемым содержанием и составляло главную изюминку проекта в глазах ценителей кино.
На деле оказалось, что из двух предполагаемых составляющих в фильме есть только одна. Робби, словно созданная нейросетью по запросу «очень красивая белая девушка», как и ожидалось, идеально попадает в образ Барби – пожалуй, со времён Ахиллеса, сыгранного Брэдом Питтом, такого триумфального кастинга кинематограф ещё не видел. При этом австралийская актриса не просто строит глазки, но и убедительно изображает человеческие эмоции (хотя в этом смысле многого от неё не требуется). Гослинг же и вовсе играет роль с внутренней трансформацией и драматизмом – и делает это как всегда хорошо – а для девочек-фанаток демонстрирует внушительные кубики пресса.
А вот с идеей фильма, его сценарием и режиссурой случился некий сбой. Начинается «Барби» с классной сцены-аллюзии на «Космическую одиссею» Кубрика, но дальше этого комедийного скетча а-ля «Монти Пайтон» Гервиг пойти не в состоянии. В итоге картина о том, как Барби из своего волшебного Барбиленда отправляется в мир людей, вместо контраста ванильной идиллии и суровой реальности предлагает нам худшее, что только могло быть – заунывное феминистское стенание о тяжёлой «долюшке женской» и мерзких мужиках. Как до такого опустился автор «Истории о супружестве» Баумбах или хотя бы режиссёр «Леди Бёрд» Гервиг, совершенно непонятно, но что-то внутри их творческих механизмов явно поломалось.
Достаточно сказать, что все мужчины в фильме показаны даже не плохими, а просто умственно отсталыми. И если в отношении маскулинных обитателей Барбиленда это ещё можно оправдать, то почему такими же дебильными куклами выставлены корпоративные карьеристы из реального мира, понять сложно. Хотя, по всей видимости, это сделано для того, чтобы звучащие из уст персонажей-женщин глупые банальности не казались совсем уж глупыми. То есть это в известном смысле рыцарство: не будем давить девочек интеллектом, пускай они думают, что и сами всё могут.
Говорить об этом фильме больше нечего – да это и сложно, потому что через пару дней после просмотра он забывается напрочь. Однако есть в нём одна действительно запоминающаяся сцена – финальная. Барби, окончательно перебазировавшаяся в реальный мир, живёт как обычная феминизированная западная женщина и однажды утром собирается куда-то, надев унисекс-пиджак и страшно при это волнуясь. Зритель совершенно убеждён, что речь идёт о собеседовании, но под самый конец Робби, изображая состояние совершеннейшего восторга, сообщает, что пришла на приём к гинекологу.
Смысла в этой сцене больше, чем во всём остальном фильме – хотя вряд ли об этом задумывались создатели. Они, наверное, хотели смешно пошутить, но получилось до боли серьёзно: к этой экзальтации по поводу собственных гениталий легко можно свести весь смысл жизни идиотских кукол, занимающих сегодня то место, на котором раньше находилась великая американская культура (и, шире, белая, европейская или христианская цивилизация – называйте как хотите). С этой точки зрения кино получилось даже философским – на том уровне, на котором это заслужили его создатели и восторженные зрители, обитающие в одном общем уныло-блевотном Барбиленде.