Голову Эллочки я обнаружил перед поворотом на Рождественку. Дама с богатым словарным запасом, как известно, обитала в квартире 17 неназванного Ильфом и Петровым дома в Варсонофьевском переулке. Квартиры в 1920-х были велики, а потому и дом с семнадцатью апартаментами должен быть крупным... но какой? №4? №6? №8?
Лепная Эллочка
И вдруг мне бросилась — она! Смотрите, какая красавица:
Теперь для меня Эллочкин дом — это №4 (1900, арх. Н. П. Матвеев-Калинин, 1908, арх. В. Е. Дубовской). Конечно, прическа у дамы другая... но откуда скульптор мог знать, какие прически будут в 1920-х?
А если говорить всерьез, не могу исключить, что авторы «Двенадцати стульев», чуткие к деталям, действительно обратили внимание на фасадную скульптуру и именно по сей причине «прописали» Эллочку Людоедку в Варсонофьевском переулке. Вероятность небольшая, но ненулевая.
Перейдем к новым скульптурным курьезам!
Гоблины на стене храма
Они нас поджидают в доме на Рождественке, который замыкает перспективу на выходе из Варсонофьевского переулка.
Это один из корпусов Строгановского училища, теперь МАРХИ (Рождественка, 11с3, 1891, арх. С. У. Соловьев).
А где же фантастические твари? Они хитро прячутся. Не зря говорят: «дьявол — в деталях». Под окнами расположены вот эти маленькие существа.
Не знаю, гоблины это, антропоморфные летучие мыши или банальные черти, но архитектор был злобный шутник или, как в наши дни говорят, тролль. Дело в том, что до революции, кроме квартир директора и служащих Сторгановского училища, здесь была домовая церковь.
Тайные архитекторы
Эти рельефы не микроскопичны, но их все равно в упор не замечаешь. Они украшают другой корпус МАРХИ, где работает «книжная лавка архитектора» (Рождественка, 11с4, XVIII в., 1903 или 1904, арх. Ф. О. Шехтель). До революции тут была выставка и магазин работ студентов Строгановского училища.
Пара барельефов (их я обвел красными рамками) показывают за работой зодчих в разные эпохи. Вот один барельеф:
Змеелебеди
Другая необычная фасадная скульптура украшает банк на углу Кузнецкого Моста (Рождественка, 8/15с3, 1897-98, арх. С. С. Эйбушиц).
Посмотрим ближе!
На первый взгляд это традиционный кадуцей — атрибут Гермеса, украшавший разные торговые учреждения. Это крылатый жезл, оплетенный парой змей.
К концу XIX века кадуцей стал иногда «срастаться» с якорем — символом надежности. Такие украшения фасадов тоже далеко не уникальны.
Однако автор горельефов на углу Рождественки с Кузнецким сделал ход конем. Якорь теперь — нормальный якорь, крылья же растут не из него, а из змеиных тел! По одному крылу на одну змейку.
Так получилось чудо-юдо, похожее на двуглавого черного лебедя.
«Дьяволиада»
Пройдем ближе к центру города, на угол с Пушечной улицей! За серым зданием гостиницы «Савой» с масками древних египтян и саламандрами белеет «Альпийская роза» (Пушечная, 4с1, 1820-е, 1911-12, арх. П. П. Висневский).
Под вензелем дореволюционной ресторации, выше гигантского окна, показывает язык выпивохам самый «красивый» маскарон Москвы. Этот барельеф отождествляют с разгульным козлоногим богом Паном. Хорошая вывеска для ресторана?
Известно также, что античный Пан насылает панику… а в христианской культуре обрастает инфернальными коннотациями.
Случайно ли, что именно в «Альпийской розе» с высунувшим язык Паном разворачиваются события булгаковской «Дьяволиады»?
Памятник голубям
Последний необычный объект стоит рядом с входом в метро «Кузнецкий Мост». Место чрезвычайно людное, однако монумент замечают далеко не все. Он расположен к югу от вестибюля метро, напротив входа в Центральный дом работников искусств.
Это немаленький, в человеческий рост, памятник «летающим крысам», то есть городским голубям.