Предыдущая, четвёртая глава *** Начало, первая глава
Мужчина сразу обернулся на звук, хотя до этого, очевидно, разглядывал небо в окне, которое сегодня было дождливым и пасмурным, под стать тяжёлому настроению, сопровождающему весь этот неожиданный визит. Мужчина разглядывал дочь очень долго, словно изучая каждую деталь её внешности, и решаясь говорить ему о чём-то, или нет. А Настя не знала, куда себя деть. Ей от этого взгляда хотелось спрятаться, хотелось быстрее поговорить обо всём и уйти, уехать подальше… А потом мужчина вдруг поморщился, словно от боли, на глазах его проступили слёзы.
- Настенька, дочка, прости меня, пожалуйста… Если сможешь, прости. Я знаю, что не заслужил, но я так долго жил с грузом этой вины, а теперь не знаю, как мне быть, как всё это искупить. – Девушка молчала, было видно, что на этом монолог не окончился, поэтому она терпеливо ждала, что же ей ещё скажет папа. - Я же в село ехал, чтобы у вас с Улей прощения просить… Село я помнил хорошо, надеялся очень, что Ульяна никуда не переехала и осталась жить в родительском доме. Пару раз после нашего расставания я ведь пытался встретиться с вами, приезжал, но Уля к тебе не пустила, только подарки приняла и сказала, что мне нет места в ваших жизнях, а я понимал, что всё так, да сердце всё равно тянулось к вам, ничего не мог с собой поделать. Идя от остановки к вашему дому, я решил немного сократить путь, пойти через кладбище, а проходя там, я зацепился взглядом за памятник, с которого на меня смотрела Ульяна.
Не поверил собственным глазам, подошёл ближе и прочёл её имя на холодном камне. Я тогда понял, что извиняться поздно уже, что нужно было раньше всё искупить. – Юрий вдруг запнулся, вновь посмотрел на дочь пристально, вздохнул тяжело и продолжил: – …а потом тебя увидел, и, если честно, не сразу понял, что это ты, Настя. Наверное, тебе все это уже много раз говорили, но ты точная копия матери. Так ещё и лет тебе сейчас столько же, сколько ей было на той фотографии. Вот я грешным делом и подумал, что это она мне явилась. Я там так долго сидел, с фотографией её разговаривал, умолял её ответить мне хоть что-нибудь, хоть какой-то знак подать о том, простила ли она меня или нет… А потом вдруг ты… И знаю, глупо всё это, но… Я умоляю, прости пожалуйста дурака старого за то, что по молодости учудил. Что жизнь твою испортил, что маму не уберёг. Прости меня за двоих. От Ульяны-то я уже прощения не получу, не успел поговорить я с твоей мамой и хоть как-то помочь ей… - Последнее он растянул, особенно болезненно и грустно. Словно старая рана разошлась по швам и обнажила горечь вины.
Настя чувствовала, как нарастает ком в горле, душит её изнутри. Она смотрела на отца и понимала, что обида пусть и не ушла полностью, но была притуплённой. Возможно, всё дело в рассказах матери о герое отце, коим всегда девушка и представляла его себе? Или виновны воспоминания, преследовавшие её несколько последних дней? Те картины из памяти, в которых семья была счастливой и полноценной, пусть и недолго?
После короткого напряжённого молчания под напряжённым взглядом Юрия, ожидающего хоть слово услышать от дочери, Настя всё-таки заговорила:
- Я на вас зла не держу. Да и мама про вас мне никогда даже плохого слова не сказала. Она рассказывала мне об отце, как о герое, значит, она отпустила все обиды и не злилась на вас.
Нижняя губа Юрия задрожала. Мужчина заметно нервничал, а аппараты, к которым он был подключён, отчего-то запищали, и в палату влетела медсестра.
- Выйдите! Вам ведь говорили, что пациенту нельзя волноваться! – строго взглянула на Настю женщина.
Перепуганная девушка до боли прикусила нижнюю губу. Она надеялась, что не наделала ещё хуже своим визитом, и отец поправится. Они многое не успели друг другу сказать, словно отец скрывал что-то ещё, но время для таких разговоров обязательно наступит. Позже.
- Всё н-нормально, - просипел Юрий, но медсестра смерила Настю ледяным взглядом, и та была вынуждена покинуть палату.
Вскоре примчался доктор, долгое время не выходил из палаты, и Настя места себе не могла найти. Может и не следовало ей приходить сюда? Она не хотела навредить отцу, планировала просто поговорить с ним.
Сидя в коридоре на металлической скамейке, Настя ждала, когда отцу станет лучше. Хоть что-то внутри кричало, что прощать предателя нельзя, а сердце всё равно тянулось к родному человеку, которого девушка так часто видела в своих снах, пусть и в другом облике. Она ведь думала, что родители теперь вместе на небесах, а всё вышло совсем иначе. Мама ушла в другой мир, а вот отец пока оставался в этом. И Насте хотелось, чтобы он поправился. Она не желала отцу ничего плохого, ругала себя, что из-за неё его состояние может ухудшиться.
Так, заблудившись в лабиринте своих мыслей, девушка не заметила, как уснула. Из сна её выдернуло чьё-то лёгкое, почти невесомое прикосновение к плечу. Девушка открыла глаза и увидела перед собой молодого мужчину в белом халате. Окончательно избавившись от морока сна, Настя похлопала глазами, глядя на врача, стоящего рядом с ней.
- Доброго вечера. Анастасия, верно? Меня зовут Владислав Максимович, не хотел вас будить, но подумал, что пора бы… Вашему отцу стало лучше, и вы можете ехать домой. Вы ему помочь ничем не сможете, да и попасть к нему не получится, ведь он спит под действием успокоительных препаратов. С сердцем шутки плохи, поэтому эмоциональные качели лучше отложить на потом, когда состояние пациента уже окончательно стабилизируется. Я, конечно, понимаю, что вы беспокоитесь за него, но ему бы ещё пару деньков побыть в покое…
- Добрый вечер. Д-да… спасибо большое, - закивала Настя. – Я даже не думала, что он во второй раз так отреагирует на моё присутствие. Возможно, теперь уже он будет проще воспринимать меня, ведь все главные слова были сказаны?
Кому задала этот вопрос, Настя не понимала. Может, самой себе? Ведь у кого-то она спрашивала, как всё сложится дальше… только Владислав точно не дал бы ей ответа на этот вопрос.
Посмотрев на старенькие наручные часы, Настя ужаснулась, ведь проспала немало времени, а теперь ей попросту некуда было пойти.
- Может быть, я могу остаться рядом с ним? Посижу, понаблюдаю за его состоянием, если потребуется, обращусь за помощью или помогу отцу как-то? К сожалению, я, кажется, пропустила последний автобус…
Податься Насте действительно было некуда, а разъезжать на такси – совсем недешёвое удовольствие. С деньгами сейчас и без того худо. На работе всё чаще отправляли на выходные за свой счёт, потому что заказов было немного, а брать в долг девушка совсем не хотела. Ну, какие ей долги, когда нужно скопить на будущее? Да и ведь отцу теперь могли потребоваться деньги. Конечно, Настя пока толком не понимала, как вести себя с мужчиной, но отказаться от него она почему-то не могла. Что-то внутри противилось, говорило, как неправильно это. Не такой её растила мама, слишком добрым было сердце девушки. Хоть и предатель, а ведь Юрий живой человек, не чужой ей.
- У вас всё настолько непросто? Не советую вам оставаться в больнице. Медсестра всегда рядом, если что-то потребуется, она обязательно узнает об этом, а вам бы отдохнуть. Выглядите слишком разбитой. Давайте подвезу вас до дома? У меня смена всё равно закончилась, и я теперь полностью свободен.
Настя вздрогнула. Предложение казалось таким заманчивым, но ехать не ближний свет – около часа до села, а потом ещё и обратно. Владислав тоже не выглядел бодрым и отдохнувшим, поэтому пользоваться его добротой не хотелось.
- Вы ведь даже не представляете, что предлагаете. Слишком далеко добираться до моего села, - произнесла Настя, понурив голову.
- Меня это совсем не пугает. Я люблю дорогу. За рулём отдыхаю от дневной суеты, успокаиваю нервы, раскладываю всё по полочкам. Не отказывайтесь. Я буду только рад проветриться.
Настя никогда не «ломалась», как это теперь модно говорить. Она прекрасно помнила слова бабы Нюры, старенькой соседки, которую какое-то время даже считала своей бабулей: «Дают – бери, а бьют – беги». Именно так девушка и решила поступить. Она назвала адрес, Владислав проверил в навигаторе, сколько времени займёт дорога, и уверенно кивнул.
- Вы знаете, а я в той стороне не был ни разу, мне даже интересно будет познакомиться с вашим селом. Ещё и название у неё такое интересное. В общем, я переоденусь быстренько, а вы подождите меня на крыльце больницы, хорошо? Я быстро. Как раз воздухом свежим подышите немного, взбодритесь перед дорогой...