Верёвка, надежно удерживаемая мужчинами, натянулась под весом Андрея. Уже через несколько минут он коснулся ногами промёрзшего грунта высокого оврага, и не развязывая узлов, поспешил к телу, безвольно раскинувшему руки и ноги в разные стороны. Сомнений быть не могло. Труп.. Лицо в крови, багровая полоса тянулась от самого начала спуска и обрывала свой страшный след уже возле самого тела.
- Твою ж мать... - выругался Андрей.
Ну видно же, что жмурик, что там проверять. Мужчина, отлично понимая, что за ним сейчас наблюдают все члены отряда, склонился над трупом.
- Михаил Анатольевич… родненький… что с Вами? Михаил Анатольевич… аууу, - несмело протянул Андрей.
Коллеги, стоявшие где-то там, наверху, принялись давать различные советы.
- Андрей Сергеевич, за плечо его потряси!
- Пульс пощупай! Есть?
- В зрачки, в зрачки загляни…
Андрей, стиснув зубы, снял перчатку, прикоснулся к плечу Михаила Анатольевича и несмело толкнул его.
- Шеф, шеф, что с Вами?
Однако некогда всесильный Михаил Анатольевич лежал молча и признаков жизни не подавал.
Андей отдёрнул руку, испачканную густой, вязкой кровью и принялся судорожно оттирать её жестким, холодным снегом.
Столпившиеся у края обрыва люди на миг притихли, наблюдая за действиями Андрея, а затем вновь принялись сыпать советами.
- Андрей Сергеевич, тащи его сюда.
- Куда тащить? – не выдержал Андрей. - В нём полторы сотни килограмм. Я сам еле на ногах стою.
- Не надо его никуда тащить, - заявил начальник кадров. - Если он мёртв, то полиция должна всё осмотреть.
- А если живой? – заспорил с ним Яков Маркович. - Если он живой, а мы его здесь бросим? Нас же всех посадят.
- За что? – удивился начальник кадров.- Он же сам туда упал, и ружьё у него в руках взорвалось. Прямо перед лицом. Все видели.
- Кирилл Петрович, ну ты как маленький прям. За оставление человека в опасном для жизни состоянии, вот за что, - зло выпали Яков Маркович. - Вытаскивать его надо.
- Да какого человека? Это же труп! – заголосил Кирилл Петрович. И голос его сразу же изменился, словно, не он, а какой-то другой человек произнёс эту фразу.
Где-то за спинами собравшихся громко зарыдала Вика, а Катя вздрогнула от внезапно посетившей её голову догадки. Она узнала этот чужой, незнакомый ей ранее голос. Именно он звучал предыдущей ночью в палатке. С ним Яков Маркович обсуждал её супружескую неверность, проблемы фирмы и снятые со счетов наличные средства. Именно этот голос умолял главбуха рассказать, где находятся деньги Михаила Анатольевича… Это он…
Девушка, пораженная страшной догадкой, попыталась медленно вдохнуть свежий морозный воздух, но тут же закашлялась, согнувшись от обжигающей боли в груди.
На тайгу стремительно опускались сумерки, и на потемневшем небосводе уже можно было рассмотреть первые искорки зажигающихся звёзд. Только сейчас, вынырнув из омута страшных мыслей, Катя почувствовала, что ей ужасно холодно. Мороз пробирался сквозь ткань дорогущего лыжного комбинезона, проникал в тёплую обувь и радостно терзал нежную кожу девушки.
- Эй, коллеги, - закричал откуда-то издалека Андрей, про которого в пылу жарких споров, как-то подзабыли.
- Коллеги, что мне делать? Я уже окоченел здесь. Ещё немного, и Вам два трупа из оврага вытягивать придётся.
Мужчины спохватились, забегали, а затем принялись тянуть верёвку, пытаясь вытащить замёрзшего коллегу.
Через несколько минут над краем обрыва показалась голова Андрея. Мужчина цеплялся окоченевшими руками за оледеневшую землю, соскальзывал, но вниз не падал, удерживаемый натянутой до звона верёвкой. Вскоре его крепкое тело перевалилось через край, и он замер, скрючившись в неудобной позе на холодной, промёрзшей земле.
- Андрей Сергеевич, голубчик, как ты, дорогой? - Яков Маркович заботливо склонился над Андреем, участливо заглядывая ему в глаза.
- Околел я там, - сипло ответил Андрей и зашёлся в тяжелом кашле. - Холодно до жути. В лагерь надо, к костру. Отогреться бы…
- Сейчас, сейчас, - захлопотал старик, неловко бегая вокруг Андрея. - Вот выпей, полегчает.
Яков Маркович сунул в руки мужчины открытую фляжку.
Андрей с удовольствием приложился к горлышку, сделал большой глоток и замер, чувствуя, как приятное тепло разливается по всему телу.
- Андрюшенька, дорогой мой, нужно опять вниз спуститься, - залебезил Яков Маркович, - необходимо вытащить оттуда нашего Михаила Анатольевича. Шефа нашего. Никак нельзя его здесь оставлять.
- Ты в своём уме, Яков Маркович? – удивленно спросил Андрей.- Ты понимаешь, что говоришь? Да не достанем мы его. Не получится!
Мужчина вырвал из рук оторопевшего бухгалтера фляжку и двумя большими глотками осушил её до дна. Затем вытер рот своей крупной ладонью и тихо проговорил:
- Хочешь вытащить его, лезь сам. Я второй раз спускаться туда не буду.
Андрей отбросил фляжку в сторону, поднялся с земли и, грубо растолкав плечами собравшихся вокруг него коллег, прошёл к своему снегоходу. Взяв в руки тангенту радиостанции, мужчина проговорил:
- Лисса, Лисса, я Геспер, приём.
- На связи Лисса, - ответила радиостанция звонким голосом молодого мужчины.
- Лисса, у нас труп. Погиб человек. Экспедиция в опасности. Просим помощи.
- Принял Вас, Геспер, ожидайте. К вам уже выдвинулись сотрудники экстренных служб. Мы постараемся принять все меры к вашей эвакуации.
- Что значит «постараемся»? - возмущенно прокричал Андрей. - Срочно вытащите нас отсюда! Это… это ваша обязанность… Лисса, приём, приём…
- Не переживайте, Геспер, мы принимаем необходимые меры. К сожалению, задействовать вертолёт для вашей эвакуации мы не можем. Этой ночью ожидается ухудшение погодных условий, сильный снегопад и ветер. Постарайтесь укрыться в лагере и дождаться помощи.
- Но…
- Ожидайте! Конец связи!
Рация стихла. Андрей, продолжая сжимать в руке переговорное устройство, обвёл застывших коллег растерянным взглядом.