Тем временем Ева бессовестно развлекалась в городе. Её сердце радовал тридцатилетний Максим. Он был пылким, страстным, молодым. Эти существенные для женщины качества уже давно угасли в Григории. Мужчина был сосредоточен исключительно на ароматах. Конечно, пару раз в месяц парфюмер уделял супружеское внимание жене. Но блаженства Ева от бездушного секса не получала. В последние дни она вообще стала избегать компрометирующих встреч с фигурой, брак с которой она сама просчитала до мелочей. Макс по указке Евы проворачивал финансовые манипуляции по отмыванию денег и получал за это весьма неплохо. О механизме никто и не подозревал. Всё происходило в верхах. Расчётливая особа планировала через два года разорить парфюмерный бизнес Григория и вдобавок – громко развестись с ним, отсудив львиную долю имущества.
– Ева! – прошептал Макс, лёжа в постели с любимой женщиной, с Мамочкой, как он её часто называл.
– Ау! – откликнулась дремлющая дама.
– Я боюсь, что нас рано или поздно разоблачат, – забеспокоился Макс.
– А ты-то что пасуешь? Вот мне надо трястись. Я руковожу всей этой машинкой, – сев в кровати, ответила Ева.
– Ты меня не предашь? – осторожно задал вопрос пылкий любовник.
– Дурачок, нет, конечно! – пообещала лицемерная Ева. – Будь спокоен! Макс, я хочу ещё! Это было нечто!
В офисе работа шла своим чередом. Миша встретил уже на крыльце своего босса.
– Что случилось? – грозно спросил Григорий. – Путь неблизкий, Миша. Я вздёрну тебя, если ты сообщишь мне какую-нибудь ерунду.
– Это не ерунда, Григорий Матвеевич! – заверил босса рядовой бухгалтер.
– Говори! – срочно потребовал руководитель парфюмерного предприятия.
– Я обнаружил утечку средств, – сообщил шёпотом Миша.
– Где? – изменился в лице босс.
– В бухгалтерских документах, естественно, – ответил Миша.
– Как это могло произойти?
– Пока не знаю, – затруднился ответить Михаил.
– Где Макс?
– Он, это… Заболел он. Отпросился. Ваша жена заезжала. Так он ей сказал.
– С каких пор моя жена руководит сотрудниками?! – вспыхнул Григорий. – Я – генеральный директор! Мне или разрешать, или запрещать.
– Так уже давно. Макс постоянно у неё отпрашивается, – невзначай вырвалось у Михаила, хотя главный финансист как-то советовал ему – в некоторых случаях язык держать строго за зубами.
– Кто знает? – спросил Григорий.
– Никто. Я сегодня только увидел.
– Какая сумма?
– Большая, – зазаикался Михаил.
– Не говори никому! Ты понял меня?
– Да, Григорий Матвеевич!
Ева вернулась домой поздно вечером.
– Как съездили? – поинтересовалась Маша.
– Прекрасно, несмотря на поломку машины. Её отремонтировали. Не думала, что ремонт может быть таким дорогим! Я есть не буду. Спасибо, Маша! Я перекусила в ресторанчике. А где мой котёнок?
– Григорий уехал в город. Сказал, что по делам.
– Маша, можно я вас попрошу, как женщину и как мою подругу, если Григорий куда-то засобирается, предупреждайте меня. Он выезжать не должен. Его компания успешно работает. И ещё. У Гриши – слабое сердце. Он скрывает ото всех этот страшный недуг. Я – его доверенное лицо в решении всех деловых вопросов.
– Хорошо. Договорились, Ева. Как только я узнаю, я тайно вам обязательно просигналю. Да, кстати. Гриша упоминал недавно, что желает отдохнуть на озере. С ночёвкой.
– А это ему как раз и полезно. Организуйте, Маша, моему мужу эту радость. Тем более я в этот момент буду отсутствовать. Мне снова надо будет уехать в город.
– Вы открываете собственный бизнес, Ева?
– Да, что-то вроде того! – неуверенно ответила деловая женщина. – Я хочу сделать любимому сюрприз. Он не забудет его никогда.
– Я тоже люблю сюрпризы.
– Возьмите у меня в столике, Маша, флакон с дорогими духами. Я только начала ими пользоваться. С этого момента духи – ваши. Вы должны быть настоящей женщиной. Пусть мужчины на вас обращают пристальное внимание. Это особенный букет. Там есть нечто, что заставляет мужчину терять голову.
– Ой, спасибо! Я очень вам, Ева, признательна.
Продолжение следует...