И свет, и тень, и тёмная вода уже прохладны. Жалки скрипы сосен. Но, знаешь, я, наверно, никогда с такой надеждой не глядела в осень. Мне хочется движения времён. Мне хочется их чувствовать на ощупь. Когда отсчёт эпохи изменён, и маховик запущен, и запощен предсказанный пророками расклад про мор и глад, и про страну сияющего света, когда не может быть пути назад – ни в прошлое, ни в лето, где сладкий золотарник возле троп привычно дремлет с Яблочного Спаса, – ну, дай мне этой осени взахлёб – коньячного, кромешного окраса. © Полина Орынянская, 2022
И свет, и тень, и тёмная вода
уже прохладны. Жалки скрипы сосен.
Но, знаешь, я, наверно, никогда
с такой надеждой не глядела в осень.
Мне хочется движения времён.
Мне хочется их чувствовать на ощупь.
Когда отсчёт эпохи изменён,
и маховик запущен, и запощен
предсказанный пророками расклад
про мор и глад,
и про страну сияющего света,
когда не может быть пути назад –
ни в прошлое, ни в лето,
где сладкий золотарник возле троп
привычно дремлет с Яблочного Спаса, –
ну, дай мне этой осени взахлёб –
коньячного, кромешного окраса.
© Полина Орынянская, 2022