Глава 8
Вторым по списку был змей… и не один. Я попала в склеп, где были захоронены и лежали на полках тела людей – змей. В большинстве они просто лежали на своих же телах. Один из духов, свернувшись клубком, лежал на пятне света от крошечного окошка.
— И что же такая мила дама забыла в этом месте? — поднял голову змей.
— Пришла вас забрать, видимо, всех, — я насчитала более десяти духов змей. — Почему вы остаетесь здесь?
— Мы — последние из бронзового гнезда, не в ком перерождаться, — пожаловался тот, что лежал на полу.
— Так вот, я пришла за вами, потому что мне поручили найти вам достойное место для рождения, — присела на корточки и посмотрела на змея.
— Такая милая девушка — и Жнец? — он с удивлением рассматривал меня. — Что, гнездо, доверимся юной деве?
В ответ ему было шипение, и, как ни странно, я слышала ответ «да».
— Тогда начнем, — направила жезл в духа, и протянула руку. Мгновение, и у меня в руке лежит небольшое яйцо бронзового цвета. — Как интересно…
Подошла к каждому духу – змее, и собрала урожай яиц – двенадцать штук. Сложив их в сумку, набрала на часах код следующей души.
Я, прижав к груди жезл, с ужасом смотрела на поле битвы. Живых тут точно нет…
Все поле было усыпано телами воинов, коней, каких-то животных, и духами, висящими над всем этим. Тысячи умерших… И как выбрать того самого, нужного?
Да и я здесь была не одна, по полю бродили Жнецы, собирая свою «жатву», махая косой и складывая шары в сумки. Я оглянулась: у меня должна быть не обычная душа – животное – существо…
Рядом были десятки душ, висевшие в воздухе, и имеющие обычные человеческие очертания.
— Новенькая? — раздался рядом голос. Я оглянулась, рядом стоял Жнец: черный плащ, маска черепа и коса в руке с перчаткой.
— Да… Я по редким видам, — смутилась я.
— А, оно-то и видно… Приходи позже, через пару дней разберём своих, твой точно останется…
— А как вы определяете «своих» и «чужих»? — решила попробовать узнать хоть что-то.
— Инструкцию читала? — Хмыкнул Жнец, и, не останавливаясь ни на секунду, продолжал работу.
— Да.
— А учитель был?
— Нет…
— Понятно. Твои светятся по-другому, приглядись, у всех душ — разный оттенок ауры. Тебе надо найти свой цвет! — сказал он и начал двигаться дальше.
Я попыталась сфокусировать взгляд на тех духах, что он ловил. Если не ошибаюсь, есть небольшой, едва видный оттенок красного…
— А можно еще вопрос?
— Ты не отстанешь?
— Отстану… Тогда — еще пару?
— Давай, а то мои заканчиваются здесь, и мне надо идти дальше.
— Зачем нужны такие атрибуты — черный плащ, маска, коса…
— Не нами заведено, не нам менять. И маска приятнее того, что прячется за ней… — сказал он странные слова.
— Зачем надо собирать души, почему они не уходят сами? — задала я еще один вопрос.
— Так было задумано не нами… ответа нет, — сказал, мигнул, и исчез.
— Ясно… — разочарованно протянула я.
Теперь надо разобраться с цветом ауры, и я начала приглядываться к Жнецам и к их душам, пытаясь рассмотреть оттенки. Я нашла несколько оттенков зеленого, черный и серый, красный, как выяснилось, тоже бывает разный… Синий, розовый, фиолетовый…
Я бродила между тел, и все еще не понимала, за кем я сюда пришла?
Внезапно словно где-то вдалеке раздался плач младенца…
Да нет, мне показалось, откуда на поле боя — ребенок?..
Но меня словно на веревке куда-то потянуло… Я, упорно не желая идти, все еще рассматривала души, но, неожиданно, рядом опять раздался плач малыша.
Сердце резануло болью… ну, я точно знаю, нет на поле живых! Я рискнула подойти ближе к разбитой телеге, и возле тела женщины обнаружила малыша, вернее, его душу. Ноги подкосились, и я рухнула на колени, ощупывая тело…
— Степка… — мальчик лет трех от роду был копией моего сына.
— Мамочка… — тихо прошелестело откуда-то из-за колеса. — Ты пришла меня забрать?
— Да, малыш… — я протянула руку, и из-под телеги показался дух мальчика.
— Ты не моя мама, — надулся малыш, и засунул пальчик в ротик, начиная его посасывать.
Я закаменела, и только сейчас разглядела ауру у духа, многоцветная, едва видная, словно паутинка, разбросанная по всей душе. То, что он — мой дух, я уже не сомневалась…, таких на поле больше не было.
— Прости, сынок, но, видимо, только так тебя могут вернуть мне… — жезл поймал душу, и у меня в руке лежала небольшая белоснежная жемчужина.
Поднялась с колен, набрала на циферблате код на обратный путь.