3 — Опять напился... - вздохнула Даша и отпрянула от резкого порыва Назара в её сторону.
— Заткнись, идиотина!!! - крикнул он не своим, а тем чужим, мерзким голосом, какой всегда у него прорезался по пьяни.
Дашу обдало жутким перегаром с задними нотами селёдки и солёных огурцов. Назар то ли специально, то ли случайно шатнувшись, оттолкнул её, и Даша погрязла в висящих на вешалке куртках. Он снял обувь, наступив попеременно на задники кроссовок, и на автопилоте завалился в гостиную.
— Это что за хрень опять?! - возопил Назар, споткнувшись об игрушку и едва не растянувшись на ковре. - Лерка! Малявка вредная!
— Не ори на ребёнка! - прибежала Даша. Девочка спряталась за спинку дивана.
— Опять всё раскидала! - не обратил никакого внимания на жену Назар, - ну я тебя предупреждал!
Он поднял красную машинку для Барби и швырнул её о стену. Игрушка разбилась вдребезги, а следом за ней слетели на пол настенные часы. Прозрачный защитный корпус на циферблате треснул по середине. Назару этого было мало. С бешеными глазами он подошёл к обломкам и стал остервенело пинать их о стены.
— Ненавижу! Ненавижу!
Лерочка плакала, Даша рискнула проскочить мимо Назара и прижала к себе дочь. Он повернулся, посмотрел на них дико, как в аффекте. Наученная горьким опытом Даша знала, что самое разумное сейчас - отвести взгляд и ни в коем случае не плакать. Надо показать ему спокойствие, выдержку, безразличие... Надо сделать всё возможное, чтобы не спровоцировать его на нечто более серьёзное. Ведь он бил её. Ведь и Лерочке доставалось за неконтролируемые детские слёзы. Он стоял над ними со сжатыми кулаками, от него в такие моменты можно было ожидать всё. Подавляя в себе гордость, принижая своё достоинство и честь, Даша опускалась перед ним со склонённой головой, отдавая ему победу в этой неравной дуэли. Она ласково обращалась к дочери, выдавливая улыбку:
— А давай мы с тобой на кухню сходим и молочка сделаем? Может быть твоя Барби тоже хочет молочка?
Лерочка кивала, зашуганно поглядывая на папу. Они уходили, а Назар заваливался на уже разостланный диван. Стоило закрыть глаза, и он ощущал себя так, словно вращался на лопастях вертолёта. Его мутило от этих ощущений. Но мысли о том, что надо хотя бы попробовать бросить пить, больше его не занимали. Он стал жить по инерции. Раньше, в юности, он искал причины неудач в себе, но с возрастом понял, что легче всего перекладывать вину на других. Главной виновницей была конечно тёща... Подлая мразь! Как жаль, что он её тогда не дорезал! Именно она столкнула его с уклона жизненной горы, и с тех пор он только катится, всё быстрее катится кубарем вниз, на дно. И теперь он так стремительно летит туда вниз, что не видит ничего, что могло бы его приостановить: ни камня, ни выступа, ни корня, которые могли бы его задержать и дать шанс на спасение. А Дашка.... Да что Дашка! Она любит его и никуда не денется. И она тоже виновата!!! Чего рот разевает? Чего учит его? Чего лезет в душу своим нытьём? Прав был тот, кто говорил, что лучшая жена - это немая жена.
Протрезвев, Назар представлял из себя совершенно иного человека - он был тем, кого полюбила и продолжала любить Даша. Он становился милым, заботливым, нежным мужем и отцом, он играл с Лерочкой и готовил ужин в свои выходные, вымаливал прощения у них двоих. И Даша прощала его, превозмогая отвращение к тем памятным дням. Поистине любовь бывает зла и впитывается в человека подобно яду, от которого никаких противоядий нет.
В этих условиях Даша родила второго ребёнка – мальчика, которого назвали Никитой. Это имя не нравилось Назару, он мечтал назвать сына в свою честь, но Даша проявила в этом вопросе упорство.
Прошло ещё четыре года, в течении которых Назар во всей красе показывал себя буйным алкоголиком. Дети жили в страхе и ненависти к отцу, а Даша терпела его и прощала, не теряла надежды на то, что муж изменится. Но настал просвет и в жизни детей - Назар вновь попал в объективы полиции. Ему предъявили обвинения в краже и взяли под арест - Назар обворовал склад, на котором работал. Суд приговорил его к двум годам тюрьмы.
— Мама, если папа опять вернётся к нам после тюрьмы, я с вами жить не буду. Я уйду к бабушке или в детдом, но с папой я больше жить не стану. Хватит издеваться над нами! Ты либо будешь с ним, либо со мной, - поставила Лера матери ультиматум.
— Я тоже не хочу жить с папой, он плохой, злой! - присоединился к ней Никита.
— Итак, мама: либо он, либо мы, - серьёзно сказала Лера. - Выбирай кто тебе дороже.
Даша смотрела на своих дорогих детей и понимала, что они правы. Сколько они всего натерпелись... Какой бы болезненной не была её любовь к Назару, она в первую очередь была матерью. А своих детей Даша любила больше, чем его. Она подала на развод и суд развёл их в одностороннем порядке.
Через год после того, как посадили Назара, Даша вышла замуж за другого мужчину. Александр был новым торговым представителем бытовой химии и сотрудничал с магазинами, где Даша вела бухгалтерию. Они сняли двухкомнатную квартиру и дети наконец-то были счастливы: никаких пьяных безобразий, отсутствие запаха табака, а главное спокойная, размеренная жизнь вместе с надёжным новым папой, который наверно не сильно и любит их, но относится хорошо.
Так прошёл год семейной идиллии. Настал день, когда он грозил оборваться вместе с настойчивым стуком в дверь. Даша открыла - там стоял Назар. Он пришёл возвращать свою семью. Услышав странные приветствия и испуг в голосе жены, ним вышел Александр.
— Здравствуйте, вы должно быть Назар, верно? Даша мне о вас рассказывала.
— А ты кто? - не понял Назар. Он не знал, что Даша повторно вышла замуж. На бывшей работе ему всего лишь сболтнула новый адрес жены одна из кассирш.
— А я её новый муж, - ответил Александр и приобнял Дашу за плечи. Назар ошалело посмотрел на неё. Даша опустила глаза. Это было невыносимо, она всё ещё любила его, только его. Ах, это сердце! Вырвать бы его и жить спокойно!
— А давайте мы с вами выйдем и поговорим как взрослые мужчины? - предложил Александр.
Они вышли. Даша не знала о чем конкретно был их разговор. Через полчаса новый муж вернулся, а Назар ушёл, даже не успев увидеть детей.
Супруги легли спать и Даша засыпала на плече Александра, но мысли её были далеко-далеко от него - их занимал Назар и всё самое пылкое, самое лучшее, что было между ними, вся их любовь, прожигающая насквозь душу - вот что было у Даши в голове. А она не с ним теперь и больше никогда с ним не будет. И из какой же песни эти строки, что так настойчиво звучали в ту ночь у неё в голове?..
Плюс – запятая, минус – любовь,
Сплю, понимая, что не с тобой.
Руки так сжаты, руки не тронь –
У зажигалки умер огонь, у зажигалки умер огонь*.
Умер, умер! Должен умереть!
Назар уехал в родной посёлок и после Даша никогда его больше не видела. Через несколько лет она узнала через знакомых, что он женился и у него родился сын, которого он назвал Назаром, как и мечтал. Жена Назара была такой же запойной алкоголичкой, как и он сам. Самое удивительное заключалось в том, что сыном занимался в основном один Назар, мальчик был для него главной радостью в жизни. О детях же, рождённых с Дашей, Назар забыл и больше никогда не интересовался ими.
Его убили в пьяной драке на глазах у четырёхлетнего сына, который прятался под столом. Когда Даша узнала об этом, она впала в глубочайшую депрессию и плакала дни напролёт. Она так и не разлюбила его. Назар навсегда остался в её сердце. Это была её самая искренняя, чистая и бескорыстная любовь, над которой не подвластно время, которую ничто не может уничтожить. Бессонными ночами она думала о нём и ей казалось, что именно Назар, умерев, посвятил ей следующие строки:
А ты меня никогда не забудешь,
Даже если кого-то полюбишь.
Искать глазами глаза мои будешь,
Любовь - яд*.
* слова из песни Ирины Билык "Любовь. Яд."