Действа, представляемые Московской частной оперой Саввы Мамонтова, Большим, Мариинским театрами, Русским балетом Сергея Дягилева не были бы совершенны без декораций Мстислава Добужинского, Льва Бакста, Константина Коровина, Александра Головина и еще десятка творцов, вклад которых в театральное искусство неоценим.
На заре ХХ века среди работ, выполненных Мстиславом Добужинским для МХАТа, самой яркой стало оформление спектакля «Месяц в деревне» по Тургеневу. Константин Станиславский поставил перед художником непростую задачу — создать не красивую сельскую пастораль, а драматичное пейзажное решение. Следующей работой Добужинского стали декорации для МХАТовского «Николая Ставрогина», вплоть до творческого конфликта со Станиславским он «рисовал» пьесы по русской классике, а в послереволюционной эмиграции его творческим пристанищем стал Каунасский театр.
Позже он создал декорации для балетов Михаила Фокина «Русский солдат» и «Бесы», а в США в конце жизни его ждал триумф — работа в Нью-Йоркской опере вместе с Федором Комиссаржевским и спектакль «Бал-маскарад» Верди в Метрополитен-опере.
Еще одна звезда русской театральной декорации — Константин Коровин. В 1885 году он работал над «Виндзорскими проказницами» Отто Николаи в Частной опере Саввы Мамонтова и не расставался с Мамонтовым еще 15 лет. Накануне революционных потрясений Коровин создавал для Большого театра декорации «Русалки» и «Золотого петушка», для Мариинского — «Демона» Рубинштейна, а в эмиграции смог вернуться к любимой профессии лишь с открытием в Париже Русской оперы.
С именем Саввы Мамонтова связано театральное творчество Сергея Судейкина: в начале карьеры в театре-студии на Поварской он оформлял «Смерть Тентажиля» Метерлинка, работал в Новом Драматическом театре под началом Федора Комиссаржевского, с Дягилевым — над оформлением «Послеполуденного отдыха Фавна» Дебюсси и «Весны священной» Стравинского, а в эмиграции — в «Метрополитен-опере» в Нью-Йорке.
Еще одно имя, засиявшее на небосклоне театральной сценографии благодаря Мамонтову — Василий Поленов. Он оформил «Алую розу» по собственной пьесе Мамонтова, «Орфея и Эвридику», «Орлеанскую деву», а затем организовал театр, показывая вместе с детьми спектакли для учеников сельской школы.
По рекомендации Поленова пришел в Большой театр Александр Головин — автор декораций для опер «Ледяной дом» Корещенко и «Псковитянка» Римского-Корсакова. Позже Головин работал для «Русских сезонов» Дягилева в Париже. Приняв революцию, Головин остался в России, его последними работами стали «Женитьба Фигаро» и «Отелло» для уже советского МХАТа.
И, конечно же, Лев Бакст, ярчайшее из имен! Его триумфом в 1900 году стал балет «Фея кукол» Йозефа Байера. Бакст создавал декорации для Эрмитажного и Александринского театров, а в Европе его узнали благодаря Русским сезонам Сергея Дягилева. Необычайные костюмы, придуманные Бакстом, ощутимо повлияли на мировую моду своего времени.
Благодаря Русским сезонам Дягилева прославился в Европе и Александр Бенуа. До 1917 года он много работал со Станиславским, а в эмиграции — в парижском театре «Гранд-опера».
В качестве художника-сценографа работал Николай Рерих. В 1907 году он оформил спектакль «Три волхва» для «Старинного театра» в Петербурге: критики ругали постановку, но хвалили декорации. Позже Дягилев пригласил Рериха для оформления «Князя Игоря» и «Псковитянки».
Новаторские эскизы для «Снегурочки» Александра Островского выполнил Виктор Васнецов.
А Иван Билибин, автор книжных иллюстраций к русским сказкам и былинам, был и театральным художником, работал, в том числе для Русских сезонов в Париже, а позже декорировал постановки русских опер в эмиграции, в Театре Елисейских Полей и в театре Колон в Буэнос-Айресе.