Было странно ехать обратно в столь ненавистное место и ощущать при этом надежду — по той же дороге, через лес к затесавшемуся на север от Москвы монастырю. Они сменили две машины — да, банально угнали, а в первый раз сразу после того, как бросили слишком уж деятельную и прилипчивую журналистку в придорожной гостинице. Для неё Лида была порядочным бельмом на глазу и Василиса радовалась, что избавилась от балласта, хотя Иван предпочёл замолчать тему — или любой другой вопрос, кроме бытовых — с тех пор, как они неловко поцапались в своё первое утро, испортив волшебство невероятно счастливой ночи.
И надежда эта была тоже странной — Василису волновала лишь благосклонность сидящего за рулём мужчины, но раз хозяин воодушевлён и явно на что-то надеется, то и она будет ждать лучшего от встречи со старой мучительницей. Проведённые в цепях дни и часы не забыты, как и выжженное на животе клеймо, но Василиса готова хоть в пекло лезть ради его удовольствия.
Девочка с собакой вели себя мирно на заднем сиденье потрёпанного фольксвагена, словно понимали, что они-то точно остались на птичьих правах, но когда машина подъехала к полю и остановилась на обочине, Туся беспокойно завозилась.
— На выход, — объявил Иван, положив руку на спинку Василисиного кресла и повернув шею назад.
— Но… — возмутилась девчонка, — я хочу с вами!
— А я не хочу, чтобы тебя посадили на цепь, — немного смягчился водитель, но металл из голоса так и не ушёл, — так что вон отсюда, прячьтесь в лесу и не отсвечивайте. После того, как закончим, найдём вас и заберём. Это ясно?
— Долго будет? — проворчала Туся, но физиономия её повеселела.
— Понятия не имею. Если что, превращайся в волчонка и займись охотой.
— Угу, — Туся толкнула дверь и собака шмыгнула наружу, лихо проехавшись мохнатым боком по тощим девчачьим коленкам, — но давайте быстрее там.
Девчонка мигом скрылась за деревьями, а собака какое-то время смотрела на отъезжающую машину, но потом тоже испарилась.
Женщина для хозяина (начало, назад)
— Зачем ты вообще притащил их сюда? — Василиса недовольно следила за ними через боковое зеркало.
— Чтобы, когда тебе вправят мозги, ты бы не оторвала мне голову, — усмехнулся Иван и ласково потрепал её по бедру. Она расцвела и оставшееся до монастырских ворот время глупо улыбалась во весь рот, пропустив мимо ушей смысл сказанных слов.
Хозяин шутит — так она поняла.
На этот раз мост через ров не был гостеприимно опущен, но с той стороны их ждал служка.
Юноша напыщенно крикнул:
— Уезжайте, откуда приехали! Сюда чужакам нельзя, — и погладил ружьё, свободно висящее на плече дулом вверх.
История с чёртовой удачей и домовыми: "Алиса и её Тень"
— Лучше позови матушку Анну, — Иван вышел из машины, сорвал травинку, медленно пожевал и выплюнул.
Юноша постоял с оскорблённым видом, а потом всё-таки скрылся внутри.
Ворота распахнулись, и они заехали на внутренний двор по скрипящему мостику. Юноша будто разом позабыл все ругательные слова и испуганно таращился на гостей, жестами велев следовать за ним по пятам.
Матушка Анна ждала их в трапезной, удивительно пустой для этого часа. Ровная линия губ ничего не выражала, кроме досады и скуки, но она разрешила им сесть, указав на скамью.
— Ты с ним, — ворчливо сказала матушка, сцепив морщинистые пальцы. Раньше Василиса не замечала, что кожа на запястьях выдавала её возраст куда сильнее, чем надменное лицо.
— Да, — с вызовом откликнулась девушка и распрямила спину.
— Идиотка, — так же равнодушно сообщила матушка, — а зачем пожаловала?
— Мы знаем, — со значением проговорил Иван, и только тогда матушка посмотрела на мужчину, как на срочно нуждающийся в починке предмет, раньше всегда работающий без перебоев.
— Знаете? Неужели?
— Да. Василиса помогла сопоставить факты про меня и Сашу.
— Так тут ещё и какая-то Саша замешана? — матушка откровенно скучала.
— Да. Моя старшая сестра.
— Ого, — фальшиво изумилась матушка и поцокала языком, — целая семья вырисовывается.
— Не хотите объясниться?
— Нет, — матушка начала терять терпение, — не хочу. Вы ворвались сюда, и это после того, как посмели забрать чужое? Волчица предназначалась не вам.
— Не мне, — согласился Иван, — и я не хотел этого, если быть совсем откровенным, но… так вышло.
Матушка Анна вдруг затряслась в приступе язвительного смеха.
— Трудно сделать такое без желания… молодой человек, но ещё хуже сидеть тут, размазывать сопли и сожалеть уже после.
— Вы правы, — он вздёрнул подбородок, — но именно поэтому мы и пришли. Я хочу освободить её.
— Дважды идиоты. Тебе досталась великая сила, а ты ноешь?
— Не хочу быть, как они. Как хозяева.
Матушка заинтересованно подалась вперёд и её зрачки коварно и властно блеснули.
— Когда ты творил с ней, что хотел, ты же сознавал, что делал? Ну так ты ничуть не лучше их, даже хуже — ты вор.
— Вор. Вор, который желает вернуть украденное. Но не бывшему владельцу, а ей самой. Василиса заслуживает быть свободной.