В статье С.М. Телегина, ”Сад в алхимической традиции”, процессы, происходящие в пространстве психического, представлены как яркое путешествие по волшебному саду. Метафоры и символы поражают сознание и проливают свет на то, что происходит в глубинах бессознательного. Обогащает понимание и монография "Психология Переноса", написанная К.Г. Юнгом, в качестве комментария на алхимический процесс “Rosarium Philosoforum”. Провести параллели и раскрыть метафоры этих двух работ я хотела бы через анализ современного фильма “Таинственный сад”.
Сначала сюжет фильма воспринимался мной, как описание классического пути героя (героини). Маленькая девочка, лишившись родителей, прохошла различные испытания, обрела друзей и помощников, а затем помогла мальчику выздороветь. Но, при более пристальном рассмотрении сути истории, именно идея помощи в выздоровлении вышла на первый план. К тому же, выздоровление стало квинтэссенцией сюжета. Таким образом, я представила события, как процессы, внутри психики отдельно взятого человека, который находится за кадром. Возможно, он проходит психотерапию, и этапы личностной трансформации, в том числе через процесс переноса. Зритель не видит главного героя, но попадает в таинственный мир его бессознательного.
Основной персонаж фильма - девочка Мэри, которая объединяет в себе сразу несколько архетипических образов - анима, внутренний ребенок, божественный ребенок. С самого начала фильма она сочиняет сказки, и создает фантазийные миры. Как если бы это было свободным воображением человека, из чертогов бессознательного которого выходят мифы и легенды всего человечества. На символизм персонажа девочки указывает также нуминозность ее имени (дева Мария, Мария Магдалина - женщины, воплотившие связь духа и материи), дружба с животными (инстинктивная часть психики), обретение ключей, открытие тайных комнат и умение взаимодействовать с магической жидкостью (живая вода в реке).
“...важная роль среди бессознательных содержаний принадлежит отношению к лицу противоположного пола из числа родителей, то есть отношению сына к матери, дочери к отцу; важны также отношения брата и сестры.
По сюжету, девочка находит в замке дяди - своего больного кузена, которого она не знала до этих пор. Мама мальчика, ни много не мало - сестра-близнец ее собственной матери. Здесь косвенно представлена идея бинарности человеческой психики: сознания и бессознательного, света и тени и т.д. По сюжету, Таинственный сад был создан матерью мальчика. Именно в нем течет река с живой водой и растут волшебные растения, которые позволят ему исцелиться.
“Опыт показал, что проекция такого рода удерживается во всей своей первоначальной интенсивности (которую Фрейд считал этиологической), тем самым создавая связь, во всех отношениях соответствующую исходному инфантильному отношению; при этом проявляется тенденция пересказать врачу все свои детские переживания. Фрейд, первым познакомившийся с данным феноменом и описавший его, предложил термин "невроз переноса".
"Такая связь зачастую настолько интенсивна, что мы почти с полным правом может говорить о "соединении". Когда два химических вещества соединяются, оба претерпевают изменения. Именно так и получается при переносе. Фрейд верно распознал терапевтическую важность этой связи, состоящую в том, что благодаря ей возникает mixtum composition*, составленное из собственного психического здоровья врача и неприспособленности пациента”.
По сюжету фильма завязка истории начинается тогда, когда Мэри знакомится с бродячим псом и находит за замком дяди Таинственный сад. Затем девочка обнаруживает в одной из комнат замка прикованного к постели и наполненного психосоматическими симптомами, юного кузена. Это похоже на то, как если бы человек, находящийся в терапии, наконец, познакомился со своей инстинктивной частью и не испугавшись ее, двинулся в путь дальнейшего самопознания. В процессе переноса своих бессознательных частей на личность терапевта, появляется образ ребенка. По сути, это отпечаток – образ его самого, когда была получена травма. Инфантильная, невысказанная часть активируется, Мэри и ее кузен встречаются, а алхимический процесс внутри психики продолжается.
“...мы имеем дело с гетеросексуальным Эросом или фигурой анимы, проходящей четыре стадии, то есть - с четырьмя стадиями культа Эроса. Первая стадия - Хавва, Ева, земля, – является чисто биологической; женщина приравнивается к матери и представляет собой нечто, подлежащее оплодотворению. На второй стадии все еще господствует сексуальный Эрос, однако он находится на том эстетическом и романтическом уровне, где женщина уже приобретает некоторую ценность в качестве индивидуальности. Третья стадия возвышает Эрос до уровня религиозного почитания и, таким образом, одухотворяет его: Хавва замещается духовным материнством. Наконец, четвертая стадия иллюстрирует нечто, неожиданно превосходящее почти не могущую быть превзойденной третью стадию: это Sapientia. Данная стадия представляет собой одухотворение Елены, а вместе с тем и Эроса как такового”.
Эти идеи и символы также прослеживаются в сюжете фильма “Таинственный сад” через образ матери кузена - хозяйки замка и создательницы самого Таинственного сада. История повествует о том, что, мамы давно нет в живых, она умерла несколько лет назад и это дает возможность выразить достаточно четко третью стадию. Но, обо всем по порядку.
Обе сестры-близнецы - матери своих детей - Мэри и ее кузена. Они умерли и дети остро ощущают нехватку своих мам, как на физическом, так и на эмоциональном уровне. Так реализуется символизм первой стадии. Затем приходит вторая стадия - “эстетический и романтический уровень”. Она выражена гореванием дяди Мэри - отцом мальчика (возможно, это и есть тот самый человек, терапия которого остается за кадром). Со смертью жены дядя запустил свой замок, либидозная энергия больше не течет в нем. Он лелеет вещи умершей, напоминающие ему об отношениях с ней, о романтических чувствах и мечтах.
Сюжет движется и вместе с ним приходит третья стадия, когда гуляя по замку, девочка находит таинственную комнату, где собраны искрящиеся вечерние платья, картины и фотографии умершей. Эта комната – своеобразный алтарь. Место, где образ матери одухотворен до почитания. И, наконец, четвертая стадия (Sapientia) - “нечто, неожиданно превосходящее”. Этот символ появляется тогда, когда Мэри осознает, что Таинственный сад, который она обнаружила, это творение матери ее кузена.
Раскрываясь перед зрителем таким образом, сюжет представляет гармонию символического уровня во всем его многообразии. Он последовательно раскрывает процессы глубинных осознаний, происходящих в восприятия - от материального плана к возвышенному, духовному и, наконец, к трансцендентному.
“Возникающая в результате парадоксальная смесь позитивного и негативного, доверия и страха, надежды и сомнения, притяжения и отталкивания характерна для исходного отношения. Это - ненависть и любовь между элементами, которую алхимики уподобляли первозданному хаосу”.
Эта идея то и дело возникает в сюжете фильма. Мэри любит и ненавидит свою умершую мать. Она пытается разгадать, почему та отталкивала девочку, хотя и любила ее. Любовь и ненависть также отражена в образе дяди, который находится в душевных метаниях и никак не может отпустить память о любимой жене, которая оставила его в связи со смертью. Притяжение и отталкивание то и дело появляется в общении между Мэри и кузеном. Как если бы в процессе общения с терапевтом появлялись сомнения, противоречия, откаты или контр-перенос самого аналитика.
“Ускользающее, обманчивое, вечно меняющееся психическое содержание, завладевшее пациентом, подобно демону, перепархивает теперь от пациента к врачу и, составляя как бы третью сторону их союза. Алхимики удачно персонифицировали его в виде лукавого бога откровения Гермеса или Меркурия”.
Не очень ярко, но все же присутствует и образ Меркурия в фильме “Таинственный сад”. Это младший брат горничной. Мэри встречает его на пути к Таинственному саду, они находят общий язык и он помогает девочке и ее брату. Именно он ухаживает за волшебными цветами, помогает мальчику погрузиться в реку с живой водой и обрести возможность ходить. Как если бы человек, находящийся в терапии обрел опоры в своей собственной самости. (“резервуар - Герметический сосуд где происходит трансформация. В нем содержится Наше море, Вечная вода или, "божественная вода").
“...единство Меркурия представлено здесь в виде триады”.
В фильме триада проявлена в трех детских образах. Триада в психическом главного героя – это его детская часть (внутренний ребенок, образ кузена), перенос на терапевта (образ девочки Мэри) и связь, которую осуществляет Меркурий (юный брат горничной). В этом триединстве рождается импульс к жизни, благодаря которому стали возможны поистине волшебные события.
“Очищение prima materia, то есть содержимого бессознательного, требует присутствия неиссякаемого терпения, упорства, спокойствия духа, знания и способностей со стороны врача, а со стороны пациента - приложения всех его сил и способности страдать”.
Заканчивается фильм не только чудесным исцелением, но и символическим очищением огнем. Замок, в котором жили персонажи фильма, внезапно загорается. Девочка помогает дяде покинуть горящее помещение и воссоединиться со своим сыном в таинственном лесу. Происходит катарсис потери, прощания и обретения новых, чистых смыслов. Отец и сын обнимаются. Символично и то, что они одеты совершенно одинаково. Это также может свидетельствовать о том, что главный герой и есть дядя, в психическом поле которого развернулась вся эта невероятная алхимическая история.
В последнем эпизоде все персонажи и сам дядя стоят радом замком и его чертежами, они восстанавливают свою обитель. Это символическая мандала - ее рисунок, к воплощению которой теперь гармонично причастны все части психики. Обретенная мандала самости дает возможность построить более крепкую конструкцию сознания и продолжить процесс индивидуации.
Автор: Инна Педе, психолог юнгианской и психоаналитической модальностей (с)